Лария летела над штормом, пытаясь разглядеть самую важную для неё лодочку. Глаза чайки, безусловно, увидели бы эту щепку на чёрных пенистых волнах. Но шлюпки не было.
— Это могло быть последнее желание царицы, и Келемен, исполняя его, просто передал бы сыну запечатанный свиток…
— Глупости, — рассмеялась Лэйда, летевшая справа. — Келемену было плевать на жену. Вспомни: Иштван говорил, что царь не любил супругу. И Джерго, кстати, это подтвердил. Не думаю, что царь стал бы соблюдать волю…
— Ну или хотя бы прочитал сам, — тихо рассмеялась Джайри слева. — Я бы непременно прочитала. Конечно, Голос это Михэли. Тут просто не может быть двух мнений. Она неплохо знает братьев, это раз. Даже смогла сотворить более-менее правдоподобного Джерго специально для тебя. Она — сновидица, а Айяна сказала, что таких мало и они все наперечёт. И синий шарик в начале игры, конечно, выпал тебе потому, что Михэли рассчитывала спасти единоутробного брата. А, значит, она уже в начале испытания знала, что ты…
— Это сейчас неважно, — резко заметила Лэйда. — Уверена: наше время ограничено. Лария! Джерго здесь больше нет. Не трать свои минуты. Их у тебя мало. Он либо ушёл сам, либо его перекинули в другой сон.
— Но все сны посмотреть невозможно! — жалобно воскликнула Лария. — Я его никогда не найду.
— Логика, Лари, ты забыла о логике, — шепнула Джайри.
Девушка задумалась и поняла, что в самом начале привлекло её внимание.
«Сон про медведя… Джерго убил его в четырнадцать лет… Тот сон точно был сном именно Севера. И, если первым стал именно он, если он сразу приснился Джерго спустя семь лет после того события, да ещё и решительно оттеснив сны других Ветров и их невест… Значит, это не просто сон, а навязчивый кошмар».
А, значит, ему свойственно повторяться.
И Лария встала на лёд, поспешно сочиняя себе шубу и лыжи. Она заскользила по заметённому снегом морю и вскоре увидела мужскую фигуру и белого медведя, сидящих спиной к спине друг друга. Оба самца пили из больших деревянных кружек. Судя по розоватой пене, замёрзшей на дужках, брусничное.
— О, Илария, привет! — мужчина обернулся к ней. — Будешь пиво?
Медведь густо рыгнул.
— Привет, Андраш, — вздохнула Лария. — Иштван уже проснулся.
— Значит, я опоздал, — усмехнулся Восточный ветер. — Что ж, медведь и невеста — неплохая компания для последних часов.
— Не уверена, что у нас есть часы, — возразила девушка, — и я не твоя невеста. Уверена: если мы спим, то мы ещё живы, а если живы, то можем проснуться. Тебе нужно найти Эрику и поцеловать. Я не уверена насчёт поцелуя, но Иштван проснулся именно так.
— Думаешь, я не пробовал найти мою принцессу? — рассмеялся Андраш с горечью. — За это время со мной успел побывать ни один десяток Эрик.
«Бедолага», — невольно посочувствовала Лария.
— Надо найти не Эрику, а её сон. Как ты думаешь, что должна видеть Эрика во сне?
— Бал? Королевскую охоту? Свадьбу?
— Что могло бы её заставить забыть о тебе?
Андраш задумался.
— Да всё, наверное. Иногда мне кажется, что быть со мной — для неё просто прихоть.
«Мне тоже». Лария задумалась. Найти принцессу в бесчисленных снах — та ещё задачка. И, если Восточный ветер для неё действительно лишь прихоть избалованной девчонки, то Андраш обречён…
Впрочем…
— Нет, это не так… Знаешь, почему? — Ларию вдруг осенило. — Эрика рассказала тебе всё самое неприглядное о себе. Если бы любовь к тебе была бы лишь капризом принцессы, то Эрика бы соврала… Насколько много ты узнал о её жизни? Самое сильное воспоминание можешь представить? Может быть, момент, когда отец отправляет её в Медовое царство, или…
— Предположим, знаю, — прошептал Андраш и в голубых глазах его появилось непонятное выражение. — Но как туда попасть? Я же не сновидец…
— Представь эту сцену насколько сможешь полнее. В мельчайших деталях… в…
— М-да, — проворчал медведь голосом Джайри, — судя по тому, как он быстро исчез, а ещё по оставленному меховому плащу… Я, кажется, догадываюсь, что это за воспоминание.
— И что же за воспоминание? — полюбопытствовала Лария.
— Тебе такое ещё рано понимать. Пива хочешь?
— Нет. Я хочу быть с Джерго. Хочу если не проснуться, то хотя бы умереть с ним…
— Ну так подумай, куда он мог уйти.
— Север мог уйти не сам.
— Смеёшься? — Джайри облизнула кружку. — Шикарно, когда у тебя язык дотягивается вот прям до всего. Джерго кто-то увёл? Джерго⁈
Лария взглянула в маленькие глазки медведицы.
— Ты права… Заставить Северный ветер куда-то пойти и выполнить чужую волю…
— Ну. А тогда куда бы он пошёл сам?
Лария глубоко задумалась. А потом в тревоге вскочила.
— Ну конечно!
Пустынные ледяные просторы сменились серым камнем. Невеста Севера одним махом перепрыгнула через все тридцать четыре ступеньки и сразу врезалась в спину Джерго. Тот обернулся, хмурясь.
— Ну наконец-то, — фыркнул. — Тюленька, долго ты соображаешь.
Лария обхватила его руками, привстала и потянулась к губам. Джерго резко отступил.
— Лари? — коротко и подозрительно выдохнул он.
Девушка покраснела.
— Прости. Нам обязательно нужно поцеловаться. Я поняла, что невеста будит Ветра поцелуем.
— «Прости»? — переспросил Север. — Да я-то не против. Просто не хотелось бы, чтобы это снова оказалась не ты.
Он нежно привлёк её к себе. Ветер трепал его волосы. Серое утреннее небо над развалинами башни Нандора казалось огромной перламутровой раковиной.
— Рассвет? — спросила девушка.
— Одни демоны знают, что на самом деле, — фыркнул Джерго. — Это ведь всё ещё сон.
Почему-то Север не торопился.
— Джерго? — тихонько позвала Лария.
Синие глаза покосились на неё.
— Проснуться мы всегда успеем. Сначала я хочу убить эту тварь.
Девушка с недоумением посмотрела на него. А потом до неё дошло: он же ничего не знает!
— Ты про Айяну? Но это не она…
— Приятно, когда тебя ждут, — прервал её негромкий голос. — Привет, Илария, дочь Ларана. Здравствуй и ты, Северный ветер.
На этот раз красноволосая королева была одета не в платье, а в боевой костюм кровавых всадников: ярко-зелёный бешмет и алые штаны. Боевые косы были убраны и скручены на голове, в обеих руках сверкали сабли.
— Зачем ты здесь? — глухо спросила Лария.
— Я здесь, чтобы убивать, — ухмыльнулась та.
— Но зачем тебе его смерть? Что он тебе сделал⁈
— Кровь прольётся на землю, и вот, — процитировала Айяна, усмехаясь, — пламя пожарищ в леса придёт.
— Прости, Тюленька. Это наш давний диалог. Очень давний. Древнее, чем я сам, и старше, чем королева всадников.
— Я не понимаю, — прошептала Лария.
Джерго глянул на неё и улыбнулся. Тепло и нежно.
— А тебе и не надо. Проснись и живи.
— Боюсь, что нет, Север, — возразила Айяна. — Она не проснётся. Не сейчас.
— Ну что ж, значит, мне придётся тебя убить. А так не хотелось!
Север рассмеялся и рванул в бой. Сабли лязгнули. Противники налетели друг на друга и тотчас отскочили, замерев. На снег алой змеёй упала коса, а куртка на левом предплечье Джерго оказалась разрезанной. «Он же ранен, — вдруг осознала Лария. — Хотя, это сон и… До сих пор рана никак Джерго не мешала…».
— У меня много кос, — фыркнула Айяна.
— Без них тебе будет лучше, — весело ответил Джерго.
— Не тебе, малыш, со мной тягаться, — заметила красная королева.
— Даже не собрался. Просто умри красиво.
— Мальчишка!
— Завидовать нехорошо.
Они препирались, кружась, а потом сошлись в поединке. Девушка заметила, что Джерго двигался скованно, не так стремительно, как обычно. Всё-таки рана давала себя знать. Ей было сложно оторвать от кровавой игры, но она заставила себя отвернуться. Когда смотришь — невозможно думать. А понять, что происходит, было необходимо. И чем быстрее, тем лучше.
«Все Северные ветры погибали, а, значит, и Джерго должен погибнуть. Он пришёл в башню сам, чтобы сразиться с королевой. Может быть, и до него Северные ветры поступали так же? Ведь откуда-то Джерго знал, что Айяна непременно придёт. Он её ждал. Зачем? Почему сегодня? И почему кровавая королева пыталась убить Джерго до испытания?».
