— Дьявол! — выругалась пиратка. — Нас все-таки собираются преследовать.

Громыхнуло еще несколько орудий — на этот раз я заметил, как из форта, что стоял вблизи гавани, озарились пламенем жерла пушек. Новый поток ядер плюхнулся в воду, обрызгивая нас с ног до головы. Когда уже казалось, что снаряды угодили мимо, Аннели в одно мгновенье вышвырнуло из лодки. Еще секунду назад она смотрела в сторону берега, как вдруг от нее осталось лишь кровавое пятно, а тело ее ничком колыхалось на волнах.

Сперва я хотел ринуться в воду и достать тело, но быстро одернул себя от нелепой идеи. Если у пиратки под боком хотя бы был собственный корабль с точкой респауна, то, увы, не у меня. Однако делать было нечего — веслами движение лодки не ускорить, потому что она и так движется быстрее скорости, достигаемой с помощью гребли. Можно было бы, конечно, занырнуть в воду и держаться за трос, дабы избежать новых снарядов, но артиллеристы уже занялись самим фрегатом. Тот и сам давал по форту ответный залп.

Нахлынуло дежавю… Почему каждый раз, когда мы с Аннели покидаем какой-нибудь испанский город, в финале не обходится без артиллерийской перестрелки? В Санто-Доминго было то же самое, только форт там стоял всего один. В Гаване я их насчитал по меньше мере три — причем два из трех поджидали нас впереди, у выхода из бухты в море.

Вскоре гичка почти вплотную подошла к фрегату, ложась на его кильватерный след. Поверх каната мне сбросили длинный трап, по которому я и забрался на борт.

На палубе уже вовсю распоряжалась Аннели, отдавая указания матросам и пушкарям. Хотя ядра проносились в опасной близости, а то и попадали по корпусу судна, день заканчивался более чем прекрасно.

— Добро пожаловать на борт, господин Рудра, — усмехнулась Аннели, встречая меня с трапа.

Глава 22

По волнам

Выход из бухты дался нам сложнее, чем можно было ожидать. С обеих сторон оттарабанили пушки фортов, портя такелаж и рвя снасти. Аннели всеми силами вела фрегат к выходу из пролива. Матросы интенсивно отдавали рифы, распускали кливер-шкоты, а затем так же быстро их выбирали, возвращаясь на прежний галс после очередного поворота. От моментальной гибели нас пока спасало только то, что во тьме корабль разглядеть было сложно, поэтому большинство снарядов тяжело шлепались в воду где-то рядом. Ответить было нечем — фортификации стояли на хорошо укрепленных возвышенностях, поэтому Аннели предпочла не открывать огонь, да и светить свое местоположение лишний раз было бы опрометчиво.

Когда выход из бухты, а вместе с ним и пушки фортов остались позади, пришла другая проблема — преследование. Фрегаты, каравеллы, канонерки, шхуны, галеоны… Даже старик Файб со своим развитым зрением еще не мог точно назвать все модели кораблей, настолько уж их было много. А ведь поначалу казалось, что произошедшее в городе вызвало исключительно всеобщую панику или, напротив, радость. Однако бесчисленное количество парусных силуэтов, что выходили из бухты вслед за нами, свидетельствовало о том, что кто-то не готов простить убийство Торреса. И этим кем-то, в частности, являлся клан под названием «Армада», чьи представители уже пытались попасть по нам из пушек, выставленных на баках.

Главной опасностью было попадание ядра в перо руля — хотя оно и находилось почти целиком под водой, меткий снаряд может вывести из строя управление кораблем. И тогда мы потеряем всякую возможность маневрировать. Другой проблемой стало то, что, приблизившись, вражеские суда начнут «красть ветер» и тем самым смогут с нами поравняться — а там и до нежелательного для нас абордажа может дойти дело.

«Рапира» пришла на помощь как раз вовремя. Я специально попросил Адриана держать корабль на выходе из залива — во-первых, объявившийся ранее в «Эль-Пунто» бывший владелец мог его заметить на пристани, а во-вторых, стоянка в море стала отличной подстраховкой. Вскоре после того, как пушечные порты «Рапиры» озарились пламенем, эскадра преследователей — по крайней мере, первые ее ряды — отвлеклись от фрегата Аннели и сбавили ход.

Теперь вопросов, куда двигаться, не оставалось — по левый борт, на западе, нас будут ждать корабли из других испанских городов. Кланы Гаваны наверняка дадут объявление на нашу поимку. А вот на востоке начинались Багамские острова — территории английских и пиратских фракций. Можно, конечно, просто двинуть на север, к берегам Флориды, но тогда потом придется делать очень неудобный и бессмысленный крюк.

Однако повернуть правее прямо сейчас означало бы встать против ветра и попасть в левентик, и посему Аннели вела корабль при полном бейдевинде, оставляя задел для небольших маневров вправо. Тем временем «Рапира», успев принять на себя пару ответных залпов, устремилась ближе к нам, подняв бом-брамсели, и встала по левому борту. По уровню мой бриг еще сильно уступал фрегату пиратки, однако его относительно небольшое водоизмещение позволяло двигаться чуть быстрее. То же самое можно было сказать об испанских бригах, канонерках, шхунах и других быстроходных моделях. Пока они оставались на расстоянии пушечного залпа, но запросто могли двинуться на опережение, нагоняя.

Сегодня за штурвалом стоял рулевой, а сама капитан расхаживала по юту, вглядываясь через подзорную трубу на такелаж преследователей и оценивая, как себя ведут их суда.

— Как думаешь, оторвемся? — приблизился я к ней.

— Уж точно не сейчас, — ответила она. — Похоже, смерть Торреса сильно их огорчила, раз они плетутся такой длинной флотилией. Дождемся, как начнет отходить ветер, и возьмем круче к Багамам.

— Мой бриг как-то может помочь?

— Напиши, чтобы поставили пушки на ют и начали отстреливаться, как только могут. А еще пусть готовятся ставить грота-стаксель. Будем расходиться по команде и делать бортовые залпы.

То же самое сейчас проделывали и здесь, на фрегате. Три орудия высунулись из окон капитанской каюты и еще столько же палубой ниже. Они едва ли позволят отбиться, но хоть какой-то урон по врагам время от времени будут наносить. Еще пять минут назад «Рапира» могла бы сильнее увалиться под ветер, беря левый галс, и сделать бортовой залп, но теперь шустрые испанские посудины образовали позади нас широкий строй. Стоит одному из наших кораблей отдалиться, как нас без сомнений попытаются разъединить и взять в тиски. Так же поступает стая волков, когда атакует группу людей.

По правому борту уже маячил темный силуэт вражеского шлюпа, чьи реи были круто обрасоплены, а брызги клубились под наветренным бортом. Корабль держался сбоку от нас по направлению ветра, идя в крутой бейдевинд.

— Изготовиться к залпу! — командовала Аннели с верхней палубы. — Три румба вправо!

Матросы взялись за шкоты и булини парусов, выводя судно в крутой бейдевинд. Заскрипело дерево под ногами, наклонились мачты. Неприятная, вызывающая тошноту боковая качка переросла в килевую, резво подбрасывая фрегат на волнах. Громыхнул залп, направленный туда, где горели топовые огни шлюпа.

Отбиваться от шустрых посудин было острой необходимостью. Ключевым в этих действиях оставалось не терять скорости и все время идти с «Рапирой» параллельно друг другу. Когда мелкие суда начинали заходить с боков, наши корабли уходили в стороны, образуя развилку — словно ветки рогатки. «Рапира» ложилась на правый галс, а Аннели уходила в крутой бейдевинд. Такой поворот открывал нам возможность сделать бортовой залп, не сильно теряя в скорости. Ведь о том, чтобы встать поперек курса и принять бой, не могло идти и речи — даже если мы потратим кучу времени на маневр и потопим более легкие вражеские суда, затем придется иметь дела с фрегатами, галеонами и даже двухпалубными линейными кораблями, которые тащились где-то позади. На данный момент громоздкие корабли отчасти задерживали боковой ветер для впереди идущих быстроходных парусников — и наоборот. Похоже, «Армада» была готова уступить в скорости, но не разрывать собственную эскадру — этот факт до сих пор позволял нам выдерживать дистанцию.