— Нет.

— И кричать не станешь?

— Нет.

— Тем хуже для тебя, дружище.

В тот же миг Натфари бросился на Белого дракона. Тот проскользнул под ударом. Обернулся. Джайри услышала скрежет стали. А потом мужчины отступили по разные стороны тропинки и замерли, молча глядя друг на друга.

— Шэн… пожалуйста… — голос девушки дрогнул.

Белый дракон внушал ей ужас, но почему-то ей очень не хотелось, чтобы Натфари убил его. Хотя именно Шэн был виноват во всём, что с ней произошло.

Мужчины не отреагировали на её просьбу. Бесшумно двинулись по кругу, пружинисто и мягко ступая. И это было бы даже красиво, как может быть красива стихийная катастрофа или дикий зверь, но сейчас Джайри не была способна оценить лаконичную ярость их движений.

— Шэн, отпусти нас, — умоляюще продолжала она. — Я не смогу полюбить твоего брата, и рано или поздно он меня убьёт. И тебя я тоже не смогу простить…

Натфари бросился первый, и Джайри зажмурилась, но усилием воли заставила себя открыть глаза.

Мужчины сплелись в смертельных объятьях. Снова отпрянули, тяжело дыша и вновь замерли. Туча заволокла месяц, и мир погрузился во мрак.

Удар Натфари был точен, как удар кобры. Оба рухнули на землю, сломав зацветающую ветку. Капитан оказался сверху, подмяв дракона. Джайри понимала, что надо переодеваться, используя время схватки, но не могла заставить себя оторвать взгляд от Натфари, убивающего Лиса. Вдруг мощная фигура воина вздрогнула. Замерла. И медленно начала оседать набок. Белый дракон выскользнул из-под противника, вытащил из тела нож и обернулся к девушке.

— Я же просил, — выдохнул устало.

Джайри не сводила взгляд с подрагивающей фигуры человека, неединожды спасавшего ей жизнь. Её последняя надежда на свободу умирала вместе с ним.

— Ненавижу, — прошептала глухо и перевела взгляд на убийцу.

Шэн вытер нож о штаны, убрал его в ножны и подошёл к ней.

— Ты должна вернуться. Прямо сейчас. Пока никто ничего не заметил.

Джайри ударила его кулаком пониже рёбер. Лис коротко выдохнул, перехватил запястья девушки.

— Ненавижу, — прошипела она, дрожа с головы до ног.

Ей вдруг встало всё равно. Захотелось заорать как можно громче. Надо было бить его в нос — так больнее. Она рванулась из мужских рук, но Шэн вдруг перехватил девушку за плечи, притянул и прижал к себе.

— Тш-ш-ш. Не кричи. Тивадар убьёт тебя, если узнает о побеге.

— Мне всё равно!

Голос дрожал и рвался от ярости.

Шэн с силой надавил на затылок девушки, вжимая её лицо в свою грудь.

— Тш-ш!

Джайри замычала, вырываясь. Но его объятья вдруг стали железными. И девушка расплакалась от бессилия и ненависти. Шэн мягко стал покачивать её, словно баюкая.

— Тш-ш… Это не самая плохая смерть, — шептал, наклонившись к уху. Его пленница с трудом могла дышать, нос её сплющился о куртку. — Достойная смерть прекрасного воина. Джайри, пожалуйста, вернись к себе. Если хочешь плакать — плачь в своей комнате. Одна.

И тут оба услышали рык:

— Шэн?

Белый дракон чуть вздрогнул, но не выпустил девушку, застывшую от ужаса.

— Возьми её на руки, –громко сказал ровным и усталым голосом. — И будь с ней нежен, брат. Позади меня лежит мёртвый мужчина. Твоя жена видела смерть, а это не то, что стоит видеть женщине.

«Он с ума сошёл, — в панике подумала Джайри. — Тивадар сейчас убьёт нас обоих». Она слышала тяжёлые вкрадчивые шаги мужа и попыталась отстраниться. Но ей не дали.

— И что моя жена делала ночью в саду? — просвистел Дракон.

— Пыталась успокоиться, видимо. После вчерашнего.

Казалось Лис не слышит угрозы в голосе князя.

— А что тут делал мужчина? И кто он?

— Пытался оскорбить твою жену, — хладнокровно солгал Шэн. — Кто он — я не заметил. Посмотри сам.

— Оскорбить?

— Взять силой её честь, если нужно говорить тебе прямо.

Джайри не подозревала, что Лис умеет так равнодушно лгать.

— А что здесь делал ты?

— То, что лежит в пяти шагах от тебя. Убивал. Пойди и посмотри.

Тивадар действительно прошёл мимо них. Судя по звукам, перевернул тело.

— Хороший удар, — оценил. — Точно в сердце. Редкость. Как ты оказался в это время в саду, брат?

— Услышал крик твоей жены.

— Почему никто другой не слышал?

— Ты же знаешь, у меня острый слух. Заберёшь свою женщину или мне продолжать её держать? Я бы отпустил, да, боюсь, упадёт.

— Это Нат, — вместо ответа прошептал Тивадар. — Новый телохранитель Эвэйка. Бывший телохранитель.

— Не повезло, — холодно отозвался Шэн. И добавил: — Княжичу.

Белый дракон расслабил объятья, Джайри прерывисто и шумно вдохнула. Она уже взяла себя в руки. Боль, ненависть, разочарование ушли в глубину её сердца. Зато теперь можно было плакать. Правда слёз не было. Девушка судорожно всхлипнула.

Тивадар подошёл к ним, отстранил брата и взял жену на руки. Джайри уткнулась в его плечо и продолжила беззвучно всхлипывать. Её трясло. От мужчины пахло вином и потом. «Если он увидит наволочку с мужской одеждой, то сразу всё поймёт», — сообразила вдруг она и похолодела. Наволочка, похожая сейчас большой булыжник, лежала в паре шагов от неё.

— Муж мой, — прошептала она, — пожалуйста, верни меня в покои. Мне так холодно и так плохо! Это было ужасно… Твой брат спас меня.

«И за это я когда-нибудь убью его», — мрачно добавила она про себя.

Джайри обвила руками могучую шею мужа и уткнулась в неё носом. Тивадар коротко выдохнул.

— Шэн убери тело. Потом расскажешь подробности.

Он внёс дрожащую девушку в дом, поднялся на женскую половину, прошёл в комнату, и едва опустил свою ношу на постель, как Джайри обняла подушку и горько разрыдалась. Тивадар тяжело вздохнул. Он всей душой ненавидел женские слёзы.

— Будешь вина?

Девушка кивнула. Было видно, что она отчаянно пытается взять себя в руки, но новые и новые приступы рыданий сотрясали её. Тивадар осторожно накрыл плачущую покрывалом, вышел, позвал служанку и велел принести вина.

Что-то нежное, давным-давно забытое, пробуждалось в его сердце. Он не так представлял себе Серебряную герцогиню. Про фаворитку короля рассказывали много нехорошего. Говорили, что она насквозь лжива, лицемерна, властна и жестока, точно мужик в юбке. Но князь видел слабую и перепуганную девушку, которая никак не могла успокоиться после попытки насилия над ней.

И кому верить?

Шэн закопал тело прямо саду: он не хотел, чтобы кто-либо узнал о произошедшем. Не нужно было, чтобы трепались о чести жены брата, не нужно было, чтобы кто-то предположил добровольность встречи, а то и того хуже — заподозрил побег. Затем дракон проверил караулы. Вымылся и лишь ближе к рассвету добрался до кровати.

В отличии от брата, Шэн понимал, что с Джайри просто не будет. «Акация, — думал Белый дракон, лежа с открытыми глазами и глядя в потолок. — Дикая акация. Душистая и колючая».

Когда-то, много лет назад, Шэн побывал за Великой степью, и там видел это растение. Колючки не показались ему очень уж страшными, но ближе к вечеру от их жал распухла рука.

Но надо было хотя бы немного поспать. Белый дракон закрыл глаза. И вдруг увидел её. Она крепко обхватила караковые бока лошади молочно-белыми тонкими ногами с круглыми, нежными коленками. Это было… невинно-развратно. И очень беззащитно.

Джайри смеялась, глаза её сияли, а восточный ветер трепал светлые волосы. Самое прекрасное, что Белый дракон видел в жизни: тонкая, хрупкая фигурка на тёмном коне, бьющим передними копытами воздух. Шэн шагнул к ней, девушка скользнула в его объятия, и он вновь почувствовал её тонкую талию в своих руках. И упругую мягкость её грудей, прильнувших к нему. Наклонился и коснулся её губ своими губами, вдыхая их аромат…

Шэн резко сел. Сердце билось неистово и неровно.

После Сайи Белый дракон всех женщин воспринимал сестрами. Нежными, хрупкими и бесполыми. Что же изменилось сейчас?

«Она — жена моего брата», — напомнил Шэн сам себе. На всякий случай.