Джерго рассмеялся. Постарался сделать это тихо и убито.
— Мой волк. Он чувствовал присутствие посторонних людей… Я сразу понял, что вы меня разыграли. Я бы никогда не бросил вас одну…
Ветер не поднимал взгляд на девушку. Он не умел изображать печаль или влюблённость.
— А танец…
— Ну, вы же хотели посмотреть танцы моего народа…
— Это не были танцы вашего народа! — вскинулась Ия, едва не вскочив от гнева. — Это было что-то, чего вообще нет в природе и… и обычаях!
«Ну, Андраш, ну спасибо, удружил!»
Джерго покаянно опустил голову.
— Да, — признался, — вы правы. Вы удивительно разумная девушка… Я восхищён. Но я уже говорил, что делал всё, чтобы оттолкнуть вас… Впрочем, в тот момент, я даже себе самому не мог признаться в собственных чувствах.
Решив, что настало нужное время, он откачнулся от стены и двинулся к ней, потом опустился перед ней на одно колено, стараясь не завалиться на бок, и взял за руку, нежно коснувшись пальцами запястья.
— Знаешь, почему я ничего не сказал Андрашу о тех, кто покушались на меня? Я боялся, что от моего признания пострадаешь ты…
Джерго коснулся её пальчиков губами. Кожа оказалась мягкой и приятной на ощупь. Ия потянула руку, смутившись.
— А причём тут я?
Но голос её едва заметно дрогнул, а пульс участился. «Попалась», — хмыкнул Ветер.
— Рыцари Элэйсдэйра могли напасть на меня по двум причинам, — хриплым шёпотом заметил он. — Или заступиться за свою принцессу. Но я её не обижал… в последнее время. Или — за тебя. А тебя я обидел… В тот самый день.
— За меня? Но…
— Конечно, — шепнул Джерго и вновь коснулся губами узкого запястья. А затем поднял на неё свои синие, затуманенные глаза. — Я бы заступился, если бы тебя кто-то обидел… Мне так жаль, что не ты — невеста… Я бы всё отдал, чтобы… Давай убежим? Я увезу тебя далеко-далеко… Я очень богат, ты даже не представляешь, насколько. Я построю для тебя дворец… На юге… Где-нибудь в Персиковом султанате, где нас никто не найдёт… Хочешь?
Ия покраснела, испуганно глядя на него.
— И не нужны нам с тобой суровые леса, и холода… И это испытание… Я бы выиграл его для тебя, но без тебя оно мне не нужно…
«Ого, какой быстрый пульс. Ну давай, девочка. Я уже не знаю, о чём тебе ещё соврать».
Девушка встала и решительно забрала у него руку. Губы её нервически дрогнули.
— Знаешь, — прошептала она. Нежный голосок слегка осип, Ия откашлялась, — было время, когда именно это я хотела услышать. Очень хотела. Но, прости, нет. Не обижайся, но… Моё сердце не свободно.
«Уже интересней», — подумал Джерго и закрыл лицо рукой, изображая страдание. Ия молчала, только дышала, словно загнанная лань.
— Скажи хоть, как твоё полное имя, — тоскливым голосом произнёс Ветер. Вернее он попытался произнести тоскливо, но голос срывался от стараний удержаться от смеха. — Кого из щитов ты дочь? Я буду хранить в памяти хотя бы это…
Он метнул на неё быстрый взгляд из-под ресниц и увидел, как она смутилась.
— Илария, — наконец вполне твёрдо произнесла девушка. — Дочь Ларана, Морского щита…
— Того, что пропал шесть лет назад?
— Да, его.
— Мне очень жаль. Должно быть, ты скорбишь до сих пор. А знаешь, я помню твоего отца… Он как-то приплывал к нам на большой синем корабле. М-м-м… «Синий баклан», да ведь? Я не мог перепутать название баркаса. Точно, как сейчас помню буквы на его правом борту.
— Да, — отозвалась Ия. — Но я была маленькой, когда отец пропал…
— Спасибо, — шепнул Джерго. Поднялся, закусив губу. Мир снова зашатался. Пора было завершать визит. — Прощай! У меня будет имя, которое поможет мне победить.
— В испытании?
— Нет, у нас сегодня поединок с Андрашем. Ну ты понимаешь… После той некрасивой сцены…
— Но ты же ранен, — удивилась Ия.
«Довольно прохладно…».
— Так ведь и он после нападения стаи волков — тоже, — равнодушно пожал плечами Джерго и снова покосился на неё.
Ия побледнела. Губы её задрожали. Она схватилась за спинку кресла.
«А вот тут горячо».
— Он, конечно, держится…. Внешне даже и не скажешь…
— Что с ним? — прошептала Ия и схватила Джерго за руку.
«Всё хорошо, только он перестал быть мужчиной», — чуть не брякнул Север, но закусил губу, сдерживаясь.
— Жить будет, если я его не убью, конечно.
Девушка в ужасе посмотрела на него.
— Джерго… — прошептала она.
И он, пользуясь её полнейшей растерянностью и шоком, вновь поцеловал ей руку и решительно вышел.
«Итак, Илария, дочь Ларана… Помнится, их было три… Очевидно, младшая… Илария…».
Когда Ветер уже выходил из двери, внезапно на него натолкнулась та, о которой он думал. Она попятилась.
— Что ты тут делаешь? — спросила резко.
— Объясняюсь в любви, — Джерго пожал плечами.
— Кому? — опешила лгунья.
— Ие, конечно.
— Смеёшься?
— А похоже?
Он внимательно вгляделся в её синие-синие глаза, распахнувшиеся от неожиданной боли.
— Не думаю, что ты способен кого-либо любить, — с горечью заметила она. — А сейчас пропусти меня.
— Отчего ж? — Джерго даже не подумал подвинуться. — Я — мужчина. Нам свойственно влюбляться. Не всегда объект достоин любви, честно признаться. Иногда всё решает цвет глаз или… Например, размер бюста. Ну или ножки красивые…
Лария скривилась.
— Дай пройти. Я не желаю слушать о такой… гадости.
— Не могу. Ещё шаг, и я упаду.
Девушка сумрачно посмотрела на него.
— Я сейчас кого-нибудь позову…
— Эйдис. Позови Эйдис… У неё такие глаза красивые. Как летний лес…Или нет, лучше ту… рыженькую… как её… Тебе не кажется, что рыжий — просто идеальный цвет? Яркий и…
— Я позову Каису, — прошипела Лария. — Она самая крепкая…
— М-м-м… Да. Позови её. У неё как раз грудь пышная. Всё, как мне нравится. Будет за что подержаться, если буду падать.
— Что ты несёшь⁈ — крикнула Лария со злобой. — Почему ты всегда такой мерзкий?
— Дай подумать… Может потому что я это — я?
Он пошатнулся, и девушке не оставалось иного выхода как поддержать. Джерго тяжело опёрся о неё, обняв за плечи.
— Помнишь, ты спрашивала про Ларана… Видел ли я… Да, я позабыл было… Он приплывал к нам… давно… На большом баркасе…. «Синий баклан»… Точно…
— «Серая чайка». Ты что-то путаешь, у него не баркас, а шлюп. И вовсе не большой.
— Видимо, путаю.
— М-мой отец — герцог Эйдэрд — очень дружен с Морским щитом, и поэтому я знаю, на каком корабле ходит герцог…
— Ходил. Шесть лет назад он пропал же без вести, разве нет?
— Семь, — мрачно процедила Лария. — Ты его видел после этого?
— М-м…Тебе было десять, да? Совсем малышка… Может с кораблём всё-таки перепутала? Я точно помню большой баркас. Синий с белыми парусами…
— Тринадцать, — прошипела девушка.
«Заметила».
— Точно. Путаюсь. Цифры это не моё, я же Ветер.
Они медленно шли по тропинке, и ради её объятий Джерго не стал вспоминать о лыжах, так и оставшихся в сенях.
— Ты знаешь, — зашептал он ей на ухо. — Когда ты предложила позвать на помощь кого-то из девушек, я, признаться, надеялся, что ты велишь Ие мне помочь. Она из вас самая красивая…
Ветер почувствовал, как Лария вздрогнула, но продолжал шептать, будто не силах сдержаться.
— Всё-таки синий — мой любимый цвет… Синие глаза, это очень красиво, не находишь? А, да, у тебя тоже синие, кажется… Но Ия… Понимаешь, у неё оттенок такой… И фигура… Ты — девушка и не понимаешь в этом ничего. Но спроси любого мужчину — фигура определяет всё…
— Я не хочу…
— Да-да, прости. Помню, всё плотское тебе противно… Да, извини. Давай о душе… Она такая смелая… Ия. Помнишь, как с самого начала она заступалась за тебя? Про желудок… Да, это было смешно… Такая отважная девчонка! А страстная… М-м… Настоящая женщина. Как она одним движением брови… И ваш Альдо тотчас вызвал меня на поединок… Да… Ради таких женщин не страшно умереть, как думаешь?
Он вдруг остановился и развернул её к себе, заглядывая в лицо. Лария попыталась отвернуться, но Джерго взял девушку за подбородок и удивлённо спросил:
