— Про богов не хочу, — проворчал Юкай и натянул одеяло до самого носа. Янтарные, с красноватым отливом глаза мерцали. — Легко всех спасать, когда самый сильный! Расскажи про принцессу.
— Хорошо, только там тоже немного про богов. Во всех сказках непременно бывают боги. Итак, жила-была на свете одна принцесса, — заговорил Ду Цзыян таинственным голосом. — Кроме мамы, был у нее отец-император и наставник — настоящий бог, спустившийся с неба.
— Как это так? — недоуменно перебил Юкай. Темные черточки бровей сошлись над переносицей. — Мама у нее императрица была, получается, раз папа император. Вот у нас папа-император, а богов точно нет. Даже наставника нет — только учителя бестолковые. Почему у нас нету?
— Это очень давняя история, — торопливо поправился Ду Цзыян. — Давай я тебе лучше что-нибудь другое расскажу.
— Ну нет, теперь мне интересно. — Юкай выпростал из-под одеяла руку и требовательно потянул брата за рукав. — Дальше рассказывай.
За окном стояла синеватая мгла и свежевыпавший снег искрился в свете факелов. Огни текли полноводной рекой — отец и старшие возвращались с охоты. День пика зимы всегда сопровождался охотой: это было прощание с холодами. Самая долгая и мрачная ночь после целого дня на морозе казалась уютной, а наутро жизнь поворачивала к свету, теплу и весне.
— Отец ее был человеком, а наставник — нет. — Ду Цзыян отвел глаза от окна. — Он был богом и спустился сюда, чтобы своими глазами увидеть, как сложно прожить человеческую жизнь.
— А у них что, своих забот нет? — озадаченно уточнил Юкай и вынырнул из-под теплого одеяла. — Зачем им еще и наши?
— Может, свои им решать скучно? — предположил Ду Цзыян. — Тебе вот тоже кажется, что на ящерах куда интереснее ездить, чем каждый день слушать наставления учителей.
— Любое дело интереснее, — проворчал мальчик серьезно и повернулся к брату, уютным комочком скрутившись у его бока.
— А потом начнешь заниматься ящерами, и окажется совсем неинтересно, — вздохнул Ду Цзыян и рассеянно растрепал густые волнистые пряди. — И что-то другое покажется интересным… Так вот, спустился солнечный бог на землю и ужаснулся. Везде война, повсюду кровь и боль — было отчего прийти в ужас. Ему с высоты этого не было видно, да и сияние глаза застилало, а тут оказался он внизу, посреди серости и грязи…
Юкай тихонько хихикнул. Он рано приучился смеяться беззвучно, чтобы не привлечь излишнего внимания, — но еще раньше выучился беззвучно плакать.
— Посмотрел он по сторонам и решил, что останется и будет помогать самым слабым и несчастным, — против воли Ду Цзыян сам увлекся историей и заговорил чуть громче. — Он ушел в один из монастырей, где жили увечные и старики, да так там и остался. А потом началась война, и ему пришлось выйти на их защиту.
— А воевать решил какой-нибудь глупый правитель, которому стало скучно. — Младший Дракон сморщился, как от кислого. — Вечно они что-то выдумывают, а другим потом драться приходится!
— Ну, тот точно не со скуки начал. Он решил собрать все земли и установить мир, но добром люди никак не хотели объединяться, — обстоятельно объяснил Ду Цзыян и поежился. В комнате было холодно. — Люди не всегда понимают, что для них хорошо. И вот правитель увидел прекрасного светлого бога…
— И решил, что надо его себе забрать, чтобы верно служил, — восторженно дополнил Юкай и приподнял голову, поблескивая глазами.
Ду Цзыян закашлялся и решил, что история была выбрана крайне неудачно.
— Нет, он просто… никогда раньше не видел таких прекрасных существ, — уклончиво пояснил он. — Ему не хотелось причинять боль. С тех пор они крепко сдружились и выступили вместе против демонов, которые вырвались из нижнего мира. В той битве бог пострадал и временно потерял все свои силы, став обычным человеком.
— У-у-у, — Юкай осуждающе загудел и нырнул под одеяло с головой, свернувшись маленькой гусеницей. — Пусть бы спасали себя сами! Вот отдал он все силы, а ему хоть спасибо сказали?
— Сказали, — улыбнулся Цзыян. — Даже статуи поставили.
— Толку от статуй, — фыркнул мальчик и затих.
— После той битвы несколько лет жили они в спокойствии и согласии, а потом небеса в награду подарили императорской семье первую дочь. От матери ей достались прекрасные волосы, источающие свет, от отца — черные как ночь глаза.
— Кто же в награду детей-то дает? — возмутился младший Дракон. — Нашего отца вот небеса не награждали, а детей целая куча.
Ду Цзыян закатил глаза, но продолжил рассказ:
— Принцесса сразу стала любимицей всего двора, и ее ждало прекрасное будущее, но однажды…
Понизив голос, Ду Цзыян заговорил хрипловатым басом. Юкай высунул голову из-под одеяла и настороженно следил за братом.
— Однажды ужасный морской демон во время прогулки схватил маленькую принцессу своим змеиным хвостом и стащил с лодки! — Незаметно просунув руку под одеяло, Ду Цзыян дотянулся до живота младшего брата и принялся щекотать. Юкай тихонько взвизгнул и забился, как выброшенная на берег рыбешка; смуглое лицо раскраснелось, а подушка полетела на пол.
Отбившись от коварного нападения, мальчик свесился с кровати, поднял подушку и прижал ее к себе. Весь сон с него слетел.
— Откуда демон, если победили всех? — спросил он, переводя дыхание. Ду Цзыян пожал плечами.
— Он прятался то под водой, то в своих глубоких пещерах. Никто не нашел его. Он воровал людей и ел их, а в принцессе было столько силы, что ему хватило бы надолго. Вот он ее и украл — да только ошибся. Ни император, ни наставник не могли бросить ее на растерзание ужасному чудовищу и собрались в путь. В ночь перед походом бог долго смотрел на небо и молчал, словно помощи просил. А наутро его волосы снова засияли солнечным светом, и сила к нему вернулась. Одним взмахом руки перенеслись они на берег острова, в логово демона. Хоть отец принцессы и был обычным человеком, но оставался могучим воином. Бились они во тьме пещер с демоном, и даже свет солнечного посланца ту тьму не мог рассеять до конца, но решающий удар разогнал мрак по углам и ярко-ярко осветил подземелье. Увидели они и коварного демона, и груды человеческих костей, и скованную магией маленькую принцессу.
— И отрубили демону голову? — с надеждой спросил Юкай и накрепко сжал подушку.
— Нет, не отрубили. — Ду Цзыян отрицательно покачал головой, отобрал подушку из цепких ручек и споро засунул брата под одеяло. — Слушай и засыпай. Увидел светлый бог лицо демона и оцепенел. Узнал он в нем своего брата, давно пропавшего бога вод и дождей. У него задрожали руки, и он опустил оружие, не имея сил ударить. Однако для императора демон оставался только демоном, и меч его не знал промахов; лезвие пронзило тело чудища, и на пол хлынула голубая кровь.
— Вот и правильно, — одобрил Юкай. — Врагов надо сразу убивать.
— Увы, убить его не удалось, — вздохнул Ду Цзыян. — Обычные люди редко могут справиться с богами.
По коридору застучали чьи-то быстрые шаги; оба брата невольно притихли, задержав дыхание.
— Светлому богу было очень сложно в то мгновение, — продолжил Ду Цзыян после того, как шаги отдалились и стихли. — Ему нужно было либо самому нанести удар и убить падшего брата, что для него было мучительным, либо отказаться от битвы, но тогда демон растерзал бы и правителя, и принцессу, что казалось совсем невыносимым. Однако сила у бога была, и он одним ударом разбросал в разные стороны и раненого демона, и своего друга, и выросла между ними прозрачная стена!
— Ну и дурак, — с чувством заметил Юкай и задумчиво почесал кончик носа. — Брат-то уже стал чудовищем, назад его разве вернешь? А вот навреди он императору, кому потом хуже бы было?
Смущенно кашлянув, Ду Цзыян принялся рассказывать дальше:
— В этот момент бог принял решение. Он заточил морского демона в глубинах пещер на сотни и тысячи лет, заставив его провалиться в ничто и нигде. Только вот такое колдовство нельзя творить без условий. Бог сказал, что если сыщутся люди, своей жизнью готовые питать демона, то демон получит право на искупление и спасение; однако если возможностью этой демон не воспользуется и примется наносить вред, то придется лишить его жизни. Но богу все еще жаль было своего пропащего брата, и себя он считал отчасти виновным. Он решил так: морского демона сможет поразить только тот, в чьих жилах течет кровь императора. Кто-то, кто будет потомком маленькой принцессы.
