Он прошёлся по главной улице поселения, наблюдая за повседневной жизнью. Дети играли возле домов — дочь биологов подружилась с несколькими местными ребятишками, которые приходили из фермерской деревни. Взрослые работали в мастерских или на огородах, обсуждая планы на завтра. Пожилой медик читал лекцию группе добровольцев — учил основам первой помощи.
***
Вечером он сидел в своей временной резиденции — простом модульном доме на окраине поселения. За окном горели огни в других домах, где-то играли дети, взрослые обсуждали планы на завтра. Звуки обычной, мирной жизни — такие редкие в эпоху галактических войн.
R4-K9 подкатил с сообщением от Лютена:
— Алекс, спасибо за помощь с эвакуацией. Наши люди добрались благополучно? У меня есть еще несколько кандидатов — агент с Корусанта, группа с Ондерона. Сможешь принять?
Алекс задумался. Поселение росло быстрее, чем он планировал. С одной стороны, больше людей означало больше навыков и возможностей. С другой — больше ртов, больше проблем, больше риска раскрытия.
Но альтернативы у этих людей не было. Либо смерть, либо жизнь в постоянном страхе. А здесь они могли начать всё заново.
— Скажи ему — да, — решил Алекс. — Но не больше пяти человек за раз. И только после тщательной проверки.
Он встал и вышел на крыльцо. Звёзды над Терсиком светили так же ярко, как и тысячи лет назад. Но теперь под их светом зарождалось что-то новое. Сообщество разумных, которые получили второй шанс.
Возможно, когда-нибудь этот эксперимент станет чем-то большим. Просто люди, создающие свою жизнь своими руками.
Но это будет потом. А пока достаточно того, что здесь, в забытом уголке галактики, несколько десятков, сотен, а может быть тысяч человек могли спать спокойно, не боясь утром увидеть в дверях штурмовиков.
Глава 24 Кристаллическое сердце
Агент Призма-6 (Юна Прилл)
Локация: Корусант
Время: 6 ДБЯ
Юна нервно поправила очки, глядя на голографическую форму заявления о трудоустройстве. Логотип Блас-Тех мерцал в верхнем углу — стилизованная молния, пронзающая звезду. В тусклом свете кадрового офиса на Корусанте эмблема казалась почти зловещей, отбрасывая синеватые блики на полированную поверхность стола.
Большинство обывателей знали компанию как крупнейшего производителя бластеров и турболазеров в галактике. Но Юна, как специалист по энергетическим технологиям, понимала: оружие было лишь витриной. За стенами этого безликого офиса, за вежливыми улыбками кадровиков скрывалась настоящая империя.
Настоящая империя Блас-Тех строилась на энергоячейках. Каждый спидер, каждый дроид, каждое устройство в галактике питалось от их продукции. Оружейный бизнес приносил славу и военные контракты, но энергетические технологии давали подлинную власть над цивилизацией.
— Доктор Прилл? — Кадровик поднял взгляд от планшета. Его лицо было настолько обычным, что через минуту его можно было забыть — идеальное лицо для корпоративного представителя. — Ваши рекомендации впечатляют. Особенно работа по квантовой кристаллографии.
— Благодарю, — Юна постаралась скрыть волнение. Её ладони вспотели, и она незаметно вытерла их о брюки. — Я давно интересуюсь практическим применением теоретических разработок.
Кондиционер в офисе работал слишком интенсивно, создавая неприятный гул. Где-то за стенами слышался отдалённый шум транспорта — жизнь Корусанте текла своим чередом, не подозревая о тайнах, которые скрывались в недрах галактических корпораций.
Через два дня она получила назначение. Курьерский дроид доставил запечатанный пакет прямо к двери её скромной квартиры в промышленном районе. Не в обычную лабораторию, а в специальный проект — изучение "перспективных энергетических решений". Место работы указывалось как "внешняя исследовательская станция". В контракте была особая пометка красными буквами: "Уровень секретности — Абсолютный. Разглашение информации карается согласно корпоративному кодексу безопасности".
Юна перечитала эту строчку трижды. Корпоративный кодекс безопасности Блас-Тех был известен своей... решительностью.
***
Локация: Неизвестная звездная система, борт транспорта Блас-Тех
Время: Через неделю после назначения
Гиперпространственный прыжок длился необычно долго — почти тридцать часов. Юна провела это время в маленькой каюте транспортного судна, слушая монотонный гул двигателей и пытаясь не думать о том, как далеко они улетели от цивилизованных миров. Другие пассажиры — а их было всего пятеро — держались особняком, избегая разговоров.
Когда корабль наконец вышел из гиперпространства, Юна почувствовала лёгкую тошноту — обычную реакцию на резкий переход. Но то, что она увидела в иллюминаторе, заставило забыть о дискомфорте.
Юна прижалась к иллюминатору, не веря своим глазам. Впереди, на фоне оранжевого диска звезды класса K, висела конструкция, которая бросала вызов всем законам инженерии.
Станция напоминала гигантское копьё, нацеленное в сердце светила. Её длина составляла не менее пятидесяти километров, а основание венчалось кольцом из неизвестного чёрного материала. Поверхность кольца поглощала свет, создавая странный эффект — казалось, будто в пространстве зияет дыра. От кольца к звезде тянулся почти невидимый луч на пятнадцать миллионов километров — искажение пространства, заметное лишь по преломлению звёздного света.
Воздух в каюте показался вдруг разрежённым. Юна сглотнула, чувствуя сухость во рту.
— Впечатляет, не правда ли? — Рядом появился пожилой инженер в форме Блас-Тех. Его голос звучал устало, с оттенком печали. — Доктор Малкольм Грейс, руководитель производственного отдела.
— Это... как это вообще возможно? — Юна не могла оторвать взгляда от станции. Её научный разум лихорадочно пытался найти объяснение увиденному.
Грейс долго молчал, глядя на приближающуюся конструкцию. В его глазах читалась странная смесь благоговения и страха.
— Доктор Прилл, — наконец сказал он, понизив голос, — вы, как и все здесь подписали пожизненный контракт. Поэтому скажу сразу — это не наша технология. Это наследие какой-то древней цивилизации. Мы лишь... смотрители, операторы машин.
Юна почувствовала, как мурашки пробежали по коже.
— Как долго эти станции работают?
— Тысячелетия, — ответил Грейс, не отводя взгляда от чёрного кольца. — Инструкции по управлению были составлены ещё до основания Блас-Тех. Корпорация просто... унаследовала их. Чья это была станция изначально? — он пожал плечами. — Руководство корпорации знает, наверное. Но нам, простым операторам, об этом не рассказывают.
Транспорт приближался к станции, и детали становились всё отчётливее. Поверхность конструкции покрывали узоры, которые медленно перетекали, словно живые. Металл дышал, пульсировал, реагировал на что-то неведомое. В некоторых местах он пульсировал мягким светом, синхронно с солнечными вспышками — как будто станция была не просто машиной, а живым организмом, питающимся энергией звезды.
— Но кто-то же должен был научиться ими управлять?
— Первые операторы, — Грейс покачал головой. — Говорят, многие сошли с ума, пытаясь понять принципы работы. Но постепенно, поколение за поколением, разумные научились... сосуществовать с этими машинами. Не понимать — сосуществовать.
Температура в каюте казалась нормальной, но Юну бросило в дрожь.
— А инструкции... они написаны людьми?
— Инструкции — да. Но основаны на чём-то гораздо более древнем.
Транспорт уже входил в стыковочный отсек, и металлические стены закрыли вид на космос. Но образ невозможной станции навсегда врезался в память Юны.
***
Локация: Солнечная производственная станция, производственный отсек
Время: Первый день работы
Коридоры станции оказались на удивление тёплыми и хорошо освещёнными, но что-то в их архитектуре вызывало беспокойство. Стены были слишком гладкими, углы — слишком плавными. Освещение исходило не от ламп, а словно от самого материала стен, создавая мягкое, почти органическое свечение.