- Ну, Ганс, заводи… едем прямо на центральный вход! Как на свадьбу…

- Какая свадьба?

- Забей… будь осторожен: лобовуха – разбита, нам могут в салон дрон загнать за нефиг делать.

- Слушаюсь, лэр.

- Во, уже засекли! Сейчас полезут, как комары на грибника возле болота.

Ганс, объезжая кусты, поехал к ратуше. Вокруг нас вспыхивали оранжевые облака, ставшие привычной картиной. Некоторые «бомбочки» попадали-таки в кузов, вызывая шквал комментариев от нашей команды.

Мы подъехали вплотную к крыльцу. Первым встал новый назначенный пулемётчик, развернувший турель и саданувший по дронам веером: они шарахнулись в разные стороны, как тараканы, напуганные замахом тапка.

- Все на выход!!!- заорал я.- Живо, живо!!!

Бойцы, расшвыривая оранжевые тряпки, попрыгали наземь и бросились на вход. Пулемётчик принялся азартно поливать окна мэрии, смотрящие на нас, пока дроны его не запятнали. Двое из атакующих, получившие кляксы на шлемы, отстали от нас и понуро потопали назад, забросив ружья за спину.

Мы, швырнув в дверной проём гранату с краской, рванулись вовнутрь, отталкивая с пути окрашенных защитников, ошалевших от подобного поворота: они-то ожидали светошумовую, а не свою родную. На ком было краски маловато – тех «добивали» выстрелом в голову. Хозяйственный Ганс отнимал у них их гранаты и совал в руки нашим бойцам.

Защитники ратуши со второго этажа поспешили к лестнице, блокируя нам доступ, но вторая волна атакующих, пользуясь тем, что стрелки отошли от окон, добежала до здания и принялась забрасывать кошки на подоконники. Против такой слаженной атаки у «пиратов» шансов не было – от слова вообще. Мне даже и «убить»-то никого не довелось: и без меня нашлись умельцы.

- Пацаны, я дроноводов нашёл! Они все тут сидят!- послышался весёлый голос.

Конечно, посмотреть на виновников наших бед захотели все! И сразу. Толпа парней повалила на призыв, толкаясь в коридоре. Я тоже туда зашёл.

Мда… захваченный «пират» сказал нам, что в дроноводы отобрали тех, кто помоложе, которые для стрельбы-беготни пока не годятся. Но он был мужичком за 20, и я представлял, что этим спецам годочков примерно столько же, как и нам, а на самом деле в комнате сидели насмерть перепуганные школьники. Которым мне жутко хотелось дать пендаля или хотя бы затрещину. Но среди них оказалось две сопливые девчонки, и такие кровожадные желания мой разум всё же заблокировал.

Детишки стояли, старательно держа руки на затылках, как было велено, и вообще не могли вымолвить ни слова. По счастью, в кабинете оказался их куратор, на которого парни краски не пожалели: расписали, как забор в новостройке.

- Что же Вы, уважаемый, малых детей на такие дела сажаете? Неужели мы так сильно похожи на мягкие игрушки?- в этой фразе Коршуна нематерными были только первые два слова.

- Э-э-э-э-э-э… господа, у нашего клуба с вашей частью давным-давно есть договор, по которому наши члены постоянно привлекаются на совместные учения… всё законно!

- А если бы мы эту комнату гранатами закидали, светошумовыми? Вы бы всех детей в больницу увезли!!! И кто бы потом отвечал, мать-перемать?

- Ну… в истории клуба пока не было ни одного случая, чтобы ратушу брали штурмом…

- Надо было в мегафон орать, что тут дети, чтобы мы остановились!!!

- Не давали нам никогда мегафоны…

- Дебилы, б***!- выругался Коршун.

******************

На следующий день на учебных курсах нам читали лекцию «Правила поведения при обращении с насильно удерживаемыми лицами и официальными представителями местных властей».

Глава 10. Юношеские забавы.

- … я понимаю, что вы все – герои, как Александр Македонский, но зачем же стулья ломать?- менторским тоном втирал нам майор.- За каким… хм, вы разбили там все компьютеры и джойстики? А на справедливое замечание о недопустимости подобных действий от представителя городской администрации вы что ему ответили? Что затолкаете все обломки в его… ну, скажем так, анус. От кого-кого, но от Вас, Ганс, я никак таких слов не ожидал!

Преподаватель направил обличительный указующий перст на поникшего дойча.

- И мне не понятно: зачем вы стреляли в этого чиновника уже после того, как всё закончилось?

Класс отвечал гробовым покаянным молчанием.

- Чёрт!- майор сел на стул и яростно грохнул ладонью по столешнице.- Я так бы хотел всё это увидеть своими глазами!!! Я ради этого готов отдать десять лет своей жизни!

Мы сдержанно загудели.

Он горестно помолчал, затем продолжил:

- Этот вид учений должен был вам, балбесам, преподать два урока. Первый: космические пираты – это не мальчики для битья. Второй: всегда может оказаться, что всё не так, как представлялось, и что информация у командования может оказаться неполная. Но вы, придурки, разнесли там всё к **** матери, и я уже не могу догадаться, какие выводы вы сделали в своих головах.

Он снова помолчал и потом добавил:

- Вы первые, кому удалось сделать полную зачистку.

Собственно, после уничтожения базы дроноводов «пиратам» сразу стало скучно и не интересно, и они, наплевав на всё, стали пытаться выбраться из города, и даже «заложников» бросили. Если бы они продолжали цепляться за каждый дом, то ещё непонятно, как всё могло закончиться…

***************

- «За проявленную находчивость и личную смелость младший сержант Брендюрёв Владимир получает воинское звание сержанта.»,- это уже Белобрысый зачитывал на утреннем построении текст очередного приказа.- «Также поощрить сержанта Брендюрёва Владимира внеочередным увольнением в город.».

Парней понемногу начали выпускать с территории части: такого ажиотажа, как с моей первой увольнительной, уже не было. Я не знал, что и думать: то ли радоваться грядущей расслабухе, то ли бояться, что опять вернусь в часть в непотребном виде. Или даже невовремя.

Кстати сказать, по итогам учений Коха получил звание фельдфебеля и погоны бордового цвета: за смекалку, за парочку «убитых», и за то, что сумел «выжить». Гансу тоже дали бы фельдфебеля, если бы он после «боя» не нахамил куратору дроноводов и не пальнул в него лишний раз. В лицо.

Унтер закончил читать бумажку и убрал её в карман:

- Знаки различия получишь в каптёрке. Взво-о-о-о-д! Напра-во!!! На пробежку… бегом! Живо, живо, живо! Гоу, гоу, гоу...

Поскольку приказа встать в строй не прозвучало, то я продолжать стоять по стойке «смирно». Унтер тоже не торопился догонять бежавших, а подождал, пока они отбегут подальше.

- Бренд, ты получаешь новое звание чуть ли не каждый месяц… Боюсь даже представить, в каком звании ты окончишь учёбу. Не иначе – подполковником. Ты меня пугаешь: я стал сержантом лишь после моего первого боя, а старшего сержанта получил только за выслугу лет, хотя воевал не один раз и бывал ранен... А ты стал сержантом на обычных учениях, на первом году обучения. Как объяснишь?

- Мне дают звания за то, что я делаю результат. Я ни у кого за ради Бога ничего не выпрашиваю,... лэр.

- Тебя или Сам Господь поцеловал в колыбели, или ты чертовски везучий сукин сын,..- задумчиво пробормотал Белобрысый.

- Чертовски везучий, лэр!!!- гаркнул я, выпучивая глаза. Всё-таки я не считал, что у меня с Господом Богом Нашим есть какие-то неформальные отношения.

- Напра-во!!! На пробежку… бегом… арш!

************

- Да ладно!- вырвалось у меня, когда я на проходной совал свою карточку дежурному, чтобы отметить свой уход из части.

- У тебя проблемы, сынок?

- Никак нет, лэр!!!

- Вот и хорошо. Или ты против, чтобы твой любимый унтер-офицер пошёл в увольнительную вместе с тобой?

- Никак нет, лэр!!!

- Ладно, салага, расслабься… пока я выше тебя по званию, я обязан передавать тебе свою мудрость и жизненный опыт. Потом ты мне спасибо скажешь… наверное. Когда сам начнёшь гонять таких, как ты.