Лезвие дошло до конечной точки и медленно двинулось в обратный путь, оставшись единственной осью вращения, центром и началом всего. В тишине зазвучали глухие и жалобные звуки, похожие на скулеж охрипшего щенка.

Меч плавно опустился, ткнувшись в пол. Юкай качнулся и обеими руками ухватился за рукоять, силясь удержаться на ногах. Фэн Юань заморгал, явно прогоняя дурную предобморочную мглу. Он уже не сидел, а скрутился у стены в тот самый жалобно скулящий ком, с трудом проталкивая воздух в легкие — вдохи получались слишком короткими, и голову закружило.

— Нашел, — пробормотал Юкай и оскалился, подняв голову.

На иссохших губах были заметны кровавые отметины зубов. Звук собственного голоса заставил его сморщиться, а Фэн Юань, не сдержавшись, зажал ладонями уши.

«Нашел», — безмолвно согласился принц и со свистом выдохнул сквозь стиснутые зубы; теперь дожить бы до момента, когда оболочка будет прорвана. Дожить и не выплюнуть собственные внутренности, не вывернуться наизнанку, и не превратиться во что-то страшное, и не потерять рассудок: никакая наука не могла подготовить его к тем загадкам, которые раз за разом подбрасывал этот мир.

Юкай снова приподнял меч. Несмотря на усталость, его глаза горели болезненным, лихорадочным огнем, но удар, похоже, не нанес ему особого урона. При виде темного лезвия Фэн Юань сглотнул поднявшуюся к горлу горечь и сжался.

Нужно как-то перетерпеть и справиться. Стоило бы уйти подальше, вероятно, тогда не было бы так тошно… Но как направлять, прячась по углам дворца? Да и если эти удары заставляли весь мир содрогаться, был ли смысл бежать и прятаться?

Если все окажется совсем плохо, он уйдет. Оставалось надеяться, что особо сильный удар не выбьет душу из тела.

Юкай снова зажмурился, будто так ему легче было видеть цель. Меч взлетел, полновесно обрушиваясь вниз.

Фэн Юань закрыл глаза и закричал, срывая голос. Солнце за окнами мигнуло, разгорелось ярче и вдруг потухло, как свеча на ветру; на несколько мгновений мир погрузился во тьму.

Этот удар не прошел бесследно. Император рухнул на колени, и на пыльный пол закапала кровь; смахнув ее, он молча посмотрел на перепачканную алым ладонь.

Слишком тяжело. Человеку не стоит лезть туда, где не каждый бог справится. Человек не может создавать или разрушать миры, он навсегда останется пленником.

С хриплым выдохом Юкай поднялся на ноги и поудобнее перехватил рукоять, оставляя на оплетке кровавые разводы.

— Подожди, — хрипло каркнул принц и привстал, опираясь на дрожащие руки. — Подожди…

Хотя чего ждать? Легче ведь не станет. Не лучше ли попытаться пробить дыру сразу? Сколько ударов придется нанести?

Юкай коротко кивнул, но остался стоять. Меч он сунул в ножны и сгорбился, опустив руки вдоль тела. Не сразу Фэн Юань осознал, что в тронном зале уже не двое, а трое людей.

Краем глаза заметив окаменевшую фигуру, он медленно повернулся ко входу. Голова ныла, взрываясь при каждом движении.

У дверей застыл Кот, и такого чистейшего животного ужаса на его лице Фэн Юань даже вообразить не мог. Глаза юноши превратились в две бессмысленные, заполненные паникой лужицы.

— Что вы делаете? — просипел он, но звука Фэн Юань не различил, прочтя по губам. — Какого… Что вы?..

В широко распахнутых глазах с вертикальным зрачком отражалась метель. Серебристая пляска духов была столь плотной, что Кот едва видел Юкая сквозь искристую пелену.

Принц попытался подняться. Ноги вихляли, отказываясь выдерживать тяжесть тела. Мальчишку надо остановить, иначе…

Иначе все пойдет прахом. Он наверняка что-нибудь испортит. Нет, только не сейчас.

Завозившись, Фэн Юань привлек внимание Кота. Хвостатый раб поежился, с трудом отрывая взгляд от безучастной фигуры Юкая. Желто-зеленые глаза крючьями вцепились в лицо принца, и в этих глазах полыхнула угроза.

— Что. Ты. Делаешь?! — медленно, раздельно повторил Кот.

Шаг за шагом он подбирался ближе к Фэн Юаню: пальцы рук искривились, напоминая птичьи лапы, хвост мерно хлестал из стороны в сторону, а серебристо-серые уши плотно прижались к голове, скрываясь под растрепанными прядями. Влажные заостренные концы клыков показались под вздернутой верхней губой.

Не дойдя до принца, Кот вдруг развернулся и метнулся к Юкаю. Фэн Юань не смог бы остановить его, едва удерживаясь на ногах, однако юноша до цели не допрыгнул.

Всем телом он врезался в мерцающую серебристую преграду. Барьер отбросил Кота обратно, ощерившись снопом искр.

— Он не услышит, — пробормотал Фэн Юань и ощупал гудящую голову. Кот упрямо кинулся в атаку и снова отлетел в сторону. Оскалившись, он обернулся к принцу.

— К чему ты его принуждаешь?

— Как я могу его принудить? — пожал плечами Фэн Юань. — Кто он, а кто я? Он все решил сам.

Кот стремительной тенью рванул вперед. Первый же удар в живот отбросил принца к стене, заставив задохнуться от боли.

— Стой! — хрипло выкрикнул Фэн Юань. — Он вернет…

Второй удар пришелся по правому боку — и в голове тоненько зазвенело.

— …вернет нас домой, — едва слышно договорил принц. С уголка губ потянулась длинная нитка слюны.

— Что ты несешь? — выпалил Кот, но его голос дрогнул. Совсем немного, но и этого оказалось достаточно.

— Он пробьет путь, и мы сможем вернуться. Пройти… вслед за ним. — Фэн Юань вытер рот рукавом и поднял глаза на Кота, руками прикрыв живот. — Дух меча… Она тоже одна из тех, кто попал сюда не по своей воле. Она хочет уйти. Думает, что снаружи меч будет разрушен и духи освободятся.

— А мы? — Кот посмотрел на скорчившегося человека с отвращением. — Ты же помнишь, как мы попали сюда. Разве кто-то смог пройти, сохранив тело? Даже если мы вернемся, тела давно мертвы. Сколько лет мы здесь? Куда ты собираешься вернуться, в собственный скелет?

— Неважно. — Принц наконец выпрямился. — Меч все равно вырвется на волю. Император все равно умрет. Этот мир все равно погибнет. Разница только в том, как мы воспользуемся ситуацией. Если нам удастся выбраться из этого мира — пусть и только призраками, — мы вернемся и займем какое-нибудь тело, как заняли здесь. Разве не так? Зато мы окажемся дома. В том мире, где нет ненормальных императоров, богов, демонов, проклятий и сил, отрицающих разом все известные законы природы.

— Ты сумасшедший, — спокойно сообщил Кот и даже отступил на шаг. — Нездоровый. Даже люди, предлагающие убить Юкая, и то куда умнее тебя. Вся твоя наука, весь твой опыт — чего они стоят? Ты даже не попытался помочь. Все твои догадки бессмысленны.

— Кому помочь? — Оглянувшись, принц развел руками. — Им? Этого места не может существовать. Это какая-то выдумка, иллюзия, фантазия. Этот мир нелогичен, он не может быть настоящим. Так зачем мне спасать их? Не лучше ли спасти себя?

Кот с тоской оглянулся на Юкая. Залитая солнечными лучами фигура, потертая одежда, влажные отметины крови на полу, длинные сильные пальцы, теперь ослабшие и дрожащие; неправильная ранняя седина.

— Можешь убить меня, но это уже ничего не изменит. — Фэн Юань впервые открыто усмехнулся, глядя на растерянного юношу. — Меч не пропустит тебя к нему. Император думает, что за пределами мира не нанесет никому вреда и умрет наконец, заодно лишив оружие сил. Из него вышел бы неплохой герой — даже в таком состоянии он еще пытается кого-то спасти. Только вот он давно не отличает своих желаний от желаний меча, своих мыслей — от навеянных духами. Этому миру конец, но если мы успеем проделать крошечную щелочку, то сможем ускользнуть и обрести еще одну жизнь. Подумай об этом. Я не испытываю к тебе ненависти, ведь мы с тобой братья в своей неудачливой судьбе. Не упускай последний шанс.

Кот нахмурился и сжал зубы. Он был еще очень юн, и принц видел сейчас эту юность с обнаженными, ничем не скрытыми желаниями. Мальчишка был из тех, кто первым мчится в бой и первым погибает во славу своих непоколебимых моральных устоев, но он не был глуп. Никто в здравом уме не мечтал о смерти, и в глазах Кота появилась тень сомнения. Он снова оглянулся, с болью и растерянностью, словно ждал подсказки или чужого решения, на которое можно было опереться.