Прошло около получаса, а Тоши Кимура не возвратился. Константин сидел на полу, опустив голову, и ждал результата, хотя бы какого-нибудь, но только не тишину, которая угнетала своей безысходностью.

Он мог бы побороться, зная свои силы, но на этой стороне. А тот мир, куда уходят и исчезают близкие люди, для Константина был недосягаем. И эта беспомощность выматывала.

Наконец Тоши Кимура появился, шагнув из стены в комнату.

— Вот так путешествие, — протянул он, оглядываясь.

Костя вскочил, с надеждой глядя на учителя.

— А Саша? Что с ней? Вы видели ее?

— Нет, не видел, но слышал. Она там. Только, сдается мне, с ней что-то произошло.

— Что это значит? О чем вы?

— У нее другая энергия: агрессивная, сильная, нервная. Я чувствовал ее повсюду, но почему-то не видел. Это не наша Александрина. Знаешь, она напомнила мне состояние Агаты в свое время.

В этот момент входная дверь хлопнула, и раздался голос Зои:

— Саш, ты где? Наверху? Знак подай.

Тоши Кимура вышел из комнаты, махнув рукой.

— Заворачивай сюда, поговорим.

Девушка удивленно вошла в комнату под лестницей.

— Учитель? А где Саша?

— Твоя сестра в большой беде, — пояснил Тоши. — Расскажи, что ты знаешь о ее последних неделях, о планах, о желаниях. Мелочь тоже не забывай, все важно.

Зоя сконфужено опустила глаза и пожала плечами:

— Все как всегда. Саша со мной мало делилась…

— Зоя! — прикрикнул Константин. — Вот сейчас все очень серьезно, вопрос жизни и смерти. Соберись. Саша на той стороне. Я знаю, что тебе известно многое, учитель только что оттуда, а твоя сестра нырнула за стену около двенадцати ночи и до сих пор не возвратилась. Что ты знаешь об этом?

— Да ничего особенного не знаю. Сама была там только однажды, случайно. Поначалу страшно было, а потом мне так понравилось в этом городке, да и новые друзья…

— Нет там никакого городка, — оборвал ее Тоши. — И друзей там нет, враги одни.

— Как нет? — Зоя закашлялась. — Я же была там, ходила по улицам, разговаривала с этим… с Ментором, он угостил кофе…

— Учитель только что оттуда, — выдохнул Костя. — Видел все своими глазами.

— Так и я своими глазами видела!

— Тебя заморочили, чтобы видела, — пояснил мужчина. — Пустота там непроглядная, астрал отдыхает.

Зоя растерянно заморгала.

— Пустота? И сейчас Саша там?

— В том-то и дело, — качнул головой Тоши. — И с ней что-то не так, она на себя не похожа, энергия ее, а поведение чужое. Если бы мы знали, что там произошло…

— А как же Ментор?

— Ментор и есть Морок, — заверил мужчина. — Заморочил вас обеих. Я сейчас не ожидал попасть на ту сторону, поэтому пока была разведка. Чтобы был результат, мне нужно хоть немного разобраться, а так что толку туда шнырять.

— Зоя, пожалуйста, пожалей сестру, не скрывай сейчас ничего, — взмолился Константин. — Прошу тебя, вспомни все, что она говорила. Иначе мы потеряем ее, и, возможно, навсегда.

Девушка потрясла головой.

— Бред какой-то… Словно страшный сон накрыл. Саша просила никому не говорить, у нее должно быть посвящение какое-то, не помню, что это значит, я думала, ничего особенного, как обычно ее фантазии.

— Только не это… — Тоши закрыл глаза. — Что за насмешка судьбы.

— Учитель, это похоже на изменение Саши? Если имела место инициация.

Мужчина печально покачал головой.

— Именно этот ритуал так меняет личность. Беда в том, что на любом посвящении приносят присягу, и если Александрина присягнула, нам будет тяжело.

Константин выдохнул и с отчаянием покачал головой:

— Ее можно вытащить?

— Будет зависеть от процента поврежденности, — ответил Тоши. — Она может не захотеть вернуться. Сама.

— Это все из-за тети Агаты, — объявила Зоя, потрясая указательным пальцем. — Саша повторяла, что видела ее там, с той стороны, а ее друзья обещали найти маму, но нужно было как-то там соединиться с ними, в общем, стать членом сообщества. Поэтому она и пошла на это…

Вдруг все замерли от того, что входная дверь в доме открылась, и раздались шаги.

— Это ведь не то, что я думаю? — шепотом усмехнулся Тоши, глядя на Константина.

Зоя приоткрыла дверь и тут же обернулась, раскрыв глаза:

— Дядя Алексис!

— Нужно выходить. — Костя махнул рукой, и все направились к выходу.

Хозяин дома стоял в недоумении, увидев посторонних людей.

— Если бы тут не появилась Зоя, сюда бы уже ехала полиция, — заверил он. — Что ты делаешь в моем доме? — мужчина возмущенно кивнул в сторону Тоши Кимура.

— Приветствую, — ответил тот. — Ты должен нас выслушать, дело серьезное.

— Зоя, где моя дочь? — Алексис посмотрел по сторонам. — Этот человек для меня талисман беды, что еще он принес в мой дом?

— Позвольте мне сказать, — Костя подал знак рукой. — Я Константин Равинский, учился с Сашей в школе, ваша племянница меня знает. Мы собрались по очень серьезному делу, это касается вашей дочери. Поверьте, дело не терпит отлагательств, нужно разбираться очень быстро, поэтому оставьте разбор отношений с учителем, тем более, что он только помогает по моей просьбе.

— Дядя, все правда, — подтвердила Зоя. — Выслушай нас.

Алексис бросил тяжелый взгляд на Тоши Кимура и указал в гостевую зону, приглашая присесть.

Рассказывали все, каждый свою историю об одном. Хозяин дома слушал, глядя в пустоту перед собой, мужественно выдерживая всю несуразицу картины, и только к концу повествования прошептал:

— Невозможно… Откуда у них это? Обе словно проклятые.

— Саша хочет отыскать свою маму, которую видела на той стороне, — добавил Константин. — Там заверили, что это легко, только нужно пройти посвящение. Мы этого и опасаемся, потому что их присяга на инициации меняет личность.

Алексис поднялся и стал ходить по гостиной.

— Александрина нигде не найдет Агату, — с болью произнес он. — Ее матери там нет.

— Нигде не найдет? Откуда вы знаете? — нахмурился Костя.

— Она ведь пропала без вести, так? — осторожно спросил Тоши Кимура.

Мужчина снова опустился в кресло и закрыл глаза. Некоторое время он молчал, и никто не рискнул нарушить этой напряженной тишины.

Наконец Алексис тяжело вздохнул и продолжил:

— Я похоронил Агату, когда Александрине было десять. Моя супруга покончила с собой. Эту весть принес полицейский прямо в день рождения дочери. До этого Агату искали несколько дней, а потом нашли в лесу, висящей в петле. Мне было страшно объявлять Саше об этом, и версия о пропавшей жене осталась для всех, кроме ее брата, твоего отца, Зоя.

— Почему после вы не раскрыли дочери правду? — удивился Костя. — Она могла бы приходить на могилу к матери.

— Для чего? — мужчина развел руками. — Каждый раз вспоминать, что мать самоубийца? Мы ее даже отпеть по правилам не смогли, отец священник сам поминал, как мог. Поэтому я оставил версию с пропажей.

— Теперь эта версия поможет нашим врагам манипулировать Александриной, — с укором произнес Тоши.

— Почему там, где боль моей семьи, оказываешься ты? — Алексис с горечью покачал головой, обращаясь к мужчине. — Может, в моем роду кто-то виноват перед тобой? Как от тебя отгородиться?

— Учитель помогает в этой сложной проблеме, поверьте, — заверил Костя. — Остальное — только совпадения. Я хочу спасти Сашу, но без учителя будет тяжело. Вам категорически нужно оставить беспочвенные обиды.

Хозяин дома окинул Тоши Кимура тяжелым взглядом и сухо произнес:

— Я ревновал к тебе Агату. Желал тебе смерти. Она так рвалась туда, где ты, переступала через мои запреты. Но все закончилось печально. Потом с тобой связалась моя дочь… Это был уже перебор. Я боялся потерять и дочь, чуть с ума не сошел от всего. Со временем вернулось счастье в дом, но с новой проблемой я опять вижу тебя. Это издевательство.

— Послушай, Алексис, — спокойно начал Тоши, — перед посвящением я давал обеты безбрачия, иначе статус не присвоят, это прописная истина таких людей, как я. Костя тоже попал под этот статус. Нас с Агатой связывал лишь один интерес, да и он, как таковой, отличался впоследствии. Я видел, что ее несет не туда, сначала пытался ограждать, на занятиях ограничивать, много раз потом пытался просто помочь, только потому, что в этой сфере смыслю больше тебя. Но ты же знаешь свою жену: она шла к намеченному, как бы не запрещали. У меня никогда не было каких-либо иных целей по отношению к Агате, кроме как вытащить ее. Поверь. И давай работать сообща, по стечению обстоятельств тема снова в моей компетенции. Ты ведь не враг своей дочери, предоставь нам свободный доступ в свой дом.