Лепрекон скрылся в толпе так же внезапно, как появился до этого. А я все никак не могла понять и принять то, о чем он говорил. Ник не делал ставки. Он дрался сам. На боях без правил и без магии. И не в первый раз.
И если бы мне об этом не сказали, я вряд ли поняла бы сама. Потому что на поединки парни выходили в специальных масках-артефактах, скрывающих истинный облик.
– Да он с ума сошел, – прошептала я и тут же услышала резкий звуковой сигнал, оповещающий о начале первого боя.
– О, сейчас выйдут Ураган и Костолом, – донеслось до меня. – Месиво будет что надо! Пойдем ближе.
Я кивнула, хотя говорили не мне. Вместе с толпой приблизилась к одному из бортиков и замерла в ожидании… Урагана.
Толпа загудела. Меня зажали со всех сторон, подводя ближе к рингу. Я принялась нервно озираться, понимая, что отступить не удастся. Попробовала протиснуться немного назад и получила в ответ массовый протест, а еще толчок в спину. Пришлось оставаться на месте.
А в это время объявили выход бойцов.
Смирившись, я натянула капюшон пониже, спрятав под ним часть лица, и уставилась на ринг.
Толпа вокруг радовалась появлению Костолома с Ураганом. Те стояли по разным сторонам, исподлобья глядя друг на друга. На обоих из одежды были лишь широкие черные шорты. На руках намотана защита. На головах – маски-артефакты, меняющие внешность до неузнаваемости под общую тематику боя. Сегодня все бойцы выглядели как недооборотни: тела имели человеческие, а головы львиные. Выглядело это жутковато, особенно после того, как парни на ринге что-то крикнули, но из их глоток вырвалось лишь утробное злобное рычание.
– Костолом! – проорал в унисон бойцам кто-то из-за моей спины. – Сделай его!
– Ураган, давай! – тут же раздалось слева.
Помещение затопили сотни голосов, оглушая и дезориентируя.
Обладатели львиных голов дико зарычали. Вскинув руки, они медленно, красуясь, принялись крутиться вокруг себя.
– Выпендрежник, – прошептала я, стараясь чувствовать только раздражение. Обещала же себе видеть в Нике только плохое.
Но сердце начало набирать ритм от переживаний за моего гада. Я не могла не заметить, что он чуть ниже Костолома и не такой мускулистый. Противник Ника выглядел настоящим качком, посвящающим жизнь гирям и штангам. А Блайк прослыл красавчиком-ботаником с идеальной внешностью и надменным выражением породистой морды. Он был умен и восхитительно решал сложные проблемы, но что мог Ник противопоставить Костолому на ринге??
Я начала паниковать.
«Может, это не Ник?» – подумалось мне.
Схватившись за эту мысль, как утопающий за соломинку, я принялась лихорадочно осматривать жилистое подтянутое тело бывшего друга. Рост примерно такой же. Кубики на животе в наличии. Смуглая кожа – тоже как у Ника. На миг пришла радость: не нашла крупную родинку на левой ключице. Но потом заметила серповидный бледный шрам под правым коленом. Ник получил его, когда на их группу в Разломе напала стая хверсов. Яд от их укусов выводился очень медленно, и кожа регенерировала годами.
Я прикусила губу, понимая – это он.
Ураган встал ко мне спиной и очень узнаваемо повел плечами.
«Значит, родинки Блайк скрыл, чтобы никто не узнал, – поняла я. – Конспиратор хверсов!»
Я почти успела разозлиться. Почти. Но прозвучал гонг, и бойцы рванули вперед. А я забыла, зачем вообще пришла. В голове стало звонко и пусто, а в душе – темно и страшно.
Я испуганно следила за каждым движением Блайка. И с удивлением, а может и легким восхищением, понимала, что Ураган ничем не уступает Костолому!
Ник двигался легко и стремительно, наносил удары расчетливо и точно. От одного такого Костолома отнесло к краю ринга, и он натянул собой прочные резиновые бортики так, что те натужно заскрипели. Народ радостно завопил. Костолом свирепо зарычал, ошалело тряхнул гривой и снова ринулся в бой, на этот раз достав Ника ударом по плечу. Я вздрогнула, сцепила челюсти и сжала кулаки, боясь шевельнуться. Потому что едва не бросилась вперед, чтобы забрать Ника и прибить мерзкого Костолома. Потом оживить и сдать родителям секреты о его маленьком жутком хобби!
Никто не имел права мучить моего бывшего друга, кроме меня!
– Давай!!! – проорал кто-то за мной.
И Ник нанес серию ударов противнику. Жутких, яростных, стремительных. Я задержала дыхание, поражаясь тому, что видела. Откуда в Блайке столько силы и злости?? Когда вообще он научился ТАК драться и зачем ему это?! Костолом попытался ответить Нику мощным ударом слева, но тот легко крутанулся вправо. Обогнув здоровяка, он закончил маневр издевательским едва ощутимым тычком в спину. Противник заревел. Ник оскалился и скользнул в сторону, виртуозно отражая новые попытки атаки. А затем так приложил противника, что тот рухнул как подкошенный.
Ник вскинул руки и закружил по рингу под восторженный вой толпы.
Костолом с видимым трудом поднялся и, пошатываясь, ринулся на Блайка. Они сошлись в центре, в жутком объятии, прижавшись лбами и вцепившись в плечи друг друга. А затем, в неуловимый миг, оба упали. Ник оказался снизу, но нанес удар по лицу Костолома и оттолкнул от себя, ловко перевернувшись. Противник оказался снизу. Толпа снова заволновалась, подбадривая Урагана.
Ник замахнулся. Я прижала потную ладонь к губам.
– Еще!!! – завопили справа. – Уничтожь его!! Сотри рожу в порошок!
– Да закрой уже рот! – рявкнула я, не успев удержаться.
И это стало фатальной ошибкой. Ник обернулся на голос. Понятия не имею, как он услышал меня среди прочей какофонии звуков, но его львиные глаза безошибочно нашли меня в толпе. А Костолом воспользовался секундами слабости.
Блайк получил удар по лицу. Упал на спину и дезориентированно затряс головой. Противник, не давая ему опомниться, навалился сверху и добавил кулаком в висок. Ник затих.
– Десять! Девять! Восемь… – принялся считать судья, возникнув рядом с Ураганом.
Ник все лежал, не подавая признаков жизни. А я, кажется, начала терять рассудок от ужаса этих секунд, отсчитываемых рыжим лепреконом задом наперед.
– Семь! Шесть…
Не помню, как оказалась у ринга. Кажется, пока прорывалась, вспомнила все ругательства, что знала. И что не знала – тоже. В итоге стоящие на пути волшебным образом расступились.
– Один! – объявил судья. – Победил Костолом!
– И я переломаю ему все кости! – прорычала, взбираясь на ринг и чувствуя, как меняется зрение, а в груди клокочет от ярости. – Иди сюда, львиная башка! Только она от тебя и останется!!!
Толпа затихла. Костолом, упирающийся руками в колени, изумленно обернулся. Судья умолк, подал кому-то знак разобраться со мной. Меня схватили сзади. Я лягнула ногой не хуже лошади.
– Ла-р-р-чи! – прохрипел-прорычал согнувшийся в три погибели Ник-Ураган. – Чтоб те-р-р-бя! – Он сгреб испуганно обернувшуюся меня в охапку и прижал к себе.
– Это ты! – прошептала я, моментально затихая и принимаясь лихорадочно его ощупывать.
Ник посмотрел мне за спину, махнул рукой, видимо напоминая судье, что делать, потому что тот резко продолжил пестовать нового победителя:
– Итак, приветствуем Костолома-а-а-а!!! Все вместе! Кос-то-лом! Кос-то-лом!..
– Прости, – сказала я, в ужасе глядя в большие львиные глаза.
Ураган мотнул косматой головой, сжал мою ладонь и молча потащил за собой к выходу с ринга.
– А сейчас на ринг выйдут Шторм и Хлыст!!! – гудел сзади лепрекон-ведущий.
Я покачала головой, поражаясь отсутствию фантазии у участников.
Тем временем Ник провел меня в отгороженный от зала участок, разделенный на мини-зоны. Нашей целью стала одна из них. Внутри стояла лавка, на которой лежали сменные вещи и рюкзак. Под лавкой стояли начищенные до блеска ботинки. Пахло сыростью и неприятностями.
Встав ко мне спиной, Ник коснулся тонкой вязи трех сплетенных рун на стене, и все посторонние звуки моментально стихли.
Я осторожно присела на край лавки и сложила руки на коленях. Ник обернулся, стянул маску, принявшую форму тонкого прозрачного пакетика. Казалось бы, пугающая львиная голова исчезла и должно было стать легче. Но бледное лицо Блайка, налитый кровью правый глаз и искривленные в усмешке губы, одна из которых слегка раздулась и кровоточила, не давали расслабиться даже на мгновение.
