— Шанс на что? — спросил Сайтама.

— Шанс открыть портал домой. Для тебя. — Фрирен смотрела на него серьезно. — Но это будет стоить нам всех. Может быть, даже жизни.

Сайтама долго молчал, глядя на разбитое зеркало. Потом он подошел к постаменту и осторожно коснулся треснувшего стекла.

— Знаешь, Фрирен, — сказал он тихо, — в моем мире есть такая вещь — калейдоскоп. Это трубка с зеркальными стенками и кусочками цветного стекла внутри. Когда смотришь в него и поворачиваешь, видишь разные узоры. Они никогда не повторяются. Каждый раз — новая картина. — Он улыбнулся. — Иногда разбитые вещи показывают больше, чем целые. Может, ваш мир станет таким же красивым, как узоры в калейдоскопе. Даже без магии.

Фрирен не ответила. Она только кивнула, пряча слезы. Впервые за тысячу лет она поняла, что магия — это не только заклинания и артефакты. Магия — это в сердце того, кто видит красоту в разбитом зеркале.

— Пойдемте, — сказала она, собирая свитки с картами. — Нам нужно торопиться. До Кристаллов Времени еще долгий путь. И я не уверена, что реальность выдержит еще одно неудачное испытание.

— А поесть? — спросил Сайтама, уже направляясь к выходу. — Перед долгой дорогой лучше поесть. У меня есть сухарики. Не очень свежие, но сойдет. И можно заварить чай. У вас есть чайник? Или хотя бы котелок?

Фрирен вздохнула, но в ее глазах уже не было отчаяния. Только усталая решимость и искра надежды.

— Да, Сайтама. У нас есть котелок. И даже чай. И сухарики, наверное, еще не все съел Камешек.

— Отлично! — обрадовался Сайтама. — Тогда сначала поедим. А потом пойдем спасать мир. Или хотя бы починим его чуть-чуть. Как обычно.

Когда они покидали Храм Отражений, Сайтама бросил последний взгляд на разбитое зеркало. В трещинах он увидел не хаос, а что-то похожее на узор — сложный, непредсказуемый, но красивый. Может быть, Фрирен была права. Может быть, их метод "проб и ошибок" действительно не сработает. Но пока они идут вперед, пока они пробуют — есть надежда. Даже в разбитом зеркале. Даже в упрощенном мире.

Камешек, идущий рядом, тихонько заскулил и положил голову на руку Сайтамы. Тот почесал пса за ухом.

— Не волнуйся, дружок, — прошептал он. — Где-то там, в этом огромном мире, есть и для нас место. Может быть, не в зеркале. Но обязательно есть.

Ночь застала группу на берегу небольшого озера, окруженного каменистыми холмами. После разбитого Зеркала Астрала все шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Сайтама шел впереди, периодически останавливаясь, чтобы проверить прочность тропы или указать на удобное место для ночлега. Фрирен замыкала группу, ее гримуар лежал закрытым у пояса — слишком многое в последнее время не поддавалось описанию в обычных магических терминах.

Костер разгорелся ярко, но без магического пламени, которое Фрирен привыкла разводить раньше. Сайтама показал Штарку, как правильно укладывать дрова для долгого и ровного горения. Ферн и Айзен уже спали в своих спальных мешках, а Камешек устроился у ног Сайтамы, урча от удовольствия, когда тот время от времени чесал ему за ухом.

— Ты не спишь? — спросил Сайтама, заметив, что Фрирен сидит в стороне, глядя на огонь.

— Нет, — ответила она, не отрывая взгляда от танцующих языков пламени. — Слишком много мыслей.

— О разбитом зеркале? — Сайтама протянул ей котелок с горячим травяным чаем. — Или о моих сапогах? Я проверил — они целые. Даже не промокли.

Фрирен улыбнулась, принимая котелок.

— Не о сапогах. — Она сделала глоток, тепло разлилось по телу. — Ты так спокойно относишься ко всему... Разбил древний артефакт, из-за которого может исчезнуть шанс вернуться домой, а думаешь о сапогах.

— Сапоги важны, — серьезно ответил Сайтама. — Если ноги замерзнут, никуда не дойдешь. Ни к Кристаллам Времени, ни к распродажам. А шанс всегда есть. Пока ты идешь вперед, шанс есть.

— Я никогда не думала о жизни без магии, — тихо сказала Фрирен. — Тысячу лет она была частью всего: дыхания, мысли, сердцебиения... Как люди в твоем мире выживают без этого? Как находят смысл в жизни, если нет чудес?

Сайтама задумался, глядя на отражение костра в озере.

— Чудеса есть везде, — наконец ответил он. — Просто они другие. В моем мире чудо — это когда после долгого рабочего дня находишь в холодильнике последнюю порцию рамена. Или когда после недели дождей выходит солнце. Или когда сосед, которого ты не очень любишь, все равно поливает твои цветы, пока ты в отъезде.

Фрирен склонила голову, как будто пытаясь понять незнакомое заклинание.

— Но это... обыденно. Не волшебно.

— Почему же? — Сайтама улыбнулся. — Если подумать, волшебство — это когда что-то выходит за рамки ожиданий. А кто сказал, что волшебство должно быть громким и ярким? Может, настоящее волшебство — в том, чтобы каждый день находить радость в малом. Например, в распродажах.

— Распродажи? — Фрирен не могла сдержать удивления.

— Да! — глаза Сайтамы загорелись. — Это когда товары продают дешевле обычного. Особенно после праздников. Или перед новым сезоном. Люди собираются у дверей супермаркетов еще до открытия, с нетерпением ждут, когда откроют двери... Это как приключение! Иногда приходится быстро бегать между полками, чтобы успеть купить лучшие товары по низким ценам. А потом идешь домой с полными сумками, чувствуешь себя победителем.

— Это... звучит странно, — призналась Фрирен. — У нас магия открывает порталы между мирами. А у вас — двери супермаркетов.

— И то, и другое — пути к чему-то важному, — заметил Сайтама. — Портал — к новым мирам. А двери супермаркета — к хорошему ужину. Без ужина не проживешь, а без новых миров... ну, можно прожить.

Он посмотрел на огонь, его лицо стало серьезным.

— Когда я стал самым сильным в мире, я думал, что это сделает меня счастливым. Но оказалось, что без достойных противников жизнь стала скучной. Очень скучной. — Он пожал плечами. — Тогда я начал замечать другие вещи. Как приятно почувствовать солнце на коже утром. Как вкусно пахнет свежий хлеб из пекарни. Как смешно выглядит Камешек, когда пытается поймать свой хвост. Я понял, что жизнь полна чудес, просто нужно научиться их видеть. Даже без магии.

Фрирен молчала долгое время. Она вспомнила, как в столице магов дети играли в прятки среди обычных скамеек, как люди в Элдрии строили мост без заклинаний, как старики на рынке обменивались новостями вместо магических рецептов. Это было не так, как раньше. Но было ли это хуже?

— А что такое интернет? — спросила она неожиданно.

Сайтама удивленно поднял бровь.

— Ты слышала об этом?

— Штарк рассказывал. Говорил, что в твоем мире все связано невидимыми нитями. Что можно общаться с людьми за тысячи миль. Что можно найти любую информацию.

— Почти так, — улыбнулся Сайтама. — Интернет — это сеть. Как паутина, но не из нитей, а из информации. По ней можно путешествовать, не выходя из дома. Узнать рецепт блюда, посмотреть фильм, купить билет на концерт. Или найти распродажи.

— Невероятно, — прошептала Фрирен. — Без магии... как это возможно?

— Технологии, — объяснил Сайтама. — Это когда люди изобретают машины и устройства, которые помогают им жить. Компьютеры, телефоны, автомобили... Они не волшебные. Их можно починить, если что-то сломается. Или заменить на новые.

— А люди в вашем мире... они счастливы?

Сайтама задумался.

— По-разному. Некоторые счастливы. Некоторые нет. Но счастье не зависит от наличия или отсутствия магии. Оно зависит от того, умеешь ли ты ценить то, что у тебя есть. В моем мире много людей жалуются на то, что у них нет времени. Они постоянно куда-то спешат, не замечают красоты вокруг. А некоторые... — он посмотрел на Фрирен, — живут тысячу лет, но не могут найти счастье в сегодняшнем дне.

Фрирен почувствовала, как будто ее ударили в сердце. Она отвела взгляд.

— Ты прав, — тихо сказала она. — Я так много видела, столько пережила... но редко позволяла себе просто быть. Просто сидеть у костра. Просто пить чай. Просто разговаривать. Я всегда искала что-то большее, что-то следующее... забывая о том, что уже есть.