– Да что не так-то?! – рявкнул Тигр.
Он тонул в словах, словно муха, севшая на жидкий мёд. Сдавшись, отложил письмо султанши и развернул послание от отца.
«Ты должен выслать ту, которую назвал невестой, в Благословенный сад, – кратко и чётко писал Джарджат Старший. – Приказ Тайганы. Не дело Тигру жениться на добыче. Я тобой недоволен».
Ну, хоть тут всё понятно.
Тигр снова вернулся к посланию султанши. «Сестра моего врага стала невестой моего легендарного…». Так это Тайгана что, о его планах насчёт Руэри, что ли пишет?
– Доброе утро, мужчина, – ему под локоть вдруг поднырнула темноволосая головка и светлые глаза весело заглянули в лицо. – Ты чего мрачный такой? Жаль меня оставлять? Так не оставляй.
Джарджат усмехнулся. Скомкал оба послания и поджёг о пламя факела.
Солнце уже взошло, и Шу казалась молочно-белой, воды её чуть отливали розовым. Дозорные изо всех сил удерживали зевки, а со стены открывался чудесный вид на просыпающийся город, широкий мост через реку и порт, ощетинившийся мачтами кораблей.
– Ты рано встала, женщина.
– Боялась, что ты уедешь прежде, чем я покажу тебе одно местечко, мужчина.
Её губы чуть припухли, но трещинки на них уже начинали заживать. Кожа на лице облезла, но всё-таки лёгкий загар остался. Только нос продолжал шелушиться. Джарджат выпустил из пальцев догорающий клочок бумаги, и он закружился, улетая маленькой пылающей птичкой со стены.
– Какое?
– Так не честно! Это сюрприз.
– Ты хочешь заманить меня в ловушку? – Джарджат сузил глаза.
– Конечно! Заманить и зарезать. Тупым ножичком.
И девушка коварно захихикала. Неожиданно для себя Тигр ночи тоже рассмеялся.
– У тебя веснушки, – вдруг заметил он.
– Что? – девушка отшатнулась. – Какой ужас!
Она всплеснула руками и прижала пальцы к щекам. Солнце зазолотилось в каштановых волосах.
– Мне нравится.
Ру вздохнула, тяжело и скорбно, но всё-таки взяла себя в руки.
– Нам понадобятся два коня, один – тебе, другой мне.
– Я занят, Руэрьи.
Принцесса встала перед ним, заглянула в глаза и положила руки на его грудь.
– Джарджат… Это недолго, честно. Ты уедешь, и я буду скучать. Неужели тебе сложно подарить своей невесте один лишь час? Я, между прочим, подарила тебе свой щит!
– Мы заключили договор.
– Это неважно.
– И ты отдала мне не весь щит, – с намёком заметил он.
– Это тоже неважно. Разве я много прошу?
Там могла быть ловушка. Невеста могла вернуться к жениху с целью заманить его в ловушку и…
– Хорошо.
Серо-голубые глаза просияли от восторга. Руэри привстала на цыпочки и нежно чмокнула жениха в нос.
– Тогда я побежала собираться! – крикнула она и бросилась к лестнице.
Джарджат перехватил её, повернул лицом к себе.
– Что ты задумала, женщина? – спросил напряжённо.
– Увидишь. Я же говорю…
– Нет, я не об этом. Ты ведёшь себя как…
Он запнулся.
– Как женщина? Как невеста? – весело подсказала Ру.
– Да. Но ты – пленница. И я всё ещё не наказал тебя за побег.
– Действительно, – она серьёзно посмотрела на него, прикусила нижнюю губу. – Не наказал. Непорядок. Так накажи.
Тигр нахмурился.
– Не нарывайся.
Руэри вгляделась в его посуровевшее, потемневшее лицо, а затем вдруг обхватила мужчину руками и прижалась лицом к его груди.
– Послушай, – прошептала тихо, но отчётливо, – так получилось, что я осталась совсем одна. Наверное, ты мечтал о другой женщине, наверное, ты вообще что-то другое планировал. Но сейчас всё вот так. Ты дал слово и женишься на мне, верно?
– Да.
– Тогда давай учиться ладить, Джарджат. Я могу стать тебе очень полезной. А ты можешь быть мне… Кем захочешь быть. Ты здесь чужой, на тебя все смотрят как на врага. А я потеряла отца. Мой брат меня, наверное, ненавидит. Те, кто пытался меня спасти, думаю, теперь тоже. Я совсем одна, Тигр! Как и ты. Ты можешь обрести во мне и друга, и жену, и союзницу. Ты можешь стать мне – другом, мужем и союзником.
– Другом? – удивлённо переспросил Джарджат.
Он попытался её отстранить, чтобы посмотреть выражение лица, но девушка упорно льнула к его рубашке.
– Я тебя не тороплю. Понимаю, у вас в Султанате женщина – всего лишь постельная грелка. Но я-то не такая! Я не смогу просто согревать тебе постель по ночам, рожать детей и наслаждаться ничегонеделанием. Я правда могу помочь! Ведь мне известно, за счёт чего живёт Южный щит, как тут всё устроено. Я умею руководить и контролировать. Разбираюсь в товарах, конях и… Но не в войне и не в оружии.
Руэри замерла, замолчала. Сердце билось отчаянно. Джарджат молчал. «Зачем я ему об этом говорю? – подумала принцесса тоскливо. – Он – варвар, он не понимает ничего вот этого. Для него женщина – что-то среднее между лошадью и собакой…». И она вдруг ощутила, как на плечи будто навалилась холодная тяжесть.
Отстранилась, отвернулась и пошла к лестнице.
Нет, ну в самом деле! Что за сентиментальные глупости?! «Я одна» – какое ему до этого дело? Смешно. Даже брату наплевать, а уж завоевателю-то, врагу…
– Руэрьи, – негромко окликнул Тигр.
Принцесса устало обернулась, попытавшись придать лицу безмятежное выражение. Он, смуглолицый, с блестящими волосами цвета кофе, собранными в пучок, в чёрной рубахе, распахнутой на груди, на фоне светлого, нежно-розоватого неба казался мрачным ночным хищником. Джарджат пристально смотрел на неё.
– Я подумаю.
***
На этот раз девушка вооружилась широкополой шляпкой, подхваченной широкой полосой ткани под подбородком, которая сама по себе создавала дополнительную защиту лица с двух сторон. Ру снова надела мужскую одежду, всё тот же бешмет. В лицо дул резкий ветер. Джарджат скакал рядом.
Кони неслись вдоль Шу, и вскоре въехали в буковую рощу.
«Ты всё же мальчишка, – думала Руэри, косясь на спутника, наклонилась, пропуская над головой длинную ветку. – Я дважды сыграла на одной и той же струне. И ты дважды заглотил наживку. Ты слишком горд, чтобы не принять вызов. Сначала постелью, теперь вот… опасностью».
Кони осторожно переступали через узловатые корни, шурша листвой.
– Остановимся? – крикнула Ру, наклонившись к шее скакуна.
Джарджат натянул повод. Спрыгнул, подошёл к принцессе и помог спуститься на землю. Девушка схватила его за рукав и потащила за собой по каменистым холмам. Над их головами чуть гудели ветви, но птицы молчали: сезон размножения ещё не начался.
– Куда ты меня… – начал было он и резко осёкся.
Откуда-то из деревьев выступила скала, похожая на многослойный торт, который с одной стороны зачерпнули гигантской ложкой, обнажив светлые каменные слои. Наверху, словно ковёр из шкуры зелёного зверя, вилась трава, и молодые буки впивались в камень юными жадными корнями, а по белому песку вниз убегал прозрачный ручей.
– Этот водопад называется «Слёзы Руэри», – пояснила принцесса, стоя за его спиной. – Королевы Руэри. Она жила лет триста назад. Правда, красиво?
Джарджат не обернулся. Он прошёл прямо по ручью, по небольшому… озерцу? Луже? Тигр не знал, как назвать вот это струящееся, серебряное… Запрокинул голову и стал ловить губами шелковистые струйки. Вода оказалась холодной и очень вкусной. Ступни сразу охладились. Водопадик был высоким – раза в два выше мужчины, но очень узеньким, будто несколько натянутых серебряных ниточек, а его озерцо не достигало даже колена.
Руэри закатала штаны, прохлюпала по воде и встала рядом с женихом.
Мужчина обернулся.
– Красиво? – настойчиво повторила она.
– Да. И о чём плакала Руэрьи?
– Наверное, о своём муже… не знаю. В народе считается, что королева пожертвовала собой, чтобы спаси короля Фрэнгона и его племянника Тэйсгола, моего прадеда. Но на самом деле…
– Нет, – хрипло шепнул он, глаза его чуть поблёскивали.
– Что – нет?
Руэри вздрогнула.
– О чём плакала принцесса Руэрьи? – мягко повторил Тигр.
