Совет Магистрали собрался в Зале Согласия раньше времени. Вместо обычных двенадцати магистров за круглым столом из черного камня сидело пятнадцать — прибыли представители северных и южных гильдий, те, кого раньше считали слишком радикальными даже для экстренных заседаний.

— Эльфийка Фрирен, — начал Верховный Магистр Элбус, его голос звучал сдержанно, но в глазах читалась тревога. — Вы привели к нам... существо, которое разрушает основы нашего мира. Магические потоки иссякают. Артефакты теряют силу. Города погружаются во тьму. Это не совпадение. Это следствие.

Сайтама сел на свободный стул, скрипнувший под его весом, и положил руки на стол.

— Я не разрушал, — сказал он просто. — Я помогал. Мост в Ривертоне построил за три часа. Реку очистил от ила. Даже цветы посадил у школы для детей. — Он посмотрел на свои ладони. — Может, это не то, что вы хотели, но я старался.

Магистр Вина, представительница водных гильдий, встала так резко, что ее стул отъехал назад.

— Старался?! Ты не понимаешь масштаба! Мы получили сообщения из трех континентов. Везде одно и то же: магия исчезает там, где появляется этот... этот человек. Твои "помощи", Сайтама, стоят нам будущего! Мы не можем позволить этому продолжаться.

Фрирен встала. Ее голос, обычно такой спокойный и научный, дрожал от гнева.

— Вы не видели, как он носил Ферн три дня и две ночи, чтобы спасти ее от яда. Не видели, как он отказался добивать побежденного Мастера, потому что "герои так не делают". Вы видите только то, что ломается.

— А что должно остаться целым, Фрирен? — спросил Элбус тяжело. — Твой эльфийский долг — защищать баланс мира. А не защищать того, кто его разрушает. Я объявляю: Сайтама будет помещен под наблюдение в Тюрьму Кристаллов. Мы найдем способ стабилизировать его влияние или... нейтрализуем угрозу.

Тюрьма Кристаллов. Фрирен знала, что это означало. Заключенные там теряли связь со временем, а их магия вытягивалась наружу для изучения. Человек, лишенный магии, выживал там не больше года.

— Нет, — сказала она твердо. — Я не позволю этого.

— Ты с ним? — Элбус прищурился. — Ты, эльфийка, чьи знания магии превосходят любого из нас? Ты готова бросить вызов Совету ради... простого человеческого существа?

— Он не простое существо, — ответила Фрирен, ее голос звучал как лезвие. — Он герой. И он единственный, кто показал мне, что сила не всегда в заклинаниях. Что иногда достаточно просто протянуть руку.

Сайтама встал. Он не выглядел напуганным или злым. Просто немного усталым.

— Если я такой опасный, — сказал он, обращаясь к Совету, — сделайте со мной что хотите. Постройте вокруг меня стену. Или отправьте домой. Я не хочу никого обижать. Я только хотел помочь найти эти ваши кристаллы... и поесть горячего супа. — Он улыбнулся чуть криво. — Может, сначала суп? Перед тюрьмой?

Его простота сбила магов с толку. В зале воцарилась неловкая тишина. Никто не знал, как реагировать на такое спокойное принятие судьбы.

— Сайтама... — начала Фрирен, но он положил руку ей на плечо. Только его прикосновение — теплое, живое — вернуло ее в настоящее.

— Если вы посадите меня в тюрьму, — продолжил он, — кто будет чинить ваши мосты и очищать реки? Кто поможет, когда демоны вернутся? Потому что они вернутся. Они всегда возвращаются.

— Мы справимся без тебя, — прошипел Магистр из северных гильдий. — Магия вернется, когда тебя не станет.

Сайтама кивнул, будто принимая это как должное.

— Хорошо. Но сначала дайте мне час. Чтобы собрать вещи. И попрощаться с Камешком. Он очень привязчивый.

Элбус колебался. Совет переглядывался. Кто-то из младших магистров кивнул.

— Час. Но под наблюдением стражи.

Когда они вышли в коридор, Сайтама остановился у окна, за которым виднелись серые облака.

— Фрирен, — сказал он тихо, — если что, не надо меня спасать. Я и сам в беду попаду, и вас втяну.

— Я не спасаю тебя, — ответила она, глядя на его отражение в стекле. — Я верю в тебя. Это не одно и то же.

За их спинами тихо стояли двое стражников, их магические кандалы уже мерцали в ожидании. Но в этом коротком моменте тишины, в этом коридоре, где каменные стены уже не светились магией, Фрирен поняла, что готова потерять все — свой статус, знания, даже вечность — ради того, чтобы этот лысый человек с его странными понятиями о геройстве смог вернуться домой.

Он не разрушал их мир. Он показывал им, как жить в новом.

Сайтама посмотрел на часы, которые когда-то были подарком от Ферн.

— Сорок пять минут, — сказал он. — Хватит, чтобы купить рамен. Есть хочется ужасно. Пойдемте?

И Фрирен, эльфийка, чьи знания магии превосходили всех в Совете, пошла за ним по коридору, оставляя позади свое прошлое, ради часа с раменом и надежды на путь домой.

Запах горячего бульона и специй все еще витал в воздухе, когда час, отведенный Советом, истек. Стражники в магических доспехах, мерцающих голубым светом, подошли к их столику в углу харчевни. Один из них кашлянул, пытаясь скрыть неловкость.

— Время вышло. Совет Магистрали ждет вас в Тюрьме Кристаллов.

Сайтама допил последний глоток супа, аккуратно поставил пиалу на стол и вытер рот салфеткой.

— Спасибо за угощение, — сказал он Фрирен. — Было очень вкусно. Особенно последние три порции.

Фрирен кивнула, ее пальцы сжали край плаща. Она видела, как стражники нервно переглядываются, когда Сайтама вставал. Его простая вежливость в такой ситуации оказалась более пугающей, чем любая угроза.

Тюрьма Кристаллов находилась под самой столицей, в древних подземельях, куда не проникал даже солнечный свет. Коридоры здесь были узкими и низкими, выложенными черным камнем, поглощающим магию. Фрирен шла впереди, ее серебристые волосы тускло отражали свет фонарей на стенах. Сайтама шел за ней, насвистывая какую-то простую мелодию, а Камешек терся о его ногу, изредка издавая тихое скуление.

— Не бойся, — тихо сказал Сайтама, погладив пса по голове. — Скоро домой пойдем. У меня там хороший двор. Будешь гоняться за голубями.

Ферн и Штарк шли позади, их лица были напряжены. Штарк крепко сжимал рукоять меча, хотя знал, что оружие бесполезно против кристаллических стен.

— Это безумие, — прошептала Ферн. — Они действительно собираются запереть его в Тюрьме Кристаллов? Это же...

— Это их решение, — сказала Фрирен, ее голос был ровным, но глаза выдавали тревогу. — Но не наше.

Камера, куда их привели, оказалась не клеткой, а скорее кристаллической капсулой, встроенной в стену подземелья. Стены слабо светились изнутри, отражаясь в зрачках Камешка, который жался к ногам Сайтамы.

— Вам дадут еду и воду, — сказал главный стражник. — Но не пытайтесь сопротивляться. Кристалл поглотит вашу магию и силу. Вы проживете здесь годы, пока не иссякнете полностью.

— Понятно, — кивнул Сайтама. — А туалет где? В углу?

Стражники отступили, захлопнув тяжелую дверь с магическими замками. Звук защелкивающихся засовов эхом отозвался в коридоре.

Тишина в камере была почти физической. Фрирен прислонилась к кристаллической стене, ее пальцы водили по поверхности, изучая магические узоры.

— Мы можем разрушить кристалл изнутри, — сказала она. — Но это займет время. И силы. Возможно, недостаточно для всех.

Сайтама осмотрел камеру, почесывая затылок. Он подошел к стене и постучал по кристаллу костяшками пальцев.

— Интересно, — пробормотал он. — Крепкий. Но не очень практичный. Если застрять, то как отсюда выбираться?

— Это и есть суть Тюрьмы Кристаллов, — устало сказала Фрирен. — Отсюда не выбираться. Только ждать, пока мир забудет о тебе.

Сайтама посмотрел на нее, на ее уставшее лицо, на руки, которые так и не отпустили плащ. Он вдруг улыбнулся — той простой, искренней улыбкой, которая всегда сбивала ее с толку.

— Я помогу, — сказал он. — Не волнуйся. У меня есть опыт. Однажды меня заперли в холодильнике в супермаркете. Думали, я не выберусь, пока они не откроют утром. Но я был голоден. Очень голоден.