***
Лео́лия смотрела с внешней стены на пылающий город и плакала.
«Ты не понимаешь, что такое – война. Тысячи погибших, сотни тысяч сирот и вдов. Калеки, заполнившие города и просящие милостыню. Голод и эпидемии. Тебе плевать?! Твоя честь, твоя жизнь, твое счастье для тебя – дороже?» – вспомнила она тихие слова отца. И вспомнила себя, когда, пылая яростью и детской обидой, готова была погрузить Элэйсдэ́йр в междоусобную войну, лишь бы не выходить замуж за Медведя.
Глупая, самовлюблённая девчонка!
Эста́рм был плохим королём, а она – и того хуже.
Там, за стеной огня, погибают те, кто не успел добежать до стен крепости. Крепости! О, Тэйсго́л! Какого ю́дарда ты вместо замка построил дворец?! Всерьёз верил, что медвежьи камни защитят от всех бед?!
– Нам не выстоять, – сказал тихо подошедший И́ннис, словно вторя её мыслям. – Стены слишком условны, да к тому же разрушены. А дворец… дворец не создан для обороны.
– И что вы предлагаете? – холодно поинтересовалась Лео́лия у Серебряного щита.
– Попробовать заключить союз с Ка́лфусом.
– Каким образом?
– Простите меня, Ваше Величество, за бестактный вопрос… Консумирован ли ваш брак? Может быть…
Лео́лия не обернулась.
– Герцог, – ледяным тоном произнесла она, – из уважения и благодарности к вам за верную службу будем считать, что вы этого не говорили, а я не слышала.
И́ннис молча поклонился.
– Мы будем стоять до смерти, Ваше Величество, – пробасил И́нрэг. – Его Светлость прав – нам не выстоять. Но зато мы можем с честью погибнуть.
Королева обернулась к обоим мужчинам. Ветер трепал её тёмные волосы, которые она не успела убрать в причёску.
– И́нрэг, у меня есть к вам тайный разговор, – сказала Леолия громко. – Есть кое-что, что поможет нам. И́ннис, стену оборонять до последнего воина. Капитан, следуйте в комнату Совета. Через несколько минут я приду.
Мужчины склонились перед королевой. Девушка вздёрнула подбородок и стала спускаться. Внутренний двор, сад заполнили горожане. Перепуганные дети и женщины плакали. Мужчины сжимали кулаки и челюсти.
– Все на стену. Кроме детей и стариков, – жёстко приказала Лео́лия. – Не мне вам говорить, что смерть не так страшна, как плен у кровавых всадников. Раздать оружие всем, кто способен его держать.
Она гордо и властно шла сквозь человеческое море, и сотни глаз взирали на королеву со смесью отчаяния и надежды.
– Ведьма, она ведьма, – шептались люди, – а избавитель ещё не пришёл. Ка́лфусу не справиться с ней… Её магия сильнее. Сам Царь Ночи стоит за её плечами… Чёрные волосы – его печать…
Лео́лия обернулась и изобразила на лице коварную усмешку Э́йдэрда.
– Хочу новую обивку в комнату, Сео́к, – капризно и громко заявила она носатому камердинеру. – Когда это всё закончится, велите снять кожу с всадников и их лошадей. У них светлая, мне нравится этот цвет. А из красных кос сплетите ковры.
И люди в благоговейном ужасе затихли. Где-то громко заплакал младенец, но мать, видимо, тотчас смогла его успокоить.
Лео́лии было странно видеть, как отчаяние сменял ужас, а вместе с ним в людях вырастала вера. Девушке очень хотелось сорваться и перейти на бег, но она шествовала неторопливо, слегка позёвывая и глядя на мир презрительным взглядом свысока. Никогда прежде Лео не могла бы даже представить, что сможет так убедительно врать. Сама того не осознавая, принцесса сейчас подражала мужу.
Малахитовый кабинет, в котором испокон веков Тэйсголи́нги собирали советы щитов, встретил Лео́лию раскатистым храпом. Рыжий капитан, измученный бессонной ночью – он дежурил в городе – развалился на троне, покрытом медвежьими шкурами, и спал, положив голову на собственный локоть.
Круглый стол. Восемь тронов для семи щитов и короля. Малахитовые стены. Ни одного окна, а вместо потолка – стеклянный купол. «Здесь Эйдэрд поставил отца перед фактом, что женится на мне. Здесь четверо против троих выбрали его моим мужем».
Лео́лия положила руку на плечо спящему.
– Инрэг, – позвала громко и властно. – Не желаю, чтобы кто-то кроме вас узнал королевскую тайну. Дайте слово, что никто от вас о ней не услышит.
Рыжий вскочил, вытянулся по струнке.
– Клянусь!
– Пока жив король – жив и Элэйсдэ́йр, вы знаете. Ваш долг – прежде всего спасти вашу королеву.
Голубые глаза вояки выразили мучительное недоумение.
– Молчите и слушайте. В винном погребе есть тайный ход. Соберите людей, самых надёжных и верных. Я подожду вас там. Постарайтесь пробраться незаметно. Ка́лфус получит Запретный остров и жителей Шуга, но без их королевы. А мы потом отомстим ему за убитых.
И́нрэг сглотнул. Лео́лия знала, что где-то во дворе замка сейчас находится его мать и дочь – юная девица на выданье.
– Вы никому не должны рассказывать об этом. Даже тем, кто будет нас сопровождать. Помните: никто не должен узнать про этот тайный ход.
– Да, Ваше Величество, – глухо подтвердил приказ капитан и отвёл глаза.
– Ступайте. И помните: я жду вас в винном погребе.
И́нрэг вышёл. Лицо его потемнело и разом будто постарело. Лео́лия тотчас же поторопилась выскочить за ним.
***
Огромные бочки с вином слабо освещал свет тусклой лампады. Было темно и тихо. Сюда не долетали звуки битвы. Королева, закутанная в чёрный плащ мужа, молча ждала охрану, прислонившись к пузатой поверхности. Она нервничала: беспрестанно одёргивала плащ, поправляла капюшон, надвинутый на лицо, переступала с ноги на ногу.
Наконец, дверь скрипнула.
– И́нрэг? – прошептала беглянка с нетерпением. – Вы меня заставили ждать!
Но по лестнице спустился не рыжий капитан.
Их было несколько. Одежда сияла в свете факелов, будто серебряные доспехи. Впереди шёл долговязый, как подросток, герцог И́ннис. Он приветливо улыбнулся, поправил коротко стриженные, рано поседевшие волосы.
– Добрый вечер, Ваше Величество!
– Ин… Иннис? А ч-что вы тут делаете? – жалобно пискнула королева, отступая в тень. – Как это понимать?
– Вы очень упрямая девочка, – мягко укорил Серебряный щит. – Непослушная, упрямая девочка. Вам надо было бежать от Медведя, как предлагала моя дочь. Сейчас бы были замужем за Ка́лфусом, и принцу не понадобилось бы вводить в город войска. Столько народу погибло из-за вашего упрямства, дорогая!
– Вы меня предали! – простонала королева рыдающим голосом.
Она как-то неловко прижала руки к лицу и всхлипнула.
– Наоборот, милая. Мы спасали вас всё это время. Это я предложил вашему отцу забрать вас из обители…
– Вы лжёте!
Серебряный герцог усмехнулся, провёл рукой по волосам.
– Я спасал вас от ярости толпы, когда вам было лишь восемь лет, и эти люди хотели уничтожить свою принцессу. Вы не помните, но это я тайно вёз вас в обитель, баюкая на руках. Признаюсь, когда принц Ка́лфус обратился ко мне с предложением мира, он хотел выдать свою сестру за Амери́са, но… На Амери́са у меня были иные планы. Благодаря мне, король вытащил вас из обители, принцесса. Да ещё и накануне пострига. Это я смог уговорить вашего отца вернуть опальную дочь ко двору. И поначалу все шло как по маслу. Но, по-видимому, волосы всё же влияют на характер. Признаться, я не понимаю вас! Ильси́ния была единственным человеком, который вас поддержал, а вы… Развратная вы девчонка, Ваше Величество. Между подругой и штанами выбрали штаны. Нехорошо это.
– Как вы смеете меня оскорблять!
И́ннис развёл руками:
– Это факты, Ваше Высочество. Строгие факты. А сейчас вам придётся быть милой девочкой и пойти с нами по подземному ходу. Принцу Ка́лфусу нужны вы, ваше тело и рука, а не жизни этих несчастных. И потом, я лично хочу преподнести ему долгожданный подарок.
– Нет, нет, пожалуйста! Пощадите меня! Я люблю Э́йдэрда! Я не смогу жить без него! – захныкала девушка, заламывая руки.
– Ну, это ты уже переигрываешь! – сердито оборвала диалог Лео́лия, открывая у бочки дно и спрыгивая на пол.
Серебряный герцог выхватил саблю… сзади на его плечо легла рука рыжего И́нрэга:
