— Две координаты, — задумчиво сказал Алекс, глядя на звездную карту. — Может быть, там мы найдем больше ответов.
— Или больше вопросов, — добавила Верена.
***
Пока они летели в гипере к одной из координат, они сидели в кают-компании за бутылкой хорошего кореллианского виски. Адреналин после боя еще не выветрился из крови, руки слегка дрожали, а в ушах всё еще звенели выстрелы.
— Знаешь, — сказал Алекс, делая глоток, — у меня ощущение, что мы занимались мародерством на кладбище. Хотя это не самое плохое дело, которым я занимался. — Пошутил он, стараясь разрядить обстановку.
— Может быть, — согласилась Верена. — Но какая разница? Они давно умерли, их души давно в Силе…
— Ты в это веришь? Веришь, что мы отправляемся в Силу? — Спросил Алекс.
— Мне хочется верить.
Алекс кивнул. Ему тоже хотелось верить.
— Расскажи мне о себе, — неожиданно попросила Верена. — За всё это время ты почти ничего не рассказывал о своем прошлом.
Алекс отпил еще виски, собираясь с мыслями. Алкоголь развязал язык, и воспоминания, которые он обычно держал под замком, всплыли на поверхность. Возможно, недавняя схватка со смертью заставила его пересмотреть своё отношение к секретности.
— Особо нечего рассказывать, — начал он медленно. — Я с Кореллии, учился в Кореллианском Технологическом Институте. Специализации — космическая инженерия и археотехнологии. Обычная жизнь…
Он замолчал, вращая стакан в руках. В янтарной жидкости отражались звезды за иллюминатором.
— Пока не настал конец войны клонов, — продолжил он тише. — Мои родители жили рядом с космопортом. Отец чинил корабли, мама в грузоперевозках работала диспетчером. Обычная семья. Но в конце войны... сепаратисты устроили террористический рейд на Кореллию. Хотели выкрасть какие-то данные у КЕК, но в качестве отвлечения устроили удар по жилым кварталам вблизи космопорта. Ты должна это помнить по новостям.
Верена молча слушала, чувствуя боль в его голосе. Она помнила те сводки — один из последних актов отчаяния Конфедерации перед капитуляцией.
— Дело было ночью, — Алекс сделал большой глоток. — Их дом попал под обстрел из турболазера. От здания остались только оплавленные обломки.
— Мне очень жаль, — тихо сказала Верена.
Он встал и подошел к иллюминатору, глядя на вихри гиперпространства.
— А потом еще пару неприятных моментов случилось. Убили человека на которого я работал, мне тоже пришлось пострелять. Плохие воспоминания. Поэтому и уехал от них. Нашел куда... На Нар-Шадаа.
— Луну контрабандистов, — кивнула Верена.
— На Нар-Шадаа я ко всякому уже привык, — продолжил Алекс. — Теперь я не такой нежный, как был раньше. Но знаешь, произошло много всего плохого за эти годы, но меня трогают больше всего именно те события. Смерть родителей, крах всех планов на будущее...
Слова будто иссякли и они просто стояли и смотрели в всполохи гипера.
Он повернулся к Верене, и его взгляд на мгновение задержался на ее лице. В мягком свете кают-компании она выглядела особенно красиво — тонкие черты, выразительные глаза, изящные движения. Она была очень похожа на человека, очень понятное для каждого человека выражение лица, мимика… Он задумался, что это не может быть случайным, но сейчас не время думать об этом. Алекс позволил себе несколько секунд просто любоваться ею, но потом поспешно отогнал и эти мысли. Между ними были только деловые отношения, и он не хотел их усложнять.
— Извини, — сказал он, возвращаясь к столу. — Не хотел грузить тебя своими проблемами.
— Не извиняйся, — Верена протянула руку и коснулась его ладони. Ее пальцы были теплыми и удивительно нежными для разумной, которая только что расстреливала мутантов.
Они чокнулись стаканами, и в этом жесте было больше близости, чем во многих словах. Два разумных, потерявших многое в прошлом и нашедшие друг друга среди звезд.
Они смотрели друг на друга, пауза затянулась и оба как-то смутились.
— Знаешь, что меня больше всего поражает в этих Раката? — сменила тему Верена, переведя взгляд на голографическую карту их империи на планшете.
— Что именно?
— Они правили тысячелетиями. Казались непобедимыми. И всё равно пали. Интересно, будет ли то же самое с нашей цивилизацией?
Алекс задумался. Галактическая Империя тоже кажется непоколебимой, но история показывает, что всё рано или поздно рушится, когда теряет здоровую волю к жизни. Особенно если знать, куда ударить.
— Быстрее чем ты думаешь, — сказал он. — Империя обречена.
В его словах слышалась какая-то скрытая уверенность, как будто он знал что-то, о чем не говорил. Но Верена не стала расспрашивать. У каждого были свои секреты.
Они допили виски, обсуждая планы на ближайшие месяцы. Посетить две координаты, а после груз артефактов нужно было доставить покупателям, а данные о технологиях раката — проанализировать и каталогизировать. Впереди ждали новые миры и новые тайны.
Когда Верена пошла спать, Алекс остался в кают-компании, глядя на гиперпространство. Разговор о прошлом разбередил старые раны, но странным образом он чувствовал себя лучше. Впервые за годы он рассказал кому-то о своей жизни.
Может быть, среди холодных звезд и мертвых миров он наконец нашел еще одну разумную, кто его понимал.
Глава 11 Станция гиперсвязи
ёЛокация: Межзвездное пространство, древняя станция
Время: 13 ДБЯ
Алекс изучал данные, полученные из форта на мертвой планете, уже третий день подряд. Среди технических схем и карт он нашел нечто интересное — координаты объекта, обозначенного как "узел связи-1487742". Координаты указывали не на планетарную систему, а на точку в пустоте между звёздами.
— Где мы? — спросила Верена, когда корабль вышел из гиперпространства в абсолютной пустоте между звездами.
— В межзвёздном пространстве, — ответил Алекс, изучая показания датчиков. — Но здесь что-то есть.
Действительно, сенсоры показывали массивную конструкцию, дрейфующую в космической пустоте. Ближайшие звезды были лишь далекими точками света, холодными и безразличными.
— Станция-ретранслятор, одна из пятидесяти миллионов, которые были когда-то построены, — сказал Алекс, приближаясь к объекту. — но это станция уникальна. Это не только станция гиперсвязи, но и узел слежения.
По мере приближения становились видны детали конструкции. Станция представляла собой сложную систему концентрических колец, соединенных изящными мостиками и переходами. Кристаллические антенны, некогда сиявшие ярким светом, теперь тускло мерцали в темноте космоса.
— Это раката построили? — спросила Верена, но в ее голосе слышалась неуверенность. Что-то в облике станции внушало первобытный страх.
Алекс покачал головой, изучая конструкцию через визоры.
— Скорее-всего. Может и кто-то до них. С уверенностью могу сказать, что точно не Республика. Республика была слишком коррумпирована и хаотична на протяжении всей истории, чтобы финансировать строительство таких масштабных проектов. Как думаешь, почему в Неизвестных Регионах нет связи?
— Не знаю...
— Возможно потому, что строители этой сети добрались не во все уголки галактики. Просто не успели. — Он указал на характерные кристаллические антенны. — Это станция древних. И не только эта. Крупные узлы в системах, конечно, давно заменили своими, но вот такие промежуточные — слишком дорого строить заново. И практически невозможно определить местоположение станции в межзвездной среде без знания точных координат.
Они пристыковались к одному из внешних доков. Стыковочный шлюз открылся легко — будто не прошло десятков тысяч лет. Системы станции были активны, но работали в режиме ожидания. Внутри царил полумрак аварийного освещения — красноватые полосы света вдоль стен создавали гнетущую атмосферу.
— Больше Двадцати пяти тысяч лет, — прошептала Верена, глядя на светящиеся символы на стенах. — И всё ещё работает.