Лютен бросил чинить генератор и подбежал к радиостанции. Полгода они не слышали ни одного голоса извне — только статические помехи да иногда автоматические сигналы бедствия от давно разбившихся кораблей.
Но сейчас в эфире звучал живой голос:
— Всем выжившим на Валорине. Есть кто живой? Повторяю — есть кто живой на этой проклятой планете?
Голос был молодой, мужской, с легким корреллианским акцентом. Лютен и Клея переглянулись. За полгода после катастрофы это был первый признак жизни извне.
Лютен схватил микрофон:
— Здесь бункер в северных горах. Двое выживших. Кто вы?
— Черт возьми! — в голосе незнакомца звучало облегчение. — А я уже думал, что тут никого не осталось. Я Алекс. У меня грузовой рейс, но решил проверить — вдруг кто выжил. Можете дать координаты?
Лютен колебался секунду. За годы войны он научился не доверять незнакомцам. Но что им терять? Они и так готовились к смерти.
— Координаты 127.34 северной широты, 45.67 восточной долготы. Ориентир — старая горнодобывающая станция в ущелье Кристальных Пиков.
— Принято. Садимся через час. Приготовьтесь к... ну, не знаю, к чему готовиться на мертвой планете.
Связь прервалась. Клея посмотрела на Лютена широко раскрытыми глазами:
— Дядя, нас спасают?
— Не знаю, малышка. Но похоже, мы скоро это выясним.
***
Час спустя они услышали знакомый звук двигателей, прорезающий вой ветра в ущелье. YT-1300, определил Лютен по характерному гулу — надежный корабль, любимец контрабандистов и независимых торговцев.
Лютен схватил бластер и осторожно поднялся к выходу из бункера. Сквозь толстое бронестекло смотрового окна он увидел размытые огни в серой пелене пепельной метели. Корабль садился осторожно, пилот явно был опытным — посадка на мертвой планете в условиях практически нулевой видимости требовала мастерства.
Из корабля вышли двое. Молодой человек в потертой кожаной куртке пилота и тви'лечка в рабочем комбинезоне. Оба были вооружены, оба двигались осторожно, как люди, привыкшие к опасности.
— Стой! — крикнул Лютен, направляя на них бластер через переговорное окно бункера. — Вы одни?
Молодой человек не выпустил оружие, но не направлял его на Лютена:
— Спокойно, приятель! Я Алекс Коррен, это моя напарница Верена. — Он указал на тви'лечку. — Мы просто проверяли, есть ли выжившие. Не ожидал найти кого-то живого в этом аду.
— Алекс, — прошипела тви'лечка на своем языке, потом перешла на базовый, — может, он имперский?
— Посмотри на него, Верена, — усмехнулся Алекс. — Какой из него имперец?
Лютен действительно выглядел не лучшим образом. Полгода в бункере, скудная еда, постоянный холод и стресс сделали свое дело. Борода, потертая одежда, худоба — он больше походил на отшельника, чем на солдата.
— Что вы здесь делаете? — спросил Лютен, не опуская оружие.
— Ищем уцелевшее оборудование, — пожал плечами Алекс. — Валоринские гипердвигатели высоко ценятся. Подумал, может, что-то уцелело в горах.
— Ничего не уцелело. Все сгорело или замерзло.
— Жаль. — Алекс посмотрел на серый пейзаж вокруг. — А ты как выжил?
— Повезло. Знал о старом бункере.
— Слушай, может, зайдем в тепло? — Алекс потер руки. — У меня есть настоящий каф и немного еды. А твоей спутнице, — он кивнул в сторону бункера, где была видна тень Клеи, — наверняка нужны витамины.
***
Через полчаса они сидели в тесном бункере, потягивая горячий каф — первый настоящий каф за много лет. Клея с недоверием смотрела на гостей, но кусочек настоящего шоколада, который дал ей Алекс, явно делал свое дело.
— Значит, бывший военный, — покачал головой Алекс, выслушав краткую версию их истории. — Служил в валоринской армии?
— Разведчик. Аналитик, если точнее.
— А девочка?
— Клея. Нашел ее во время... одной операции. Родители погибли.
Алекс кивнул с пониманием. В его глазах Лютен увидел что-то знакомое — боль человека, потерявшего близких.
— Понимаю. — Алекс отпил кофе. — Не так масштабно, как здесь, но результат тот же.
— Кореллия. — Голос Алекса стал жестким. — Может помнишь, террористический налет сепаратистов? — Не смотри так. Тебя я уж точно не виню. Мне нужен тот, кто отдал тот приказ. А стороны на той войне не важны. Это одна большая банта пуду.
Верена положила руку на плечо своего напарника:
— У Алекса убили родителей.
— Соболезную, — искренне сказал Лютен.
— Взаимно.
Они допили каф в молчании.
***
— Слушай, — сказал Алекс после паузы, — у меня есть предложение. Я лечу на Нар-Шадаа. Там можно сделать документы, если знать нужных людей. А я знаю.
— За какую цену?
— Да ладно тебе, — махнул рукой Алекс. — Не все в галактике делается за деньги. Иногда люди просто помогают друг другу.
— А что взамен? — Лютен напрягся от упоминания Луны контрабандистов.
Алекс внимательно посмотрел на Лютена:
— Может, и ты мне поможешь. У нас могут быть общие цели.
— Какие именно?
— Посмотрим, — тихо сказал Алекс. — Мне ничего не стоит тебе помочь. То что они сделали с Валорином... — он обвел рукой бункер, — это чистое зло.
Лютен молча смотрел в огонь обогревателя. Он думал о войне, о валорской тайге, о том, что осталось от его мира.
— Что ты имеешь в виду?
— Пока рано об этом. Мне нужны люди с определенными навыками. Аналитики, координаторы, стратеги. — Алекс посмотрел на него значительно. — Люди, которые умеют видеть большую картину.
— А что я с этого буду иметь?
— Как минимум деньги, — просто сказал Алекс. — Но мне кажется, что у нас много общего.
***
Алекс достал свой датапад и начал что-то печатать:
— Итак, новые документы. Как вас теперь зовут?
— Лютен Раэль, — сказал Лютен. — А это Клея Марки.
— Хорошие имена. Откуда родом?
— Корусант подойдет?
— Отлично. Лютен Раэль, гражданин Корусанта, профессия... — Алекс задумался. — Торговый аналитик. Занимается изучением рынков, составлением прогнозов. Клея Марки, его подопечная, родители погибли в транспортной катастрофе.
— А биометрия?
— У меня есть способы это сделать. Дорого, но возможно. — Алекс закончил печатать. — Готово. Добро пожаловать в новую жизнь.
***
— Нам пора, — сказал Алекс, допивая кофе. — Чем дольше мы здесь, тем больше шансов, что нас заметят имперские патрули.
— Они сюда летают? — удивился Лютен.
— Периодически. Проверяют, не осталось ли выживших. Империя не любит свидетелей своих преступлений.
Лютен и Клея быстро собрали свои немногочисленные вещи.. Все, что осталось от их жизни на Валорине, помещалось в два рюкзака.
Лютен посмотрел на серый пейзаж за окном — обугленные стволы деревьев, замерзшие озера, горы, покрытые пеплом.
Он знал, что больше никогда не увидит родную планету живой. Валорин умер, и вместе с ним умерла часть его души.
Когда корабль поднялся в воздух и направился к границе атмосферы, Лютен и Клея смотрели в иллюминатор на удаляющуюся планету. Серый шар, окутанный пеплом и дымом — вот что осталось от прекрасного Валорина.
В бункере остался только потухший обогреватель — свидетельство того, как умирают миры.
Глава 13 Технологический саркофаг
Локация: Нар-Шадаа
Время: 13 ДБЯ, сразу после возвращения из экспедиции
Транспортный контейнер с трудом поместился в грузовой лифт. Алекс с удовлетворением наблюдал, как автоматические системы мастерской аккуратно опускали драгоценный груз на нижний уровень — туда, где располагалась его лаборатория. Три месяца на заброшенных мирах Неизвестных Регионов принесли плоды, которые превзошли самые смелые ожидания.
— Осторожнее с этим, — предупредил он дроидов-грузчиков, указывая на особо хрупкий кейс. — Если повредите хотя бы один кристалл, превращу вас в металлолом.
Верена стояла рядом, внимательно наблюдая за процессом разгрузки. За время экспедиции она изменилась — стала увереннее, решительнее.