- Но подруги – это не навсегда. Они выйдут замуж, будут рожать детей, нянчить внуков – у них для тебя уже не будет столько времени, как сейчас. Вы будете тусить всё меньше и меньше – такова жизнь. А на другой планете ты найдёшь себе других подруг – разве нет?

- Бренд, прости… я так не могу! Мне надо подумать… Ну, пожалуйста, прости!

Она так и не решилась порвать свои связи с нынешней жизнью. Потом она объясняла мне, что жизнь жены военного – это не для неё: сегодня ты живёшь в столице, а завтра, по приказу, – на задворках Галактики. И снова – ни друзей, ни знакомых. А для неё – поиск новой работы с нуля.

Но у меня в голове беспокойной занозой застряла досадливая мысль, что, наверное, я сам дурак: надо было купить кольцо и сделать девушке нормальное предложение. И не за месяц до отъезда, а за год. Румина тогда получила бы свадьбу своей мечты, а потом оказалась бы связанной со мной узами брака. Ну, скорее всего, связанной…

Но что толку об этом сейчас говорить и думать?

На новом месте встречал нас начальник тамошнего гарнизона, полковник. Вызывал нас для персональной беседы. Со мной тоже поздоровался, рассматривая мою «подорожную»:

- Так-так… Полный Кавалер «Ордена Мужества» с вручением Золотой медали Героя Звёздной Конфедерации… «Орден Почёта» Альзиры, Почётный гражданин Альзиры. У вас там что, ордена на барахолке продавали со скидкой? Я за всю жизнь не встречал Полного Кавалера «Мужества»: только слышал, а тут салага после училища является с целым иконостасом! Откуда ты такой взялся?!...

- Стреляли, господин полковник,.. - пожал я плечами, козырнув. Дядя Боря научил меня отвечать именно так, когда сказать нечего.

- Ну, у нас тут на халяву ордена лопатами не отгружают! У нас награды дают только за реальные дела, а не за красивые глазки. Из нашей части трое ушли по разным причинам – мы на их место переместили людей из одного взвода, а вас всех троих, стало быть, определяем в этот взвод, вместе.

«Да!!!»- мысленно воскликнул я и мысленно же изобразил жест «от локтя» с упором на поднятое правое колено.

- Вас я назначаю командиром этого отделения. Заодно и докажете, что не зря в училище занимали должность командира учебной роты.

- Слушаюсь!

- Свободны!

- Есть!

Старлея – командиром отделения… о как! Опустили по самый плинтус. Ну, ладно, поживём – увидим.

Мы с парнями, кое-как волоча свои чемоданы на колёсиках, разыскали нужную казарму и комнату своего отделения.

А там…

Четверо бойцов в трусах и майках играли в карты, азартно шлёпая картинками по лёгкому пластиковому столу. Стулья, к слову, тут тоже были «кафешные», пластиковые: чтобы даже по дури мужики ими друг друга покалечить не могли. Разумно.

На столе стояли стаканы с чаем и пепельница, заполненная холодными вчерашними окурками.

Пятый валялся поверх заправленной кровати в солдатских высоких ботинках, но при этом умудрялся играть на гитаре и петь, не задыхаясь, философски разглядывая потолок:

- А мы летим в космическую даль,

Ободрав о вакуум дюраль!

А ты прижми к плечу плечо,

Чтобы нам стало горячо,

И чтоб нас звёздной пылью занесло!

А ты прижми к плечу плечо,

Чтобы нам стало горячо,

И чтоб нас звёздной пылью занесло!

- Здравствуйте, бойцы! – гаркнул я.

Все дёрнулись и повернулись в нашу сторону.

- О, птенцов прислали желторотых! – засмеялся один картёжник. – Откуда вы такие молодые и красивые?

- Что у вас за бардак тут такой?! – воскликнул я. – Какая свинья здесь прошла?!

- Ну, ты, молодой, полегче…

- Не «молодой», а «господин старший лейтенант», - поправил я. – Давайте знакомиться. Я назначен командиром вашего отделения.

И я показал бумагу от полковника. Мои подчинённые хором изумились:

- Чё?!

- Ты?!

- Шпалу должны были бы назначить…

- Чё за нах?!

- Да пошёл ты, салага!!!

- Вот и познакомились, - резюмировал я. - Почему все голые днём? Я не вижу ваши звания.

- Офигеть! Соплякам старлея дают… ставят командовать боевыми дедами…

- Я – не сопляк, а старший лейтенант! Я кто ты такой – я пока что не вижу!

- Сейчас покажу! – пообещал мой собеседник и одним движением сорвался в мою сторону. Вот только что сидел почти спиной к входной двери, в пол оборота, и вдруг уже на ногах и кидается ко мне – стул из-под его седалища отлетел в сторону.

Майк на одном инстинкте швырнул ему под ноги свой чемодан на колёсиках – вскочивший запнулся и оказался передо мной на карачках. Я тут же с размаха ударил его по затылку рукоятью пистолета, ибо просто представить не мог, чем ещё можно было бы пробить эту толстую шкуру, покрывающую бугры яростных мышц. Боец ткнулся мордой в пол.

Подскок, бросок, удар – на остальных бойцов это подействовало как команда к бою. Тоже сработали рефлексы: раз пошла драка – надо срочно в неё кидаться всей толпой. Против четверых здоровенных мужиков в отличной спортивной форме весом минимум в полтора раза больше нашего у нас шансов не имелось от слова вообще. Поэтому никакого честного боя я принимать не собирался и сразу же пальнул в потолок:

- А ну, тихо!!!

Стрельба на территории воинской части – это… это, мать ети, вообще шухер! ЧП планетарного масштаба!!! Как бы ни бесились мужики в комнате, но остатки мозгов они ещё сохранили. К тому же, воевать в трусах против пистолета – это не тот расклад.

Жильцы комнаты стояли на ногах с офигевшими лицами – все, и даже гитарист. В дверях нарисовались бойцы других отделений:

- Эй, вы! Что у вас тут, б****, творится?!

- Ничего, - ответил я. – Столик нечаянно уронили: стаканы разбились, чай пролили.

Хлипкий столик был опрокинут сразу же, когда бойцы, бросив игру, хотели достать нас: теперь на полу валялись карты в лужах чая, чемодан Майка и обмякшее тело пятого жильца. Или уже, не дай Бог, не жильца? И ещё несколько крошек побелки с потолка.

В дверях становилось всё теснее.

- Ну, вы, блин, даёте…

- Расступись! – гаркнул дежурный офицер. – Что происходит?!

- Устраиваемся жить, господин майор! – козырнул я.- Курсанты училища, по распределению! Я – новый командир этого отделения!

И протянул ему бумаги. Майк и Коха сунули свои, но майор на них не смотрел.

- Что случилось?! – снова спросил дежурный, оглядывая разгром и бардак.

- Ничего! Столик опрокинулся!

- Так, Вы – со мной! Остальным не покидать здание казармы!

И через десять минут я снова стоял в кабинете полковника.

- Господин полковник! – козырнул майор.- Стрельба на территории казармы. Вот зачинщик.

- Ты что, курсант, совсем ****, что ли?!- изумился начальник части.- Под трибунал захотел? Чтобы из-за тебя сюда набежали всякие проверяющие, ***** *****!!!

- Никак нет, господин полковник! – вытянулся я.- Я всего лишь был вынужден поддержать порядок в доверенной Вам части! Бойцы в дневное время одеты не по форме -раз. Занимаются чёрт знает чем – два. В комнате бардак и срач – три. Приказы старшего по званию – игнорируются, а сам старший был оскорблён при попытке призвать к порядку! Расход на поддержание порядка – один патрон! Зачем проверяющим знать про всё это?..

Полковник мрачно задумался. Если вышвырнуть меня из избы, то вместе со мной на всеобщее обозрение вылетит мешок вонючего мусора, а это уже неприемлемо. Он молча походил по кабинету туда-сюда, перекипая злобой, а потом обратился к сопровождающему меня майору:

- Слыхал? У тебя там бардак и срач, а ты не в курсе? Иди назад и дай там всем понять, чтобы навели порядок и молчали как рыбы об лёд! Скажи: я приказал!!!

- Слушаюсь, господин полковник! – послушно гавкнул дежурный.

- А ты, старший лейтенант, - вызывающе процедил он. – Запомни: ещё одна такая выходка – и вылетишь из армии без выходного пособия. Без выслуги. Без звания и наград. Понял, щенок?!!

- Так точно, господин полковник! – подтвердил я, снова вытянувшись.