В зале для фехтования не толпились поклонницы, но народа оказалось больше, чем я думала. На снарядах для силовых упражнений, стоящих возле отделанных панелями стен, занимались незнакомые парни. На дорожках тренировались несколько пар. Фехтовальщики были облачены в одинаковые защитные костюмы белого цвета и скрывали лица масками, но я безошибочно узнала Торстена. По росту, телосложению, по манере двигаться – уверенно, но элегантно, – хотя впервые увидела его с рапирой в руках.

Стоя на балконе, я следила за его поединком. Клинки встречались, вспыхивали от магии. Загорались и гасли. Закари нападал и уходил от атак. Внезапно он сделал резкий выпад. Острие рапиры ужалило противника в корпус. На месте укола на белой ткани защитного костюма вспыхнула алая метка, означающая, что удар принес очко.

Поединок закончился, и парни стянули маски. Торстен убрал с лица черные пряди, вылезшие из перевязанного на затылке хвоста, и пожал противнику протянутую руку. Тот что-то ему шепнул и указал в мою сторону.

Закари обернулся. Некоторое время, как два идиота, мы друг друга разглядывали. Было глупо рассчитывать, что он бросится встречать мое величество.

Приступами гордости я не страдала, особенно если чего-то хотела добиться от человека. Поглядывая под ноги, начала спускаться по ступенькам на тренировочный паркет. Торстен вернул рапиру на стойку, стянул перчатки и, прихлебывая из термоса водичку, внимательно наблюдал за моим приближением.

– Передали из башни Варлок. – Я протянула два деревянных ящичка.

– Что там? – Закари забрал подношение и пристроил на низкую широкую скамью рядом со своими вещами.

– Понятия не имею, но ты поосторожнее. Они седмицу лежали в сундуке.

– Говори, – с прохладцей в голосе предложил Торстен. – Вряд ли ты пришла, чтобы просто отдать подарки из башни Варлок. Что ты хочешь, Марта?

– Ты прав, – согласилась я. – У меня действительно есть к тебе просьба.

– Нет, – сухо бросил он.

– В смысле, нет? – Я почувствовала, как поменялась в лице. – Ты хоть позволь сказать, прежде чем отказывать.

– Я и так знаю, о чем ты пришла поговорить, – резковато вымолвил Закари. – Слышал, что вы с Вэлларом поругались и его отстранили от тренировок. Варлок, я не собираюсь просить за твоего бывшего парня перед ректором. Исключено.

– Чего? – искренне удивилась я оригинальному предположению.

– Если от ревности он не способен держать себя в руках, то это только его проблемы.

Никогда не подозревала в Закари Торстене живого воображения, но – глядите-ка! – проклюнулось после тренировки по фехтованию.

– С ума сойти! – Я с фальшивым восхищением покачала головой и даже изобразила беззвучные аплодисменты. – Ты настоящий прорицатель! Как догадался?

– Да о чем тут догадываться? – сердито проворчал он и, склонившись, подхватил со скамьи полотенце.

– Вообще-то я хотела попросить тебя, как врага с привилегиями, в субботу съездить со мной на ночной рынок.

Закари замер с недонесенным до лица полотенцем.

– Ночной рынок?

– У Эмбер свидание, а мне надо кое-что прикупить.

Пунцовые, словно обветренные губы тронула улыбка. Ледяной взгляд потеплел.

– Что мне за это будет? – В голосе появились знакомые мягкие интонации.

– Прелесть в том, что тебе за это совершенно ничего не будет! Я даже избавлю тебя от маминых гостинцев и лично выброшу. Что скажешь?

– Нет.

– Ты другие слова знаешь?

У Закари действительно не было ни одной причины, чтобы тащиться через три королевства на шумный рынок, открытый только по ночам, но я почувствовала себя обиженной.

– Проведем поединок? – Он вытащил со стойки рапиру и протянул мне: – Дотронься до меня хотя бы раз, и я поеду.

В магических школах учеников заставляли изучать верховую езду, бальные танцы или фехтование. Я выбрала последнее, решив, что тыкать в людей рапирой или шпагой – неплохая идея, но к оружию прилагались силовые тренировки, отвратительные разминки и прочие спортивные пытки. Как вспомню, так вздрогну. С трудом дотянув до выпуска, я получила в диплом честно вымученное «очень плохо» и поблагодарила светлых демонов, что больше не надо бессильно тыкаться носом в пол во время отжиманий.

– Ты обязан мне поддаваться, я не держала рапиру со средней школы, – ворчливо предупредила я, забирая клинок.

– Ты можешь пользоваться светлой магией, – предложил он.

– За светлую магию меня отчислят.

– А мы ничего не расскажем декану, – заговорщицки подмигнул Закари.

Следить за нашим шуточным поединком собрался весь зал. Парни остановили тренировку и заборчиком выстроились с двух сторон от дорожки. Я смотрела на Торстена через маску с мелкой сеткой, шумно дышала и прикидывала, как до него дотронуться.

– Начали! – скомандовал парень, назначенный судьей.

Некоторые знания из головы не выбивались даже со временем. Подчиняясь приказу, я мгновенно встала в начальную стойку, согнула колени и вытянула рапиру. Почему-то раньше она не казалась такой тяжелой.

Торстен дразнил меня: стоял полностью открытый, словно предлагая выбрать место, куда ткнуть острием. Хочешь в грудь, хочешь в плечо. Бог мой, да хоть в шикарный пресс, скрытый защитной формой!

Я сделала первый выпад, и Закари с легкостью отвел удар. Некоторое время, словно желая меня загонять до темноты в глазах, он отбивал каждую жиденькую атаку. В конечном итоге рапиры скрестились и эффектно вспыхнули. Даже через перчатку рукоять кололась агрессивной боевой магией.

Торстен ловко сжал пальцами конец своего горящего клинка, проворно развернулся и острие его оружия, прикрытое колпачком, практически прикоснулось к моей шее. Недолго думая, я уперлась перчаткой в его крепкий торс.

– Проиграл, Торстен, – тихо проговорила ему и по-свойски похлопала его по груди. – Я до тебя дотронулась.

– Ведьма, – хмыкнул он.

– Знаю.

Мы расцепились и стянули маски. Знакомым жестом Закари убрал с лица волосы и кивнул, с трудом пряча улыбку:

– Будьте готовы к семи.

Народ разошелся по залу.

– А если бы я не победила, поехал бы? – полюбопытствовала я.

– Конечно, – невозмутимо отозвался Торстен.

– Тогда какого демона ты заставил меня скакать по залу? У меня сердце стучит в горле!

– Скучно было, – нахально заявил он и отправился в раздевалку.

Понятия не имею, как мне хватило силы воли не огреть его светлым заклятием, раз никто не заложит декану. Или хотя бы не швырнуть вдогонку защитный шлем.

На следующее утро наши с Айком портреты появились на доске позора. Академия ушла в глубокий траур, ведь перед выездной турнирной игрой команда осталась без лучшего нападающего. Мы проиграли с разгромным счетом.

Всю субботу Эмбер готовилась к свиданию: обновила синий цвет волос, выбрала платье. К семи часам вечера, когда к нам постучался Закари, мы были полностью готовы к авантюре.

Переместиться на ночной рынок из Деймрана было невозможно. Пришлось отправиться на академическом дилижансе в соседний городок и выстоять длинную очередь в портальные ворота. Эмбер страшно нервничала и постоянно проверяла то карманные часы, то сообщения от светлого Генри в почтовике. Когда мы уже стояли в воротах, она посмотрела на нас с Закари прямым, серьезным взглядом и вдруг объявила:

– Я вообще не помню, как он выглядит.

– Значит, будет свидание вслепую, – хмыкнул Торстен.

Секундой позже портал перекинул нас через три королевства, и каркающий голос за пределами кабинки завопил:

– Торопитесь выйти!

– Местный колорит, – хмыкнул Закари и придержал для нас с Эмбер дверь.

Зал портальной башни походил на гудящий улей. Всем раздавали схемы ночного рынка, напечатанные на желтоватых плотных листах. За проход требовали плату. Закари бросил в прорезь ящика три монеты. По очереди нам поставили метки в виде ключа на тыльную сторону кисти и выпустили на главную площадь ночного рынка. Именно отсюда, из этого сверкающего огнями, кричащего голосами зазывал, наполненного запахами уличной еды перекрестья, в разные стороны разбегались узкие торговые переулки.