Сквозь дым и пламя проглядывался качающийся на волнах бриг. Взрывом ему повредило правый борт, чуть выше ватерлинии зияла пробоина.
Набранного в грудь воздуха хватило, чтобы приблизиться как можно ближе к своему кораблю. Со следующим вдохом я коснулся обшивки. И не был единственным — другие соратники по команде уже карабкались по натянутым канатам и трапу.
Бой с охотниками на пиратов перекинулся на «Рапиру». С фрегатом было покончено, но экипаж бригантины был полон сил сражаться. Взрыв «Дозора» и, как следствие, разлетевшиеся груды горящих обломков, тоже дали о себе знать — часть нашего такелажа дымилась или горела, в натянутой над палубой сетке чернели обломки рей. Нос бригантины тоже был изуродован: таран дорого обошелся охотникам, к тому же на нижней палубе «Рапиры» продолжали громыхать пушки.
Только поднявшись на палубу, я сразу же получил пулю в бедро, а затем некто заехал мне в челюсть прикладом ружья. Уровень здоровья опустился до сорока трех процентов, на мгновенье в глазах потемнело, и я завалился на чей-то труп. Очередной артиллерийский залп сотряс палубу, и повсюду раздались ликующие крики: бригантина шла на дно.
В течение следующей минуты оставшиеся охотники либо были убиты, либо сделали логаут. Дым медленно рассеивался, и мы пытались оценить состояние брига. Марсели и брамсели на фок-мачте полыхали огнем. Кливер и бом-кливер превратились в решето. Одна только грот-мачта оставалась целой, и выжившие матросы всеми силами пытались не допустить, чтобы огонь перекинулся и на нее: они лезли по реям с мокрыми тряпками в руках.
Когда завеса окончательно развеялась, нашему виду открылся третий корабль охотников — еще один фрегат, точная копия «Дозора». Он стоял далеко, паруса его были взяты на гитовы. Похоже, экипаж не только не планировал вступать в схватку, но и не сомневался, что Эндрю Форстоук одержит верх.
— Что будем делать, кэп? — спросил Коур.
Угрюмые взгляды выживших давали понять, что команда не сильно-то верит, что сможет одолеть еще один фрегат. Бой окончен, и спустя несколько минут погибшие смогут респауниться на «Рапире». Но в данный момент состав совсем не внушал уверенности — выжило девятнадцать человек. В их числе не было ни старпома, который притворился капитаном и потому быстро словил пулю, ни боцмана, ни квартирмейстера.
— Поднять паруса! — скомандовал я. — Корабельщиков пошлите в рангоут, нужно как можно скорее починить бегучий такелаж. Залатайте пробоины. Держим курс на фрегат!
На миг вся команда замерла, словно не веря моим словам. Даже те, кто в этот момент куда-то шел или забирался, застыли на месте.
— Так точно, капитан! — энергично закричал один из матросов.
Экипаж не понимал, что я затеваю, но уже спустя мгновенье выполнял указания беспрекословно. Мои слова и уверенный вид вдохнули бодрость в людей, а когда на корабле стали респауниться новые игроки, настроение команды уже окончательно пошло вверх — народ ликовал, стрелял в воздух и радостно скалился, глядя на фрегат охотников. Пусть даже шансы на победу близились к нулю.
Паруса на грот-мачте вдохнули ветер, и корабль, покачиваясь, двинулся вперед. На фок-мачте «Рапиры» остался только нижний парус — остальная часть, сильно обгоревшая, надломилась и рухнула в море, стоило нам двинуться.
Вид нашего брига был далек от идеального. Мне казалось, еще немного, и мы сами пойдем ко дну. Но противник, похоже, думал совсем иначе. Как только мы выдвинулись им навстречу, фрегат переменил курс, расправил паруса и стал уходить восвояси.
— Бегут! — донеслись радостные крики с бака.
Такими счастливыми, как сегодня, я еще никогда не видел людей на своем корабле.
Глава 3
Остров Саба
Солнце клонилось к закату, когда мы наконец приблизились к месту встречи. Позади оставались Сан-Хуан, Виргинские острова и несколько безымянных островков, которые сложно было назвать обитаемыми. Сразу после боя Менестрелиус вышел в реал и пообещал вернуться через пару дней. Весь следующий путь корабельщики пытались восстановить состояние «Рапиры». Доступного материала, вроде канатов, гвоздей, парусины и досок, не хватило, чтобы вернуть фок-мачту, зато удалось починить корпус судна.
Выживших после боя можно было пересчитать по пальцам, но вскоре на борту зареспаунились все подбитые. Очень повезло, что фрегат охотников был легким — почти как наш собственный бриг. Это позволило смести их с палубы и воспользоваться эффектом внезапности. А вот с экипажем бригантины наши ребята сразились в честном бою. Другой вопрос — кто вообще нас мог заказать? Либо «Эльдорадо» успели подсуетиться, либо состав успел нажить врагов в мое отсутствие.
Как бы то ни было, я чувствовал гордость за команду — ту ее часть, что осталась со мной. Они увидели во мне капитана, но и сами не побоялись сразиться с превосходящими силами. И все-таки я держал ухо востро, не забывая, что еще утром от меня могли избавиться.
Канониры и те, кто забрасывал на «Дозор» взрывательные снаряды, получили награду за потопленный корабль. Немного опыта пришло и мне самому, но все-таки основная доля вручается тем, кто лично поучаствовал в уничтожении вражеского судна. А вот погибшим во время сражения полагалась тройная доля. Каждая смерть несет за собой потерю опыта, и достойная награда — лучший способ компенсировать утрату. Иначе команда будет бояться идти в бой, а это допускать ни в коем случае нельзя. По моим наблюдениям, даже могучие головорубы не боялись идти в смертоносный бой, жертвуя собой, но выполняя общее дело. Этому же я планировал обучить и собственных людей.
Остров Саба, о котором мне сообщил Илюха, представлял из себя довольно скалистую местность. Сколько я ни разглядывал его в подзорную трубу, нормального подступа к берегу не наблюдалось. Впрочем, наше дело — явиться к его южному мысу, что мы и сделали, бросив якоря. Большие морские валы проходили под килем, отчего судно неестественно кренилось. Ветер, дувший с юта, понемногу стихал.
Рудра: Илюха, привет! Мы на месте. Скоро начнет темнеть, и тогда уже точно не отыщем бухту. Что делать?
Бласт: Здоров! Все пучком. Дожидайтесь наш корвет, возьмем вас на буксир.
Большое экваториальное солнце уже было готово спуститься за горизонт на западе. Его лучи разжигали пожар в небе и на море, паруса брига вспыхивали алым. Вскоре из-за угла показался двухпалубный корабль с тремя мачтами.
«Месть Коварного Котэ», 75 уровень.
Класс: корвет (боевая модель)
Орудия: 40
Экипаж: до 200 человек
Фракция: Пираты
Клан: Пришествие дна
Ну и дела! Характеристики корабля внушали благоговейный трепет — посудину такого уровня не часто встретишь на просторах Карибского моря. Экипаж «Рапиры» сначала даже не поверил марсовым, которые первыми выкрикнули характеристики корвета.
Когда «Месть Коварного Котэ» приблизилась к нам и легла в дрейф, «Рапиру» начали верповать. Принайтовили короткие, но толстые буксирные тросы, подняли якоря, и теперь корабли, взяв рифы и радостно подпрыгивая на волнах, двинулись в сторону острова Саба. За «Рапирой» оставался белый пенистый след.
Пока мы молча тянулись за корветом, солнце погрузилось за горизонт, и ночь, быстро наступающая в тропиках, охватила и небо, и море. Моя команда в основном молчала — большинство понятия не имели, что за высокоуровневый монстр взял нас на буксир. К тому же движение становилось каким-то мрачным: по обе стороны от нас громоздились скалы, на вершинах которых едва слышно трепетали птицы. До наших носов донеслись терпкие ароматы местной растительности; кругом жужжали насекомые, витали комары.
Оба корабля почти не скрипели, словно подстраиваясь под звуки местной природы. Гораздо чаще я слышал плеск рыбы, нежели скрежет древесины. Шаг вправо, шаг влево — мы налетим на рифы. Пару раз киль нашего брига натужно черпал дно. В такие моменты команда задерживала дыхание — от волнения люди оцепенели в напряженном ожидании. Но корвет, идущий впереди, уверенно продолжал путь по узкому ущелью. А мы продолжали молчать, погруженные в абсолютную тьму — лишь высоко в небе узкой полосой светился ночной небосвод.