Всех спас Ларан. Морской герцог что-то пошутил… Кажется сказал, что с удовольствием посмотрел бы на драку между Джией и Леолией. И тогда обычно безмолвный Медведь предложил скрестить сабли между хранителями щитов. На этом всё и закончилось. Именно после этого случая Ларан, отловив перепуганную младшую дочь, сказал, что если уж предстоит драка, то нужно бить первой и лучше в нос. «Или в пах, если это он и у него в наличии пах», — подумав, добавил отец и широко улыбнулся.

— Вам предстоит разделить с Эрикой все тяготы пути…

«Интересно, а Эрика помнит, что дралась с моей сестрой? И что Лэйда её избила?» — замирая, думала Лари. После той истории, дочери Морского щита не часто видели королевскую семью. И тут в её сознание ворвались слова, сказанные уже герцогом Эйдэрдом.

— Вы останетесь вместе с принцессой в Медовом царстве. Возможно, именно там выйдете замуж. Медовики — люди суровые, помните это. Север располагает к строгим нравам. Не посрамите чести Элэйсдэйра. Помните, если вы нарушите законы царства и будете приговорены к смертной казни, и ваша вина будет доказана, мы не станем протестовать против исполнения приговора. Это касается вас всех, включая нашу дочь. Все вещи для комфортной поездки и проживания собраны. Не станем тратить времени на прощанья. У вас есть час, чтобы написать письма. Через час мы снова ждём вас всех здесь. Для начала вы войдёте порталом в Горный щит. А дальше предстоит долгая дорога. Помните: Медовое царство — земля без магии. Там нет порталов и там не действуют медвежьи камни.

— И мы… мы никогда не вернёмся обратно? — прошептал потрясённый Альдо.

Эйдэрд взглянул на него своим тяжёлым взглядом, и сын Южной герцогини невольно опустил глаза.

— Не все, — тяжело уронил Медведь. — Как единственный сын Юга и наследник Южного щита, вы, Рандвальд, как только проводите принцессу и убедитесь, что всё благополучно, возвращайтесь обратно. Остальные могут идти, а с вами, Рандвальд, нам нужно поговорить наедине.

Альдо невольно вздрогнул и поклонился. Остальные, потрясённые предстоящими перспективами, вышли.

«Мама знала?» — испуганно думала Лария, испытывая всепоглощающее желание броситься обратно. И лучше не в Серебряный, а сразу в Морской щит. Уж Лэйда её точно не выдаст… Вот только старшие сёстры, доведя Иларию до дверей тронного зала, тотчас вернулись обратно в свои щиты. А камня перехода у Лари не было. «Вы останетесь… вы останетесь» — бились слова Медведя в её голове. И девушка сразу вспомнила свой странный сон.

Снег… Лес… И парень, который повёл себя с ней как невежа.

Переночевать решили в Горном щите. Перепуганные девушки, впечатлённые предстоящими перспективами, сгрудились в одной общей спальне, находившейся перед покоями принцессы. Эйдис, внучка хранителя Шёлкового щита, дежурила в спальне принцессы. Венделла посмеивалась, пугая Каису, но Лария видела, что рыжая бестия и сама напугана. Одно дело — быть фрейлиной в Элэйсдэйре. Тоже, конечно, больше почётная, чем желанная обязанность. Дежурить при принцессе по ночам, подай-принеси-развлеки… Дома уютнее, дома ты почти сама себе хозяйка. И всё же в Элэйсдэйре есть шанс познакомиться с кем-нибудь при дворе, выйти замуж, и на этом твои обязанности перед королевским домом плавно перетекали в обязанности перед мужем. Ну и перед королевством: родить и воспитать детей.

Но выйти замуж за одного из вельмож Медового царства… Остаться на всю жизнь среди дремучих лесов и снегов… Малоприятно и не заманчиво.

— Везёт же Альдо, — жалобно простонала Каиса, — ему предстоит вернуться обратно…

Венделла замерла, замолчала, накручивая на палец прядь медных волос. Дочь Горного щита прищурила серые узковатые глазки и уставилась на неё.

— Не-е-ет, — прошипела Венделла. — Ну уж нет. Даже не думай, Каиса. Альдо — мой. Я первая придумала!

Худенькая Каиса спрыгнула с кровати и скрестила на груди тонкие руки:

— Это ему решать, не тебе!

Лария вздохнула. Она знала Альдо с детства, они часто играли вместе. Он был добродушным и рассудительным парнем. Единственным из юношей, кого застенчивая девушка не боялась. Бедный, бедный Альдо! Похоже, на него открылась настоящая охота…

Девушка поднялась и вышла в коридор, зябко кутаясь в просторный шерстяной плащ. «Как я буду жить среди них?» — тоскливо думала она. Лэйда всегда ругалась, что младшая сестрёнка слишком уж от всех шарахается, избегая любого общества, но до этого дня сама Лария не видела проблемы в своей любви к уединению.

Горный щит был самым бедным из всех семи щитов. Конечно, в его рудниках порой находили самоцветы и даже, но ещё более редко, чем драгоценные, медвежьи камни. И всё-таки, северо-восточные горы были скупы на находки. Уголь, гранит — вот и всё, чем они могли «похвастаться». А на шерстяной ткани и сыре, пусть даже ароматном и пряном, много не заработаешь. И замок Сеумаса, хранителя Горного щита, свидетельствовал об этом лучше всего. Он скорее напоминал просторный каменный дом, чем дворец или замок. Окна первого этажа выходили в квадратный внутренний двор, а окна второго были маленькими и узкими. Несмотря на суровый климат, они не были застеклены: видимо на драгоценное стекло денег у Сеумаса не нашлось. Поэтому в холода их просто завешивали козьими шкурами. И Ларии показалось, что она, после непродолжительного пребывания в комнате, насквозь пропахла характерным запахом.

Девушка вышла в голый внутренний двор. Ни деревца, ни кустика. Просто ровная утоптанная площадка с колодцем посредине. «Альдо для неизбалованной Каисы это находка, — подумала Лария, — не только для того, чтобы выйти замуж и вернуться. Она сама, по сравнению с сыном Южной герцогини, почти нищенка.». И девушка представила себя Каисой. Нарисовала себе счастливую любовь с добрым Альдо, свадьбу и первый приезд в Южный щит, с его садами и виноградниками.

— Я на небесах, — выразительно прошептала Лария с придыханием, мысленно касаясь струй золочёного фонтана, — Богиня, как дивно прекрасно это место…

— Ты серьёзно? — раздался вкрадчивый голос за её спиной.

Лария подпрыгнула от неожиданности и обернулась. Перед ней стоял, прислонившись к стене, второй сын королевы — принц Ульвар. Его золотисто-русые волосы сейчас казались темнее из-за падающих теней, а голубые глаза стали почти прозрачными. Он ухмылялся, положив руки в карманы серого плаща.

— Ваше высочество, — пробормотала Лария, чувствуя, как безудержно краснеет.

— Уль. Просто Уль. Давай без официоза, — хмыкнул тот. — Неужто в Морском щите всё настолько плохо, что этот сарай показался тебе небом на земле?

Не зная, что ответить, Лария опустила взгляд и промолчала.

Ульвар шагнул к ней, и девушка невольно попятилась.

— Я тебя пугаю? — шёпотом спросил парень.

«Нет, просто никто из мужчин до сих пор ещё ни разу не нарушал моё личное пространство», — мысленно ответила она, но не решилась произнести это вслух.

Принц неожиданно коснулся её лица, затем провёл рукой по волосам. Лария вскинула на него изумлённый взгляд. Надо было возмутиться, но она совсем растерялась, не зная, что сказать, чтобы не обидеть сына короля.

— Ты не похожа ни на отца, ни на мать, — задумчиво заметил Ульвар. — У тебя светлые, как лён, волосы… И глаза. Не серые, как у герцогини Джии. Не голубые, как у Ларана… Синие. Вечернее небо. Красиво. В кого ты?

Лария шагнула назад, чувствуя мучительное желание сбежать подальше. Принц смущал её, и девушка не знала, как правильно вести себя в подобных ситуациях. Он нарушал все правила приличия. Ульвар, видимо, заметил её состояние и усмехнулся.

— Хорошая девочка. Послушная и скромная, не правда ли? Если бы я лично не знал герцогиню Джию, то решил бы, что ты не дочь Ларана.

Жар с её щёк перекинулся на уши.

— Что вы…

«… себе позволяете», — мысленно закончила Лария, не решившись высказать своё возмущение вслух. Ульвар не обратил на её писк ни малейшего внимания.