Она разозлилась.
— Не всё богатство исчисляется в золоте, — вздохнула притворно, — иногда дружба с соседом ценнее.
— Дружба, — хмыкнул король, — думаю, это явление весьма переоценено.
«Ты не так умён, как о тебе говорят»
— Если друг богат и у друга мощная армия, — кротко заметила Эйдис, — то даже отсутствие с ним вражды может стать выгодным приобретением.
Амбрус нахмурился. Эйдис взмахнула пушистыми ресницами.
«Да-да, ты всё правильно понял. Это была угроза, — хмыкнула она про себя, но внешне лишь мило улыбнулась, заиграв ямочками на щёчках. — попробуй только продай свою принцессу не нам…».
— Война — дорогое удовольствие, — хмуро процедил Амбрус, — мир куда как менее дорог…
«Ну вот, так бы и сразу…»
Двери распахнулись и герольд — начинающий лысеть обрюзгшмй мужчина с пузиком — скучным голосом провозгласил:
— Её высочество принцесса Ильдика.
«Ага, а вот и товар. Впрочем, даже будь невеста страшна как смертный грех, её бы всё равно купили. И дорого».
Но принцесса не была страшна даже как не смертельный грех. Это была довольно высокая, стройная девушка с лебединой шеей и царственной посадкой головы. Беда многих высоких девушек — сутулость — совершенно миновала её. И от этого Илдика казалась какой-то невероятно воздушной. Миндалевидные, чуть приподнятые уголками глаза редкого по насыщенности зелёного цвета. Тонкие тёмные брови с красивым размахом, густые ресницы, пышные золотисто-каштановые волосы… И при всём этом богатстве — кроткий взгляд пятнадцатилетней девочки, чуть приоткрытые пухлые вишнёвые губы…
«М-да, Уль, тебе повезло», — неприязненно подумала Эйдис.
— Ваше высочество, как вы прекрасны! — склонилась она в реверансе.
«Тебе двадцать… двадцать два, — вспомнила Эйдис, — и твоя красота уже начинает увядать…».
Ильдика внезапно смутилась, краснея, и потупила глаза. У неё была неожиданно нежная кожа, отчего жилка на виске казалась нежно-голубой. Амбрус неприязненно покосился на дочь. «Тупа, как пробка. Даже не нашлась, что ответить», — развеселилась Эйдис.
Что ж, умный король и тупая королева — исключительно удачное сочетание. Красива, да, но Улю быстро надоест. Зато подданные будут в полном восторге: красивая пара, как в настоящей сказке.
— Ильдика, проводи гостью в наш сад, — милостивым тоном попросил, а вернее повелел монарх. — Думаю, вам найдётся о чём поговорить.
— Да, папа, — прошептала принцесса застенчиво.
Сад оказался таким же крохотным, как всё в этом королевстве. Скорее квадратный сквер с чашей фонтанчика на пересечении диагональных дорожек. Принцесса теребила тёмно-синее, абсолютно не идущее ей платье, цвет которого несколько взрослил, и явно не знала о чём разговаривать. И Эйдис решила не тратить дипломатических усилий на эту милую глупую девочку. Ей предстояло играть с королём, прощупывать сторонников и противников матримониальных намерений Ульвара.
— Ваше высочество, — покровительственно улыбнувшись, спросила гостья, — вы ведь слышали, что вашей руки ищет наследник Элэйсдэйра?
— О-о, — выдохнула Ильдика, не поднимая глаз и снова мучительно краснея, — его высочество… Он правда такой красивый, как на портрете?
«До чего ж ты глупа, бедняжка».
— Уверяю вас, в жизни принц Ульвар ещё прекрасней. А так же мудр, добр и отважен. В Элэйсдэйре считают его посланником богини во исполнение пророчества…
Принцесса не удержала сладкого вздоха. Остановилась и порывисто схватила Эйдис за руки, заглядывая в её лицо по-детски наивным взглядом.
— Мне кажется, я… я уже люблю его. Вы простите меня, да, Эйдис, за такую откровенность? Я же могу быть с вами откровенна?
— О, ваше высочество, я безмерна благодарна вам за искренность. Уверена, принц Ульвар станет счастливейшим из смертных…
Эйдис несла что-то ещё, не сильно вдумываясь в значение тех слов, которые говорила. С этой простушкой итак всё было понятно. Предстояли куда более серьёзные встречи. С другой стороны, важность такой возможности нельзя было недооценивать: стать наперсницей и «подружкой» королевы Элэйсдэйра, поверенной её тайн и секретов… Оно того стоило, и Эйдис потратила на менее часа на глупые разговоры, закрепляющие будущее завидное положение будущей герцогини. Ведь Уль исполнит своё обещание, не так ли?
Расставшись с посланницей жениха, Ильдика послушно отчиталась отцу о разговоре, а затем легко забежала в свою комнату, плотно закрыла дверь и упала на диванчик. Её душил смех. И это — та самая прославленная лиса Элэйсдэйра? «Если слава о тебе так же преувеличена, как и о твоей фаворитке… ну, бывшей фаворитке, то ты весь мой, дорогой принц», — хмыкнула девушка, затем встала, подошла к стоявшему посреди комнаты портрету и, прищурившись, внимательно осмотрела его ещё раз. Золотые локоны, глупые голубые глаза, лицо без малейшего изъяна… Пафосно, рыцарски благородно и…
— Ты же не можешь быть идиотом, как на портрете, правда? — задумчиво прошептала она. — Хотелось бы, конечно, но мне вряд ли настолько повезёт.
Ильдика знала, что родилась под звездой невезения. До восьми лет — законная и единственная наследница трона, и вдруг — появился младший братик. Болезненный, слабоумный, но — мужского пола, и это всё решило в судьбе принцессы. Перевернуло весь её мир и оставило с носом. И можно было, конечно, подождать, пока братик волей богини скончается… ну или ускорить процесс… Но вторая проблема заключалась в замужестве.
У короля неожиданно созрели весьма дурацкие планы сбагрить дочь в далёкие земли железных людей. И всё бы ничего, но вот вернуться обратно станет намного сложнее. Другое дело — наследник Элэйсдэйра. Южный сосед. Совсем рядом — рукой подать… Но не захочет ли муж наложить свою лапу на её королевство? Сколько знала Ильдика, с мужьями вечно одна и та же проблема: земли и состояние супруги они почитают собственными.
— Но со мной такое не пройдёт, — прошептала она, — не со мной, Ульвар.
Однако нельзя сразу сажать лён и тут же его чесать. Не так ли? Все задачи нужно решать постепенно. Сначала — замуж, а затем уже всё остальное. У Ильдики есть преимущество — её считают дурочкой, а, значит, никто не станет ожидать от неё разумного сопротивления.
— Интересно, если бы ты понял, что я умна, ты бы женился на мне?
Изначально принцесса планировала выйти замуж за кого-то из своих лордов. Но это понизило бы её статус и возникли бы проблемы с её правом на престол даже в случае смерти брата. Тогда Ильдика начала размышлять о возможности союза с кем-то из хранителей щитов Элэйсдэйра. Самым соблазнительным был Ярдард, герцог Медвежьего щита. Всё, что она о нём знала, как раз укладывалось в самые смелые мечты. При самом лучшем из раскладов можно было бы убедить мужа отколоться от брата, и это бы здорово укрепило и возвысило Гленн. Появился бы выход в Металлическое море и… Ну и земли, по площади превосходящие само королевство, конечно.
Была лишь одна проблема — Яр прочно женат.
Проблема, конечно, могла оказаться временной, с образом-то жизни его супруги… Но вот уже пять лет богиня хранила Лэйду. Или бог моря? Кто ж его там знает…
Но потом оказалось, что есть намного более нерешаемая задача: года три назад Ильдика обнаружила, что на её руку претендует сам наследник Элэйсдэйра, и что он успел даже сколотить собственную партию в Гленне. Поначалу Ильдика активно сопротивлялась, но потом осознала: этот камушек ей не по зубам. Пришлось смириться с потерей перспективы расширить Гленн. А когда к ней посватались железные принцы, союз с Ульваром внезапно стал даже желанен.
Ильдика покусала нижнюю губу — дурацкая привычка, от которой она никак не могла избавиться и задумалась. Надо написать письмо суженному. Девушка так привыкла играть дурочку, что само по себе глупое послание её не затрудняло, вот только… Не захочет ли Ульвар использовать Гленн для войны с Медовым царством? До Ильдики дошли слухи о том, что нынешняя фаворитка принца — Серебряная герцогиня Джайри — стала супругой князя Тивадара. Все были уверены, что её похитили, но принцесса даже не сомневалась: это в политическом отношении верный ход самого Ульвара. Кровный союз с Тинатином давал слишком весомые перспективы. А теперь вот ожидается кровный союз с Гленном… И только дурак не станет предполагать в этих отсутствие взаимосвязи.
