– Слушаюсь, лэр!!!
– А ещё проще будет поговорить со своими ротными: они наверняка подскажут, какому соседу позвонить лучше всего...
Пока мы ехали назад, справа вдалеке слышалось отчётливое громыхание, подтверждающее слова Лешего. И я готов был положить на кон весь свой накопленный авторитет, что это – не грибной дождь. Мы отбили пиратскую атаку, но местные обыватели не хотели верить, что для них всё завершилось, и в сторону блокпоста передвигались разные автомобили и флайеры, а бойцы блокпоста, как вы помните, курили хрен знает что и пропускали всех бегущих безо всякой задержки. Они бы и грузовик с боеприпасами, наверное, вот так же выпустили!
Наш пыльный бобик, попетляв по селу, заехал на территорию школы. Я вышел и направился в палатку Берга.
Тело комбрига в нём уже не лежало: забрали. Осталось только почти чёрное кровавое пятно на полу; окровавленное одеяло тоже унесли.
Кости внутри тоже не наблюдалось. «Позвонить» ему, спросить что-нибудь? Да дел столько – голова кружится. Не маленький мальчик – не должны его обидеть! Наверное. В конце-концов, вокруг столько вооружённых мужиков, что сельские хулиганы ему точно не страшны. Тем более, что у него и свой пистолет есть. И не дамский, а боевой пацанский. А ещё он мне рассказывал, как во время учёбы ходил учиться драться – нет, не должен пропасть ни за грош, как тот городской пацан-лузер на сельской дискотеке!
Что это за история произошла такая в той деревне? – я уже и не вспомню, но, кажется, на Матери-Земле... вроде бы... Там местные аборигены приревновали свою самку к самцу из мегаполиса... да, кажется, так оно и было... Они ему втащили в табло, пользуясь численным преимуществом, но никакие уточняющие детали до моей эпохи уже не дошли. Только сказки и фантазии. Может, он даже смог отбиться... хотя вряд ли.
Эка меня понесло! А ведь я всего лишь навсего приказал подполу помочь нашей медицине!
Вот помяни ты чёрта, а он тебе сразу и покажется...
В палатку завалился Костя.
Вид у него был уставший, но всё-таки явно блаженный какой-то... Как у кота, который на халяву нашёл где нализаться сметаны.
– Костя! – воскликнул я, ощущая невольный всплеск щенячьей радости, что он не потерялся, не убит и не избит. – Как дела в нашей бригадной медицине? Ты что делал?
Он качнулся, и я невольно скосил взгляд на его китель: выше его левого кармана болтался пришпиленный маленький бронзовый колокольчик, тускло звякнувший от резкого движения.
– А это что за хрень?!
– А, это... мне его в аптеке дали!
– В какой, мать ети, аптеке? – мягко удивился я.
– Ну, в поселковой... мы зашли, сказали, что надо срочно дать лекарства для раненых... Я смотрю – а этот колокольчик висит возле кассы... Я вот так сразу понял, что он – для меня: это мой талисман, который меня ждал так долго! Продавщица ещё мне сказала: «Молодой человек! Берите его! Не жалко! Он Вам точно пригодится!..» Ну, я и взял...
– Костя! – проникновенно спросил я, положив руку ему на плечо. – Ответь мне только на один вопрос. Когда вы зашли в аптеку – твой пистолет где был?
– М-м-м-м... в руке, а где ж ещё? Мы же боялись: вдруг террористы уже в посёлок проникли? Ну, и местные люди могли попасться нервные и вооружённые...
– Хм... Значит, зашёл ты, такой молодой и красивый, с пистолетом в руке в аптеку, а продавщица с улыбкой тебе и говорит: «Молодой человек! Берите же этот колокольчик! Нам не жалко! Он Вам точно пригодится!..» Я ничего не перепутал?
– М-м-м-м... Да, так оно и было...
– Костя... Давай договоримся так: ты никому и никогда не будешь рассказывать, как ты, *** *** мать, получил этот ***й колокольчик! Понял?!!!
– Так точно, лэр! – инстинктивно дёрнулся он, уловив армейские мотивы.
– Второй вопрос. Как вы ухитрились так быстро доставить медикаменты в госпиталь?
– Так нам сама же продавщица аптечная и помогла. Она нам быстро насовала то, что надо для раненых, и ещё мужу своему позвонила: он приехал на трёхколёсном мотороллере с фургоном и сам всё погрузил. Мы втроём еле-еле доехали, причём я сидел запертым в том грёбаном фургоне, внутри, как селёдка в консервной банке и обнимался с ящиками. Дай Бог здоровья таким отзывчивым людям!
– Хм, какие сердобольные вам граждане попались... Костя, а ты при этом пистолет так и продолжал в руке держать?
– Нет, зачем? Мешается же. В кобуру убрал. А ты зачем про это спрашиваешь?
– Третий вопрос. Откуда у вас взялось детское питание, которое вы привезли в больницу? Вы что, магазин по пути ограбили? Или хотели честно заплатить, а вам и так всё даром отдали, глядя на ваши пистолеты?
– Бренд, ты чего?...
– Отставить «Бренд»!!! Ты что, придурок, и правда не понимаешь, какое говно на нас вешаешь?!... Вижу: не понимаешь! Тогда просто отвечай: откуда у вас, *** *** мать, взялось это трижды грёбаное детское питание?!
– Господин полковник! – Костя проникся и включил формального подпола. – Детское питание продаётся в аптеках всех цивилизованных планет. Медсестра увидела его на витрине и сказала: «Ой, а это нашим солдатикам было бы так нужно!!!»
– «Солдатикам»,... – я, кажется, был готов сгрызть собственные зубы. – И продавщица, конечно же, сразу прониклась любовью к нашим солдатам и вынесла вам все свои запасы детских смесей?
– Так точно, господин полковник!
– А теперь четвёртый вопрос. Почему у тебя такая довольная рожа?.. Всё, отключай служаку. Если вы с той мелкой конопушкой и правда помогали раненым, то она, твоя рожа, не должна быть такой расслабленной...
– Ну, Бренд,.. – осклабился Костя. – От тебя ничего не скроешь!
– Учителя у меня были хорошие... особенно один Майор. Колись давай. Какая халява тебе обломилась?
– Ну, это... я помог той санитарке снять стресс... Там реально был такой ужас, Бренд! Я впервые в жизни увидел, как у человека кишки на носилки вываливаются!...
И Костя принялся злоупотреблять древними русскими фразеологическими оборотами. Вот, блин, ну что такое?! Научи человека использовать русский мат – так он забудет даже интерлингву! И я тоже этим частенько грешу...
– Стоп, Костян! Кишки на землю – я это тоже видел... когда-то. Вроде бы... Начиная с Альзиры. Ты мне вот что скажи: что ты сделал с той санитаркой?!
– Бренд, ты чего?! – этот бравый подпол Верховного штаба, выпучив наивные глаза, смутился, словно молоденький младший лейтенант на той самой сельской дискотеке. – Ну, я же объяснил... Стресс помог ей снять!!!
– Точечным массажем, что ли?! – психанул я. – Костя... *** *** ***! А ты Анну ещё не забыл?!
– Бренд, ты о чём? Я никого не забуду! А уж Анну – никогда!
– .... Хм... Мне кажется, Костя, что ты этот колокольчик не туда повесил...
– А куда надо было? – простодушно удивился этот подпол, невольно покосившись на свой китель и даже щёлкнув пальцем присвоенную железяку.
– Стоп, забей! – тормознул его я, и даже руку выставил, прижав ладонью злосчастный колокольчик, чтобы тот не звенел своим противным раздражающим звоном. – Это очень древняя притча про одного простодушного пейзанина, который на свою косу-литовку вот точно такой же колокольчик вешал, чтобы во время сенокоса отпугивать мелких полевых пташек, которые в траве таятся. Ему ещё тамошний пастор грехи отпускать пытался, пока не понял, что самое страшное орудие этого мужичка – вовсе не коса... Но тебе этого понимать не надо! – поверь мне...
– А я и не понял...
– И это прекрасно!!! – и я даже по плечу его хлопнул от переизбытка чувств. – Костя, поклянись мне всеми святыми, в которых ты веришь, что ты никому и никогда не будешь рассказывать, каким образом ты обеспечил наш госпиталь медикаментами и восстанавливающим питанием. Поверь мне: это очень важно!
– Клянусь,.. – пообещал тот, но не очень убедительно.
– Костя, ответь мне только на один вопрос... Что мне проще: застрелить тебя здесь и сейчас, чтобы иметь гарантию того, что меня не отправят помогать пиратам добывать руду на астероидах, или поверить в то, что ты не будешь никому хвалиться своими подвигами на этой бл***ой планете?!