- Вот, молодцы, умеете же, когда прикажут! – поощрил я девушек, когда они застегнулись.

- Господин майор, но ведь жарко же,.. – робко возразила одна из бплашниц.

- Конечно, жарко, - совершенно искренне согласился я.- Но ведь я не вышел к вам потом весь в плавках, гайках и в голде с крестом. Крутой, как берег Иртыша… хм… это тоже из другой баллады, про какого-то Онегина. Но вам её знать точно не нужно! Поверьте мне: когда военная форма застёгнута по уставу, то и воевать будет легче! Всем понятно?! Не слышу…

- Так точно, лэр! – дружно пропели девчата.

Ну-ну… Что там мне сказал Кузьмич? Что мне надо выбрать кого-то одну из них и тарабанить только её? Господь Наш, во искушение меня уже ввели – укрепи и направь мя на путь истинный!.. Помнится, в одной старой притче жена поучала мужа, что он должен просить Господа лишь о том, чтобы он укрепил, а направить она и сама сможет… и вот как с таким настроем воевать прикажете?!!

- Итак,.. – прокашлявшись, возвестил я. – У нас сегодня отработка следующих тем. Я, как командир роты, должен убедиться, что могу по своему желанию подключиться к любому дрону и увидеть то, что он сам видит. И чтобы при этом мне не приходилось умолять любую из вас дать мне возможность подключиться. Второе: у меня может возникнуть желание атаковать цель, но перед этим я должен иметь возможность подозвать к выбранной точке другой дрон, чтобы с его помощью убедиться, что мой удар достиг цели, и при этом продолжить наблюдение с вызванного дрона. Третье: вы должны сами просить меня подключиться к системе наблюдения ваших дронов, а я проверю, как можно переключаться от одного вашего дрона к другому. Задача ясна?

- Так точно, лэр! – дружно отозвались девушки.

Вот что значит вовремя застегнуть подчинённых на все пуговицы!

- Ну, с Богом! – я размашисто перекрестился и напялил шлем; они послушно повторили мой жест.

«Нажимая» уже знакомые виртуальные «кнопки», я обнаружил, что в списке доступных дронов имеется уже три записи. Начал переключаться с одной на другую – ух, ты! Красотища-то какая! До этого я ни разу не видел наш полигон с высоты птичьего полёта, а он и правда похож на поле боя. Кривая линия окопов, огневые точки, полоса препятствий, колючая проволока. Как в кино.

В шлеме пискнуло: в правом верхнем углу появилось приглашение принять изображение. Я мысленно его «кликнул» - и невольно дёрнулся: на весь экран отобразилась амбразура дзота, из которой угрожающе торчала железная труба вместо пулемёта, целясь мне прямо в лоб. Кто там у нас такой умный, что готов испугать командира до икоты? – ага, Батькина… да кто бы сомневался?! Она, получается, с последнего моего сеанса сделала крутое пикирование и виртуозно подвела дрон почти вплотную к земле, не угробив его при этом,- иначе бы просто не успела с большой высоты выйти вплотную к замаскированной амбразуре. Высший пилотаж, но по заднице всё равно нашлёпать надо… блин, опять я не о том думаю!

- Вижу цель! – сообщил я. – Хочу атаковать. Дайте разведчика.

- 438, готова дать!

«Да что ж такое-то! Сплошные двусмысленности! Что за день?!»

Я выбрал из списка пункт «AG438» и «кликнул» его.

- Следуйте в точку 065, - приказал я.

- Есть! – операторша дала команду своему дрону идти на сближение с дроном Чайки.

Я сквозь шлем увидел, как один из дронов помчался с «ракетной» скоростью в сторону дзота с железной трубой.

- Бренд, вижу 065, - подтверждение пришло буквально через несколько секунд после того, как я отдал приказ. – Наблюдаю…

Я приказал «чайкиному» 065 атаковать амбразуру. Он послушно рванулся через неё в помещение дзота: моё изображение сразу же погасло, но вскоре на мой шлем пришло приглашение посмотреть картинку от 438: из атакованной амбразуры валили бесшумные клубы белого дыма.

- Класс! – восхитился я. – Так воевать можно!

Из списка доступных дронов AG065 исчез: в меню осталось только два. Логично…

- А теперь сделайте мне «рой дронов» под управлением искина, - распорядился я.

- Какое заложить предпочтение? – деловито поинтересовалась рыжая Чайка.

Я посмотрел на её гимнастёрку, туго обтянувшую девичью грудь, и задумался: а мне-то какое предпочтение высказать? Кузьмич, к тому же, настаивал…

Оп-па! Тпру, стоять!!! Кнопка мне, кажись, о дронах толкует, что ли? Блин, ведь говорил же я, что дисциплина у нас рухнет в ноль, - и сам же первый повёлся!

- А… что дроны могут предпочитать?

- Движущиеся цели – это всегда. Из двух подвижных выбирается та, которая крупнее.

- У нас тут закрытые огневые точки, - поднял я палец. – Можешь наколдовать, чтобы они атаковали доты и дзоты через амбразуры?

- Слушаюсь, лэр! – лихо козырнула Леночка и принялась возиться с работающей аппаратурой. Две подруги подошли к ней, что-то посоветовали. – Готово!

Девчата принялись шустро распаковывать дроны, изобразив из них на земле что-то вроде миниатюрной вертолётной площадки, на которой машины стояли вплотную друг к другу. Я, внимательно наблюдая эту игру в солдатики, лишь хмыкал.

- Всем отойти! – бесшабашно крикнула Чайка. – Три! Два! Один! Старт!!!

Дроны заворочались, низко загудели, как пережравшие жуки, и принялись один за другим отрываться от земли, вспархивая и отлетая в сторону полигона. Мы все провожали их в последний путь благовейными взглядами, глядя в небеса через открытые забрала.

- Они могут атаковать одну цель вдвоём-втроём? – спросил я.

- Только в том случае, если она – крупная. А у нас я заложила полётное задание: строго один удар по одной амбразуре.

- Понятно…

Мы, затаив дыхание, наблюдали, как БПЛА, разошедшись веером, принялись кружить над полигоном словно мухи над кучей навоза. Они один за другим находили цели, резко пикировали на них: полигон затянуло белыми облачками дыма от взрывов.

- Всё, все дроны закончились,.. – сказала Чайка, но каким-то не очень уверенным голосом.

- А поточнее? – потребовал я.

- Один дрон потерян… у него что-то с управлением: искин исключил его из «роя»…

- И что теперь?

- По-логике, он должен самоликвидироваться…

- Чайка, где армия – и где логика?! Ты можешь ответить: что с ним?

- Лэр, управление потеряно, - терпеливо объяснила девушка. – Как я могу знать, что с ним, если от него нет сигнала?

- Ну, пошли тогда его искать, - приказал я. – Это закон: кто оружие потерял – тот его и ищет. Заодно надо сосчитать все попадания и промахи. У вас есть интерактивная карта поражений?

- Так точно, лэр!

- Вот и пойдём прямо по карте. Заодно и потеряшку поищем. Слушайте приказ: под ноги смотреть в оба!!! Это ни разу не смешно! Когда гранаты рвутся под ногами – это вам не хиханьки и хаханьки! Поверьте мне… Всем понятно?!!!

Да, пришлось гаркнуть. Лучше три испуганных цыплёнка, чем один труп или несколько раненых.

Чайка, сверяясь с картой, шла первой. Я – за ней, при этом пытаясь отыскать дрон по ходу нашего движения, шаря взглядом туда-сюда. Две остальные девушки шли за нами след в след, настороженно озираясь; пульты управления БПЛА болтались на их тонких шеях.

Возле поражённых целей мы останавливались, и я делал карандашные отметки: отлично, отлично, а вот тут потребовалось два дрона: один промазал…

- Ой, девочки, наш дрон нашёлся! Вон он там, левее! Далеко… летает! – радостно пискнула третья мышка.

- Не девочки уже, и не левее, а на 11 часов! Давай, грохни его. Дай команду самоподрыва.

- А он не слушается… с ним же связь потеряна.

- А что он сейчас делает? Вернее, что должен делать, по теории?

- Выполняет полётное задание. Потеря связи задание не отменяет,… - растерянно сказала Леночка, хлопая крылышками-ресничками. – Он должен работать самостоятельно…

- А разве он не должен самоликвидироваться? – изумился я.

- Только в том случае, если его система сделает вывод, что полёт невозможен…

- «Выполняет полётное задание»,.. – задумчиво повторил я, вглядываясь в даль.