В-седьмых: в моём городишке уличные водяные колонки казались естественной частью пейзажа, а «удобства в доме» - это представлялось пределом мечтаний, к которому следовало стремиться. И нам оставалось только верить, что уровень развития экономики когда-нибудь станет таким высоким, что канализация и водопровод дойдут даже на мою улицу. От дома моего друга детства до уличного колодца – цепного барабанного колодца! – даже не колонки! – было всего лишь три дома, и это представлялось большой удачей, ибо другим приходилось чапать ещё дальше… На моей улице стояли водяные колонки, я тоже таскал домой вёдра с водой на коромысле, но это было всё же лучше, чем колодцы…. Колонка – это великое удобство: ты вешаешь ведро на крючок, приваренный к сливной трубе, - и вода сама хлещет в подвешенное на него ведро, а ты спокойно себе отдыхаешь, давя на рычаг, отжимающий клапан на магистральном водопроводе. Ведро само собой наполняется, слегка покачиваясь под напором воды – это вообще не то, когда его надо вытягивать из колодца, вращая рукоятку барабана!
[Чисто для справки. В городишке, в котором живёт автор, уличные водяные колонки убрали только в 90-е годы. Колодцев у нас, слава богу, никогда не было – в отличие от уральских рабочих посёлков типа Волчанск, в котором автор был в 1976 году. Более того: автор в XXI веке с изумлением нашёл в соцсети рассуждение, в котором некая барышня искренне говорила о том, что вода из водяных колонок – она натуральная, не водопроводная, что колонка давала воду из родника, бьющего из-под земли… И эти люди искренне верили, что получили лучшее в мире образование!]
А в этом селе мы не наблюдали ничего похожего. Вообще! Ни колодцев, ни колонок.
Я от увиденных отличий несколько завис; Костя явно привык к хорошему, и его здешний вид по уровню богатства не шокировал.
И надо отметить восьмой нюанс: в общей совокупности получалась такая оглушающая, умиротвоворяющая картина, что хотелось немедленно сесть на ближайший тротуар и ничего не делать. Ну, быть может, только хлебать сладкое винцо, созданное из урожая окружающих виноградников.
- Ни фига себе,.. – сказал я задумчиво, потрясённый всем увиденным.
- Да, беднота, - равнодушно согласился Костя. – Тут вон даже гаражи мало у кого есть…
Словно в подтверждение его слов у ближайшего домика открылась калитка, из неё вышел мужчина средних лет, привычно встал на подставку электрического самоката и поехал себе по своим обывательским делам, удостоив нас лишь мимолётным взглядом. Скорость его движения была такова, что, пожалуй, на колёсном автомобиле по таким кривым улочкам не факт, что его быстро догонишь… а ты стоишь себе на доске и скучаешь.
Да, действительно… зачем ему автомобиль или флайер, если это будет дороже? И черепица у его дома не керамическая, а презренная металлокерамика, которая в моём городишке казалась немыслимой роскошью: у нас есть и дома, крыши которых покрыты обычным тёсом: и дёшево, и дожди не пропускает, пока не сгниёт. В малом городке до работы доехать и скутера вполне достаточно, а можно и пешком дойти. Однако: если бы у меня в детстве был бы такой самокат, как у этого дядечки, то мне люто завидовал бы весь город. В том числе и те, кто у нас считался богатым…
У меня в голове решительно всё перемешалось, и я не мог понять, что и о чём думать… а у нас, вообще-то война на носу! При этом здешние обыватели живут как ни в чём ни бывало: ездят на работу и в магазины, а близкая война – это ведь мы её придумали, и она – это наша проблема… если мы сделаем так, что она станет и их тоже, то нас же и будут ненавидеть – за то, что мы создаём неудобства…
- Беднота, говоришь,...- задумчиво отозвался я. – Боюсь, что именно такая беднота и занимается массовой рассылкой всяческих кляузных жалоб на плохое обслуживание… или на то, что война им жить спокойно мешает.
И мы с Костей потопали из местной корчмы, в которую заселились, в здание мэрии, которое наше командование безо всяких заумных комплексов отжало у здешних туземцев под свои нужды. А что, кто-то против вхождения под благую сень Звёздной Конфедерации?! – пусть сам об этом громко скажет!
Мы с Костей попали на утреннюю планёрку, что было очень хорошо: можно познакомиться со всеми командирами разом. Столы составили традиционно, в форме буквы «Т»: во главе сидел «самый главный», в звании генерал-майора, а на «ножке буквы» - полевые командиры.
- Господа! – провозгласил хозяин кабинета. – У нас сегодня гости – представители Верховного Штаба. Прошу любить и жаловать!
Мы с Костей пошли по кругу, чтобы лично пожать руку каждому присутствующему: тактильный контакт – великая вещь, и его значение никто не отменял.
Я шёл вдоль рядов, козырял, кивал, пожимал руки – и вдруг ощутил в своей ладони что-то знакомое…
Поднял глаза: вижу квадратное честное лицо со знакомыми шрамами.
- Комбат?! – вырвалось у меня. – Берг?! Это ты, что ли?!
- Уже комбриг, - ухмыльнулась эта рожа. – А ты, я вижу, растёшь в звании как на дрожжах… за тобой хрен угонишься!
Мы невольно потянулись друг к другу и крепко обнялись. Между старыми знакомыми чинов нет. Кто этого не понимает – тот до высоких чинов и не дорастёт…
- А почему ты только подпол? – удивился я. – «Комбриг» - это ведь уже полковник, нет?
- Обещали дать полкана… если в этой операции «покажу себя».
- Давай догадаюсь… ты ведь с собой переманил кого-то из наших?
- Не без того… Лешего, и кое-кого из твоих… Сосна в декрете: сидит с ребёнком, но так-то и она тоже сюда рвалась: мол, без неё мы Лешего точно угробим…
Мы оба захохотали в такт, как по команде. Вот что значит былая боевая спайка, когда ты понимаешь собеседника с полуслова!
- А этого ты тоже знаешь,.. – Берг кивнул на следующего офицера, рядом с которым он сидел.
- Владлен?! И ты здесь?!!.. Ого: уже капитан! Поздравляю!
- БПЛА – очень важный род войск, - ответил тот обиженно. – Мы можем обеспечить больше половины победы!
- Я и не сомневаюсь! – я пожал его руку искренне и горячо.
И вдруг меня торкнуло:
- Погоди… а здесь все те дроноводы, которые…
- Да, все здесь, которые проходили слаживание на территории того батальона… и Батькина тоже здесь.
Ох, не зря, не зря наши предки уверяли, что простота – хуже воровства! Вот кто его тянул за язык трепать про Елену передо всеми офицерами?! Чтобы на неё обратили пристальное внимание на предмет давления на меня? Чтобы все узнали, что я – тоже человек, и у меня тоже бывали слабости, хоть я и дослужился до Верховного Штаба?!
Я постарался молча отсигналить Владлену глазами и мимикой то, что я думаю о его умственных способностях. Вроде, он проникся… Эти айтишники и геймеры – они точно не от мира сего!
Я пообещал Бергу, что посещу его часть, дислоцированную неподалёку, и продолжил знакомство с остальными офицерами. Других давних знакомых за этим столом у меня не нашлось…
Костя вслед за мной тоже перезнакомился со всеми пришедшими. Слава Богу, никто не пытался сказать ему что-то вроде того «а мы с вашим товарищем ого-го какие дела делали! Пиратов по островам гоняли!»
В целом то совещание прошло стандартно и скучно. Типа того: «Господа, мы должны быть готовы в любой момент начать сами знаете что!». Каждый опрашиваемый готов был поклясться на Святом Кресте, что у него всё хорошо, и нет проблем, но только я из этого могучего потока бравых рапортов не смог уловить главного: сколько раз генерал-майор сам лично побывал в подчинённых частях и каких именно? Судя по интонациям, он кое-где всё-таки побывал, но какой сделал вывод? Поневоле напрашивалось, что нужно посетить некоторые части, причём бригаду Берга – в первую очередь: ей, как я понял, поручали самое важное. Ну, всё к этому так и шло…
Делая подобный выбор для предстоящей инспекции, я про Леночку даже не подумал! Честное слово! Дело в том, что бригада Берга оказалась приданной. Т.е., мой старый знакомый продолжал служить в наших спецвойсках, пошёл на повышение, - и вот обстоятельства потребовали бросить в бой аж целую бригаду «охотников на пиратов»… да ещё и вместе с дроноводами!