— Проблемы, Гридо? — спросил Алекс, делая глоток виски. Горечь растеклась по языку, но он уже привык к местным напиткам.
— Да нет... то есть да, — родианец понизил голос, наклоняясь ближе. Его дыхание пахло алкоголем и чем-то кислым. — Слышал историю про контрабандиста, что задолжал Горга Хатту? И его дочку?
Гридо допил свой стакан и тут же налил новый. Руки у него слегка дрожали.
— Мои знакомые были, — продолжил он, и в голосе появились горькие нотки. — Хорошие разумные, честное слово. Тал всегда расплачивался, никого не кидал. А девчонка... — он покачал головой, — такая была живая, веселая. Все о полетах говорила.
Алекс напрягся при упоминании имени. Горга был одним из самых жестоких хаттов на Нар-Шадаа, и Алекс старался иметь с ним дела как можно реже. Но за два года он несколько раз видел во дворце хатта молодых рабынь — всегда разных, всегда гуманоидных, всегда сломленных. Хатт играл с каждой примерно месяц, а потом... они исчезали.
— Тал Вессра? — переспросил Алекс, чувствуя растущее неприятное нервное напряжение во всем теле.
— Да, его. А дочку Верена звали, — Гридо снова выпил. — Помню, как она в академию на Кореллии поступила. Тал так гордился... Говорил, что из нее лучший пилот в секторе получится.
Алекс вспомнил ту встречу в мастерской дяди два года назад. Молодая твилечка с горящими глазами, которая так страстно говорила о звездах и полетах. Верена Вессра. Значит, это она.
— Что случилось? — спросил он, хотя по лицу Гридо уже понимал, что ничего хорошего.
— Груз потерял, — родианец покачал головой. — Целый фрейтер спайса. Соблазнился на большие деньги. Дурак не подумал, что большие деньги просто так не платят. Имперский патруль накрыл. Тал едва сам ноги унес, но груз пропал. А Горга... ты же знаешь, как он относится к долгам.
Гридо допил стакан и налил еще. Алекс заметил, что бутылка уже наполовину пуста.
— Сколько должен был?
— Много... Да и не в деньгах уже дело… Тал сам виноват, что в эту игру ввязался, — Гридо горько усмехнулся. — Но девчонку-то за что? Она же ни в чем не виновата. Только из академии вернулась, диплом получила. Мечтала работать пилотом на торговых маршрутах.
— И что с ними стало? — Алекс уже знал ответ, но должен был услышать.
— Разобрались с семьей на прошлой неделе. Всех скормили ранкору — на глазах у Верены. Мать, отца, брата... Горга хотел урок преподать другим должникам, — голос Гридо стал совсем тихим. — А девчонку оставил себе. Говорит, слишком красивая, чтобы просто убить. Бедняжка, лучше бы вместе со всеми... Жалко её.
Что-то холодное и злое шевельнулось в груди Алекса. Он видел результаты "игр" Горга, знал, что ждет эту девушку. Месяц пыток и унижений, а потом смерть или что-то еще худшее. Та самая Верена, которая так мечтала о звездах.
— Мерзкая история, — пробормотал Гридо, наливая себе еще. — И сделать ничего нельзя. Горга не из тех, кто торгуется. Слишком любит свои забавы.
Алекс молча допил виски. В памяти всплывало лицо молодой твилечки, ее горящие энтузиазмом глаза, когда она говорила о полетах. "Это свобода в чистом виде!" — сказала она тогда. А теперь...
— Да уж, — тихо сказал он. — Мерзкая история. Я пошёл…
Алекс допил виски и встал. Что-то в его голове сработало — какой-то триггер, который он не мог объяснить. Почему он хочет помочь именно ей? Он не мог понять. Возможно, это Сила принимает за него решение. Его слабая связь с ней всегда проявлялась через интуицию, и сейчас каждая клетка тела говорила: действуй.
Всем не поможешь, — сказал он про себя. За два года он видел слишком много страданий, слишком много смертей. Но тут же другая мысль: Всем — нет. А ей — да. Хотя бы одну можно спасти. Хотя бы одну из двадцати трех.
Он попытался проанализировать свои мотивы. Деньги у него были — последняя работа принесла хорошую прибыль. Но дело было не в деньгах.
Может быть, он просто устал от мерзкого ощущения бессилия? Устал видеть во сне лица обреченных, которых не мог спасти? Устал просыпаться по ночам с чувством, что мог что-то сделать, но не сделал?
Будет светлое воспоминание, — подумал он. Что я помог кому-то. Что спас хотя бы одну.
— Куда идешь? — удивился Гридо.
— По делам.
***
Дворец Горга Хатта показался вдали. Алекс пару раз бывал здесь по делам — хатт любил модернизировать свои корабли и дроидов, и платил хорошо.
Охрана его знала и пропустила без вопросов. Внутри дворца царила все та же атмосфера. Повсюду следы жестокости: кандалы, встроенные в стены, тёмные пятна на полу, которые слуги не смогли отмыть полностью.
— Ха-ха-ха! — прохрипел Горга на хаттском, его голос был выше, чем у других хаттов, почти визгливый. — Алекс Коррен! Мой талантливый инженер. Что привело тебя в мой дом?
Алекс заставил себя улыбнуться. Он уже знал, что Горга непредсказуем и жесток даже по меркам своей расы.
— Слышал, у вашего превосходительства новое приобретение, — сказал он, кивнув в сторону угла, где на коротком поводке сидела фигура в рваной ткани. — Красивая девочка.
Глаза Хатта сузились. Он был достаточно умен, чтобы понять, к чему ведет разговор.
— И что? — протянул он.
— Хочу купить ее.
Горга не засмеялся. Он долго изучал Алекса своими маленькими жестокими глазами.
— Интересно, — наконец сказал он. — Очень интересно. Но она не продается, человек. Слишком... особенная. Я получаю от нее особое удовольствие.
— Назови цену, — коротко ответил Алекс.
Хатт наклонился вперед, его дыхание было слышно даже на расстоянии.
— Мне не нужны кредиты, Коррен. Но у меня есть кое-что получше для тебя.
Горга хлопнул в ладоши, и один из приближенных принес металлический ящик. Внутри лежал древний прибор — явно довоенного производства, покрытый странными символами.
— Навигационный компьютер, — объяснил Горга. — Очень старый, очень ценный. Мои техники не могут извлечь из него информацию. А ты можешь, не так ли? Твоя репутация инженера известна далеко за пределами этого сектора.
Алекс взял прибор в руки. Металл был холодным, почти ледяным, а символы казались знакомыми — что-то из эпохи Старой Республики.
— Что именно тебя интересует? — спросил он.
— Говорят, в этой штуковине записаны забытые гиперпространственные маршруты, — глаза Горга загорелись жадностью. — Я хочу их.
Алекс кивнул. Он понимал ценность такой информации. Новые маршруты могли стоить миллионы.
— Извлечёшь данные — девочка твоя, — добавил Горга. — Но если попытаешься обмануть меня...
Он не закончил фразу, но угроза была ясна.
— Договорились, — сказал Алекс.
Только тогда он позволил себе внимательно взглянуть на твилечку. То, что он увидел, заставило что-то сжаться в груди. Синяя кожа была покрыта шрамами и синяками, лекку — головные отростки — были туго забинтованы, видимо, чтобы причинять дополнительную боль. Но хуже всего были глаза. Пустые, безжизненные, как у дроида.
Она сидела, уставившись в одну точку, не реагируя на происходящее вокруг. Когда один из гвардейцев толкнул ее ногой, проверяя, не спит ли, она даже не вздрогнула. Просто медленно перевела взгляд на пол.
Месяц, подумал Алекс. Всего месяц с момента попадания в рабство, а от живой разумной осталась только оболочка. Как и у всех остальных двадцати двух.
***
Следующие три дня Алекс работал над навигационным компьютером в своем доке, но мысли постоянно возвращались к твилечке. Он не мог выбросить из головы ее пустой взгляд, механические движения. Что с разумной должно произойти, чтобы она так отключилась от реальности?
Задача была сложной — древние навигационные системы использовали программы, давно не используемые никем. Но знания, полученные в КТИ по археотехнологии, и старые программы скачанные в своё время из архива помогли разобраться в устройстве.
Наконец компьютер заработал. При активации он проецировал трёхмерную карту звездных систем с несколькими неизвестными маршрутами. Информация была ценной, но не критически важной — большинство путей вели через опасные регионы или туманности.