И упорхнула за другой столик, чтобы заказать обед.

- Бренд, я уже вижу, что вечером будет весело! Это мы удачно зашли…

У меня сложилась противоположная точка зрения, но… но я же в армии!

«Откушав» 8 кружек по формуле «3+5», мы вышли «подышать». Вернее, Белобрысый, честно заплатив за четыре и заставив меня сделать то же самое, потащил меня на улицу перенимать его правду-матку.

У пиратов, Бренд, нет единой тактики,- вещал он.- Всё зависит от ситуации. На каких-то планетах у них нет выхода в космос: там они грабят на морях или даже дорогах. Живут на островах или в лесных лагерях.

- А местная армия их не может там зачистить?

- Чтобы иметь армию – надо иметь богатое государство, Бренд. Чтобы оно могло кормить эту армию. А у нас раскидали людей по разным планетам по принципу «захвати побольше!», а сделать для всех них нормальную экономику никак не могут. Придурки, одним словом. Вот и получается, что приходится таких, как мы, бросать на разные планеты для такой зачистки.

- Мда…

- А кое-где пираты захватывают ремонтные базы, и у них получается даже делать кое-какой мелкий ремонт космических кораблей! Вот эти – самые страшные: они падают на голову совершенно неожиданно, и оружие у них уже получше… у кой-кого были даже лазерные турели и плазмомёты! Эти могут напасть и на ремонтную базу, и даже в космосе, а потом оказывается, что у нас не хватает армии для охраны всех таких точек! Нападут, возьмут дефицитные нужные запчасти, а остальное – взорвут. Даже ракетные двигатели, был раз пример, спереть могут!

- ***…

- Ага, она самая. Если армейцев ставить на охрану таких удалённых баз, то они там быстро дуреют. Учебных полигонов там нет – тренироваться негде. Приходится их менять вахтовым методом, пока не спились и не скурились.

Передача опыта – это святое, но выпитое пиво просилось наружу. Я нервно огляделся:

- Слышь, Унтер, а где тут… туалет?

- Да вон же!- и он показал рукой в сторону парковых деревьев.

Я побежал в ту сторону, побродил в их прохладной тени и крикнул:

- Но тут ничего нет! Ни одной кабинки!

- Ох, салага,..- пробормотал Белобрысый и поспешил в мою сторону.- Запомни, боец: во время боя никаких кабинок рядом не будет! Где нужда тебя застала – там тебе и туалет. Это вот так делается…

И он, расстегнув ширинку, принялся поливать из своего шланга парковые кусты. От такой картины у меня случился спазм внизу живота, я тоже торопливо расстегнул, вытащил, принялся орошать… уф!!!- кайф!

- Тут же могут стоять камеры,..- сказал я, переведя дух.

- Нет тут камер никаких. Уже проверено… было.

Над нами зажужжал мелкий дрон, делая круги вокруг нас.

- Мой славный боевой опыт подсказывает,- задумчиво сказал Валерий, философски глядя в небо,- что нам валить отсель надо… Живо, мать твою!!!

Он мгновенно застегнулся и ломанулся сквозь кусты, петляя между деревьями. Я рванул за ним. Мы торопливо покинули парковую территорию, убедившись, что дрон отстал.

Затем мы вышли на пешеходный тротуар, поправили одежду и береты, и Унтер продолжил:

- Иные лесные деревни – сплошь бандитские. Вроде бы ходят обычные старики, бабы, дети, а сунься туда – и ещё не факт, что твой труп найдут хоть когда-нибудь. Вроде бы обычная охотничья заимка, а зайдёшь туда – пиратская база. И никаким спутниковым сканированием всего этого не распознаешь.

Вот, скажем, заходит группа разведки в деревню. А бабы там говорят: «Наши мужики на охоту подались – мы все пока незамужние… может, зайдёте к нам, солдатики? Чайку выпить или ещё чего?» А дурак-командир взял и разрешил остаться на обед. Изо всей группы только один солдат и спасся – и лишь потому, что в одной избе бойца сразу не зашибли: там началась свалка, послышался крик, стрельба… вот он и отказался чай пить. Вежливо. В хозяйку шмальнул в упор – и тикать. Его тамошние мужики потом как зверя травили – взять пытались, и спасся он лишь потому, что по этим лесам уже ходил и неплохо ориентировался. Да и карта электронная у него имелась.

- И потом ту деревню зачистили?

- Ещё как! Закидали вакуумными бомбами. Выжить мог только тот, кто за грибами ушёл. Хотя какие осенью ягоды…

У меня от таких его рассказов тестикулы сжимались до воробьиных размеров – я невольно протрезвел.

- Был случай, когда рыболовецкий траулер сделался пиратским кораблём. Помощник капитана сагитировал команду заняться таким промыслом: это, мол, выгоднее, чем вонючую рыбу ловить. Капитана убил, сам стал капитаном – и понеслось… Они подали в эфир сигнал: срочно требуем врача на борт! Невдалеке шло пассажирское судно, среагировало, пришвартовалось, и… По ходу разборок оказалось, что покойный капитан доверил набор команды тому самому помощнику – тот и набрал бывших уголовников, да ещё и с поддельными документами. Сам, кстати, был такой же, но сумел втереться в доверие. И команду подбирал из былых знакомых. Так вот: пассажирское судно было захвачено, ограблено, потоплено. Когда пиратов разоблачили и повязали, то вскрылись такие подробности грабежа… Бренд, я во время боёв видел, как у людей их кишки разбрасывало, а они пытались затолкать их в себя обратно, но, когда нам сообщили некоторые факты после того следствия, да ещё с видео, которые эти придурки сами же и сделали, то мы чуть с ума не сошли, пока не нажрались до потери пульса!

На занятиях в училище нам пока что преподавали только теорию, но и то в мягкой форме. Истории, про которые мне трепался Унтер, нам должны преподавать ближе к окончанию выпуска. Наверное. Но никак не на первом курсе! Я это понимал даже в тех моих юных годах, и не ошибся. Понимал я и то, что Унтер включил меня в некий свой список доверенных лиц, которым можно отводить душу, но которые не должны об этом трепать направо-налево, если и дальше хотят получать информацию, которая поможет им при выживании…

Пока мы прогуливались по городским улицам, я узнал много чего интересного, и ближе к вечеру тоже загорелся желанием напиться, чтобы переварить услышанное. Мы вернулись в то же кафе: оно оказалось значительно заполненным, но места ещё были. Музыка звучала уже более громкая и вульгарная, а на всех свободных столиках книжечки с меню уже лежали изначально – бери да читай.

- Вы готовы сделать заказ?- возле нас нарисовалась разбитная девица с глубоким голосом и не менее глубоким декольте, а не тот вышколенный суховатый парнишка юных лет.

- Девушка, я для Вас сделаю что угодно! Даже заказ! Вы же знаете, что кушают настоящие охотники за пиратами?

- Разумеется, лэр!- она разве что по струнке не вытянулась, игриво стреляя глазами то на меня, то на Унтера.

- Вот это и несите! И побольше! Видите: я сегодня мальчика выгуливаю!

Официантка вульгарно захихикала, а я молча проглотил. Я уже почти вжился в свою роль обучаемой собаки.

Нам принесли заказ, и мы хлопнули по одной. Я поймал себя на мысли, что начинаю опрокидывать почти так же лихо, как Белобрысый. Похоже, бухать я научусь явно быстрее, чем воевать…

Появились девушки: мне показалось, что кого-то с прошлого раза не хватало, но зато засветилось двое новеньких. Ого, у них тут целая бригада, с подменой!

Румина по-хозяйски уселась рядом со мной; обе деревянные скамьи с двух сторон стола оказались заполнены. Я был слегка пьян, рядом со мной сидела симпатичная девчонка, с которой мне было приятно целоваться, но… но между нами лежала та проклятая шоколадка! И ещё некоторые события…

Мы выпили, потом ещё и ещё. Румина весело болтала о том, что традиция «шутить с солдатиками» уходит корнями едва ли не вглубь веков: о ней все знают, и никто не парится. И что лично я ей очень симпатичен, но только вот против подружек не попрёшь: им-то хочется развлекаться. А мою шоколадку взяла вон та хохотушка, с весёленькими конопушками.

- Тебе её жалко, что ли?

- Её? Зачем мне должно быть жалко незнакомую девушку?

Руми звонко засмеялась, прижимаясь ко мне – я опять подумал, что её смех чем-то похож на смех Айки… только Айка смеялась искренне, от всей души, а Румина – как будто по сценарию. Я так-то уже почти был готов возбудиться и потащить Румину куда-нибудь в другое место из этого бара, но в последний момент в голове всегда словно щёлкало: а хрен его знает, какие у неё ещё есть в запасе шуточки. И меня словно холодной водой окачивало.