Панель капсулы закрылась, наступили абсолютная тьма и тишина. Откуда-то с боков начал заливаться раствор, и уже через минуту он приподнял меня на поверхность, затек в уши. Появилась легкая паника из-за страха, что субстанция затечет мне в нос или глаза, однако этого не происходило. Попытавшись расслабиться, я стал чувствовать мертвецкий холод. Температура раствора такая же, как и тела — именно по этой причине со временем появляется ощущение странного холодна, хотя поначалу все очень даже тепло.
Погружение в виртуал оказалось таким же, как и с обручем, разницы я не почувствовал. Но заметил ее в игровом мире: теперь он казался на сто процентов реальным. К окружающему меня миру применить слово «текстура» было не просто оскорбительно, оно казалось — кощунством. Потому что нет никаких текстур. Есть только мир, в который неведомым образом закидывают наши сознания.
На днях я почитал научные статьи, в которых подробно разъясняется феномен виртуала. Все строится на подключении Прибора — костюма, обруча, шлема или капсулы — к нашему мозгу. Электро-химические сигналы поступают в мозг, вызывая ответные реакции, и образуют прочную связь между нейронами и сигналами Прибора. Затем происходит ответное действие: сознательно или подсознательно принимая решение или совершая любое, даже инстинктивное действие, мы заставляем наш мозг проецировать нервные импульсы, которые схватывает Прибор. Кстати, некоторые ученые всерьез заговорили о возможности создания электронных слепков целых сознаний, или, может, даже душ…
С такими размышлениями я увидел недружелюбно настроенных корсаров Аннели, которые, заметив, что я зареспаунился, направились ко мне.
— Что-то случилось? — как бы невзначай спросил я, когда они приблизились.
— Нет, но, подозреваю, скоро случится, — ответил один из них.
Удар по лицу. Слишком очевидно называть его сильным, учитывая, что я абсолютно не успел среагировать. И уже начал прокручивать в голове варианты, где в Порт-Ройяле можно поставить новый зуб. Пришел к выводу, что, пожалуй, нигде.
Затем последовала подножка. Точнее — пинок ногой по обратной стороне колен, после чего я рухнул на палубу, в придачу ударившись головой о балку.
— Вы что, сдурели⁈ — заорал я. — Я вообще-то вам корабль спас, мудилы!
— Знаем, знаем, — ответил все тот же. — Потому и не убиваем — пригодишься еще.
Против шестидесятиуровневых игроков особо не поборешься, хоть на изнанку вывернись. Их реакция и сила несоизмеримо велики с тем, что может быть у игрока на восемнадцатом уровне. Может, это и правильно, да только поведение пиратов совсем не радовало.
— Знакомые вещички, — с грустью сказал я, заметив кандалы. — Вы хоть представляете, что вас ждет за такие проделки?
— Да, нас ждет аж ничего, — подал голос второй корсар. — Ведь мы выполняем четкие указания.
А-а-арр! Что же могло стрястись в мое отсутствие, чтобы я вновь успел стать пленником? Хотя… Я покинул виртуал сразу, как головорубы последовали к себе на корабль. Возможно, Аннели злится на меня. Пусть так, но я здесь нужен. И как бы кто ни злилась, судьба и клада, и квеста на манускрипт зависят в первую очередь от меня.
До капитанской каюты добрели молча. Провоцировать пиратов не хотелось, как и не хотелось привлекать к себе внимания кого-либо еще. Не уютно, знаете ли, шагать в кандалах по судну, на котором совсем недавно ты сражался наравне с остальными. Ну, ладно, признаю: не совсем наравне. Но зато потом взял ситуацию в свои руки.
— Капитан, мы привели Рудру, — толкнули меня внутрь каюты и, закрыв за собой дверь, скрылись.
Девчонка сидела за столом, разложив на нем кучу бумаг. Кажется, это были карты — но не всего Карибского моря, его она при своем опыте, я уверен, и так наизусть знает. По-видимому, разложены были карты конкретных островов и территорий.
Каюта, освещенная лампой с позолоченным абажуром, выглядела довольно скромно и все же красиво. Стены обвешаны дорогими клинками, окна украшены синими шторками. Черный ковер смотрелся по-своему завораживающе.
— Ублюдок! — С яростным криком она метнула нож в дверь рядом со мной, но тот не вонзился в дерево, а упал. — Ты подставил меня и мою команду!
— Что за бред? Я вообще-то спас твой корабль от неминуемой беды.
— Спас, ага. Золото, о котором ты так складно напел головорубам, где брать будешь?
— Да какая разница? Ты-то здесь при чем? Высадишь на острове — и можешь уплывать, раз тебя так беспокоят проблемы с головорубами. Перед ними в ответе я, а не ты.
— Ну-ну! Теперь я поняла, что манускрипт твой — такая же лажа, как и остальное.
— Хочешь сказать, мне так выгодно всем врать? Про испанцев, думаешь, тоже вранье? Может, я вообще шпион испанский, которому нужно устроить терки крупных кланов? — съязвил я.
— Это как раз самое разумное объяснение. Вот ты себя и раскрыл!
— Пф! И как же, по-твоему, я догадался, что у тебя квест на манускрипт?
— Не знаю, — отрезала она. — Мне уже плевать.
— И что теперь? Пристрелишь меня? — спросил я, поглядывая на револьвер у нее на столе. — И что потом? Да головорубы растерзают тебя и всю команду, заодно кораблик отберут.
— Не зарекайся. Мы починили мачты и готовы к отпору.
Заявление было дерзкое. Корабль Аннели все так же тащился на буксире двух посудин головорубов. Если даже против одного только «Полуфрегата» не удалось уйти, то уж от двух молниеносных парусников и подавно не скрыться.
— Незаметно выкатим пушки на бак, зарядим книппелью, — продолжила капитан. — С такого расстояния ничего не стоит снести пару мачт и порвать ванты. А дальнейшее плаванье на буксире вместо моего корабля продолжит твое бесполезное тело.
— Эй, ну зачем все так усложнять? — Я приблизился к столу и сел на ближайшее кресло.
— Я тебе разрешала садиться⁈ — вновь закричала она, будто сильно оскорбленная моим действием.
— Послушай, — спокойно начал я, не обращая внимания на ее крик. — Просто выслушай. У меня действительно имеется квест на сокровища. Я достиг пятнадцатого уровня и получил выбор квестового клада. Команда надо мной сильно потешалась, и со злости я выбрал самый высокий уровень сложности. Решил — хоть тысячу раз убьюсь, но сделаю этот чертов квест. Упорно выполнял квестовую цепочку: побывал в горах Тортуги, поцапавшись с ягуаром, пообщался с губернатором острова, далее — на Барбадосе встретился в Джорданом Бланком, который и вручил мне попутно квест на манускрипт. — Здесь ее глаза незаметно расширились. — Дальше — плыву на Саону на арендованном люггере и попадаю в лапы к испанцам. Я не стал тебе говорить о сокровищах. Наверняка пришлось бы договариваться о дележке, а мне это зачем? Думал, на острове от тебя как-нибудь улизну, либо же, наоборот, с твоей помощью найдем манускрипт, на том и расстанемся. Как видишь, ситуация приняла совсем иной оборот…
— Звучит складно, да, — ответила она. — Только не с чего мне тебе верить, понял⁈
И тут корабль резко наклонило вбок — сильнее обычного. Возможно, ударила «бродячая волна», либо ветер сменил направление. Не знаю, что на меня нашло, но я воспользовался тем, что Аннели глянула в окно каюты — и схватил ее револьвер.
— Ожидаемо, — злобно сказал она, когда обнаружила наведенный на нее ствол. — Ты хоть знаешь, как он работает?
— Если продолжишь истерить на пустом месте, то очень скоро узнаю. — Кандалы были тяжелыми, но прицелиться не мешали. — Повторяю: я не хочу вражды. Давай спокойно доберемся до Саоны, и ты сама все увидишь.
— Это вряд ли! — она мгновенно схватила со стены шпагу и кинулась ко мне.
Убить меня ей помешал стол, а мне — явно что-то другое. Я мог выстрелить, затем забаррикадировать каюту и написать головорубам о том, что стряслось. Но я не выстрелил, а просто отскочил назад, к двери.
— Да не хочу я в тебя стрелять! — выкрикнул я, и она приостановилась с занесенной шпагой в руках. — Серьезно, успокойся. Все будет нормально.
И в знак полного нейтралитета с моей стороны я выпустил из рук револьвер, как бы пафосно и глупо это ни выглядело. Если не тот факт, что, убив меня, девчонка отрежет всякий путь к кладу, я бы с радостью ее расстрелял за такое отношение. Но обстоятельства вынуждали делать все возможное, чтобы выжить.