— Сказано — сидим, значит, сидим. Начальству виднее.
— Угу, виднее. А у меня жена дома ждёт, между прочим.
Курят. Я уловил сладковатый запах табака, просачивающийся в щели. Значит, расслаблены и не ждут нападения с этой стороны. Это хорошая новость.
Достал пистолет, передёрнул затвор. Выдохнул, успокаивая пульс. Медленно, плавно и без рывков повернул дверную ручку. Потом потянул на себя.
За дверью оказалось небольшое помещение. Что-то среднее между тамбуром и складским боксом. Вдоль стен стояли стеллажи, несколько ящиков, на полу — резиновый технический коврик. Прямо напротив видна массивная железная дверь с табличкой «Аварийный выход. Не загромождать». Метров пятнадцать до неё.
И трое охранников, как я и думал.
Они расположились ко мне вполоборота, курили и негромко переговаривались. Двое сидели на ящиках, третий стоял, опершись плечом о стеллаж. Все в форме, у двоих автоматы на ремнях, у третьего пистолет.
Первый — тот, что стоял у косяка, — увидел меня через мгновение после того, как дверь открылась. Его глаза расширились, рука потянулась к кобуре, а рот приоткрылся для крика. Я не дал ему шанса. Выстрел в бедро. Он закричал и завалился назад.
Второй, который сидел ближе всех, уже вскидывал автомат. Я шагнул вперёд, перехватил ствол левой рукой, задирая его вверх. Очередь ушла в потолок, бетонная крошка посыпалась на голову. Удар коленом в пах. Он согнулся. Я добавил рукояткой пистолета по затылку, и охранник обмяк.
Третий успел схватить автомат, но не успел снять с предохранителя. У него было две секунды. У меня — одна.
Я бросился вперёд, пригибаясь. Он, наконец, сдвинул флажок и нажал на спусковой крючок. Пули взвизгнули над головой, выбивая искры из металлических стеллажей. Я сократил дистанцию, ударил его стволом в лицо. Услышал хруст переносицы, кровь брызнула на форму. Он попятился, нажимая на спуск вслепую. Ещё одна очередь ушла в стену, потом автомат замолчал — магазин опустел.
Выбив оружие из его рук, добавил ногой в коленный сгиб. Он опустился на одно колено, а я довершил серию ударом локтя в висок.
Кажется, всё. Огляделся. Трое в минус. Слышны только стоны первого, который пытался зажать простреленное бедро, но воевать ему уже нечем, я отобрал оружие. Входная дверь была прямо передо мной, метрах в пяти. Свобода.
Я сделал шаг к ней, и в этот момент дверь слева распахнулась и внутрь ворвался ещё один охранник. Крупный, с короткой бычьей шеей, в бронежилете поверх куртки. В руках он держал короткоствольный автомат, направленный в мою сторону. Он бешено вращал налитыми кровью глазами, увидел меня, своих на полу и не стал задавать лишних вопросов. Вместо разговоров он нажал на спуск.
Твою ж… Я рыбкой нырнул за стеллаж. Пули врезались в металл, выбивая искры. Перекатился влево, прячась за какую-то бочку. Ещё очередь и бочка вздрогнула. Из пробитого бока зашипело, потянуло химией.
Наконец, наступила пауза. Охранник перезаряжался, я услышал щелчок сброса магазина.
Мой шанс. Я высунулся и выстрелил дважды. Первая пуля попала ему в плечо, развернув корпус. Вторая угодила в шею, чуть ниже кадыка. Мужик захрипел, выронил автомат и осел по стеночке, оставляя на штукатурке тёмный след.
Я вышел из укрытия. В ушах звенело. Тряхнув головой, перевёл взгляд на дверь. Нужно уносить ноги, пока на огонёк не заглянул ещё кто-нибудь.
Перешагнув через тела охранников, вышел на улицу.
Холодная нынче ночь, к тому же снег начал валить крупными хлопьями, ухудшая обзор. Это на руку как мне, так и моим противникам.
Где-то слева слышны были короткие команды, гул автомобильных моторов, но сирена больше не выла. Зато по территории метались лучи прожекторов. Но в этой части складской территории было тихо. Пока что.
Я сделал несколько шагов по снежной целине, огибая здание. Бок саднило. Видимо, зацепило рикошетом или осколком бетона, когда прятался за стеллажом. Плечо тоже ныло, на левой руке рукав пропитался кровью. Когда успел? Непонятно. Ладно, потом разберусь.
Впереди, за углом, должен быть лаз, через который я сюда проник. Надеюсь, его не обнаружили и не пасут. Хватит на сегодня жертв.
Свернул, прижимаясь к стене. Прожектор скользнул по снегу в паре метров от меня, я замер, сливаясь с тенью. Луч ушёл дальше.
Вскоре я уже бежал по заснеженному лесочку. Лаз не нашли, и путь был свободен. Но, думаю, его скоро обнаружат и, возможно, отправят за мной погоню. Потому что, когда я практически выбрался с территории, услышал громкие выкрики с той стороны, откуда я вышел. Наверное, обнаружили тела охранников.
Постепенно ускоряя шаг, я перешёл на бег. Обнаружить машину и самого Глеба на месте я и не надеялся. Да даже если найду машину, то что мне с ней делать? Водить я так и не научился. Нужно будет добраться до трассы, которая находилась чуть в стороне, и ловить попутку.
До места, где должна была стоять машина Глеба, я добрался где-то за полчаса. Бежал, проваливаясь в снег, прислушиваясь к каждому шороху за спиной. Но погони, что удивительно, не было.
Машину, ожидаемо, на месте не обнаружил. Я не сильно на это надеялся, но всё равно внутри неприятно кольнуло. Глеб не слабак, просто так не дался бы. Но этот тип в наушнике…
Он знал, где мы и когда выдвинулись на склад. Знал, где стоит машина. И уж точно не случайно выбрал момент, когда я был внутри, а Глеб остался один. Он всё знал.
Вопрос «Откуда?» меня не волновал. Это и ежу понятно — он нас от города, скорей всего, вёл. Больше занимал меня вопрос: «Когда?». Как давно он нас вычислил и почему решил действовать именно сейчас.
Развернувшись, зашагал к трассе. Метров через пятьсот остановился, достал телефон, который предусмотрительно выключил перед вылазкой. Палец завис над кнопкой включения. Сообщения — это хорошо. Но вместе с ними может прийти и то, что я не захочу знать. Например, подтверждение, что Глеб…
Выдохнул. Нет, Глеб ему нужен. Включил.
Экран моргнул, и тут же посыпались уведомления. В основном там мелькали сообщения от Харченко. Типа: «У нас пусто. Никто не пришёл. Елена в порядке». «Ты где?». «Егор, ответь». И несколько от Павловны: «Егор Викторович, всё нормально. Никого не было». «Вы меня слышите?»
Их я пролистывал дальше по диагонали. Ответил только на сообщение от Саши. Мы с ней договаривались провести завтрашний вечер вместе, но с новыми вводными придётся отменить планы.
В самом конце увидел одно сообщение от Глеба, которое было отправлено уже после моего разговора с его похитителем.
Я открыл и увидел всего два слова: «Не рекомендую».
Ни «здравствуйте», ни «до свидания». Ни намёка, о чём речь. Но я и так понял посыл. Этот тип не рекомендует обращаться в полицию. Не рекомендует искать Глеба официально. Не рекомендует поднимать шум.
Пнув со злости снег, заблокировал телефон и сунул его в карман. Тоже мне, минздрав хренов.
До трассы шёл около часа. Снег всё валил и валил, затрудняя движение. Машин в это время встречалось мало, да и те проносились мимо, не сбавляя ход. Я уже начал прикидывать, сколько ещё пилить до города пешком, когда рядом притормозила фура.
— Помощь нужна? — спросил у меня мужчина средних лет, высунувшись в окно.
— Не откажусь, — ответил я ему, прикрывая ладонью глаза от снега. — Подбросишь до Новочепецка?
— В сам город я заезжать не буду, — покачал он головой. — Могу до развязки подбросить.
— Сойдёт.
Он кивнул на пассажирское сиденье, и я залез внутрь. В кабине пахло табаком и кофе, печка жарила на полную. Водила включил радио, негромко заиграл шансон. Я откинул голову на подголовник и закрыл глаза.
Телефон снова завибрировал в кармане, но я не стал доставать его.
— Чой-то ты, парень, по ночам шастаешь? — спросил водила, косясь на меня. — В лесу заплутал, что ли?
— Заплутал, — коротко ответил я.
Водила хмыкнул и больше с вопросами не стал приставать. Хороший мужик попался. Понимающий.
До города оставалось километра три. Снегопад не утихал, идти пешком совершенно не хотелось. Поэтому я достал телефон и заранее вызвал такси. На развязке я вышел, поблагодарив водителя.
