Как только стало легче, я рванул в строение «А». Перебежками и через укрытия, я пробрался в помещение первого корпуса и спустился в спальный отсек. Увидев меня, Мия шагнула навстречу и побелевшими губами произнесла:

— Они забирают наших детей. Их заинтересовал Влад, они только о нем и говорят. В нем что-то нашли, что-то… полезное. Кажется то, что они искали… Не знаю… Марк, я не смогу его отдать.

Меня всего затрясло. Бешеное сердцебиение отдалось в ушах, и показалось, что я даже перестал слышать. Только не паниковать. Спокойно.

Я взял Мию за руки и прошептал:

— Время пришло. Готовь себя. Прямо здесь. И прямо сейчас.

Мия закивала, глядя в глаза, после чего замерла, сжав мои ладони.

— А он что здесь делает? — раздался возмущенный голос, отчего я очнулся и обернулся, увидев сотрудницу лаборатории и двух охранников.

— Я пришел к своей семье. Это мое право.

— Борец за справедливость, — усмехнулся один из охранников. — Скоро на тебя найдут управу, со дня на день придет приказ.

Мия в это время отошла к детям и, присев между ними, крепко их обняла.

— Так, ладно, разбираться будете потом, — деловито произнесла лаборантка. — Берите детей, мальчика в нулевой корпус.

— Идите к черту! — крикнул я, закрывая свою семью собой. — Мы не даем согласия на манипуляции с детьми!

— Это и не нужно, — ответила женщина. — В рамках спец разработки согласия не требуется.

— Плевал я на ваши рамки! Мои дети не подопытные! Так и запишите в своих отчетах.

Охранники направились ко мне, но я схватился за край нары и швырнул ее поперек прохода.

— Уйдите прочь! Слышите⁈ Прочь от моей семьи!

— Да что это такое! — возмутилась лаборантка. — Как вы себя ведете! Вы перепугаете детей. Уберите его отсюда.

Охранники стали расчищать путь, но я схватил другую кровать и так же швырнул ее, преградив дорогу.

— Я против ваших испытаний! Мои дети останутся со мной! Вы слышите⁈ Убирайтесь! Убирайтесь отсюда!

— Ребята, ужин стынет, — словно издеваясь, заметила женщина. — Выполняйте свою работу.

От всей ситуации меня так затрясло, что я даже испугался за свое физическое состояние. Схватившись за соседнюю кровать, я молниеносно оторвал длинную металлическую перекладину и направил ее конец на охранников.

— Отойдите от нас! Не приближайтесь! Предупреждаю, я буду защищаться!

— Бешеный, — оскалился охранник, подбираясь со стороны. — Ты себя со стороны видел?

«Опасный уровень агрессии, — объявил наблюдатель. — Неконтролируемый выброс энергии».

Понимая, что меня не воспринимают всерьез, я резко шагнул вперед и ткнул перекладину в охранника с криком:

— Уйдите от нас! Я не отдам своих детей! Не отдам! Не отдам! Не отдам!!!

Во время этого я словно сумасшедший колотил мужчину в форме, не давая ему опомниться и подняться, когда он упал. Только все это я понимал с опозданием, пребывая в каком-то тумане и в заторможенном состоянии.

— Ты что творишь, гад? — воскликнула лаборантка. — Ты же его убьешь!

Подскочив к избитому охраннику, я стал снимать с него оружие защиты, в этот момент второй охранник стукнул меня по спине дубиной и включил электрошокер, но я ничего не почувствовал, продолжая дергать за ремни кобуры.

— Что за хрень? — удивился мужчина в форме. — Он что, непробиваемый?

В этот момент я выдернул дубину с электрошокером у поверженного сотрудника и, вскочив, направил ее в сторону второго обидчика.

— Да! Я легко убью! Вы угадали! Отойдите от нас! Оставьте нас в покое! Мы отказываемся от любых прививок, отказываемся от пребывания в этой зоне! Выпустите нас за стену и забудьте!

— Это не тебе решать, — начал было охранник, но у меня словно лопнула внутри некая грань самообладания.

— Нет! Это мне решать! — закричал я, мотая железной перекладиной и задевая своих обидчиков. — Мне! Я запрещаю вам приближаться! Запрещаю!!!

Лаборантка и охранник отлетели от меня и упали, а я продолжал размахивать ломом и наносить им удары. С каждым моим взмахом они дергались и корчились, но остановиться уже было невозможно.

«Красный уровень! Красный уровень! — повторял наблюдатель, кружа рядом. — В-1.01, строение „А“, корпус 1».

В это время появились новые охранники, а с ними мужчина, с которым я разговаривал той ночью, приняв его за главного. Все они выглядели крайне удивленными, а некоторые ужаснулись. Вероятно, мой вид в этот момент был невменяемым. Но я потерял обладание собой и не хотел останавливаться.

— Прошу внимания, — обратился ко мне мужчина, но на меня это не подействовало. — Выслушайте меня, прошу вас.

— Выпустите нас за стену! — закричал я, продолжая обороняться, хотя пришедшая охрана стояла в стороне. — Я не отдам вам детей! Вы не прикоснетесь к моей семье! Слышите? Не прикоснетесь!

«Фиксирую отказ», — замигал наблюдатель.

— У меня к вам предложение! — отозвался мужчина, подняв руки и временами отскакивая от пролетающего края железной перекладины. — Прошу, остановитесь и выслушайте.

Увидев его лицо, я сбавил обороты и, тяжело дыша, дернул головой:

— Говори.

— Мы услышали вас. И готовы предоставить встречу с главным.

— Эту сказку читай себе на ночь, — вырвалось у меня. — Откройте ворота и дайте нам уйти.

— У вас есть редкая возможность личной встречи с нашим главой, — повторил мужчина. — Обещаем дипломатическую основу и соглашение.

— Откройте нам ворота! Это мое последнее слово!

— Это исключено. Мы не можем вам помочь, если вы откажетесь от встречи. До этого момента никаких действий.

Не выдержав, я молниеносно кинулся к мужчине и схватил его со спины, воткнув палку с электрошокером ему под нижнюю челюсть.

— Что-то ты слишком добрый сегодня, — со злобой процедил я, не узнавая сам себя. — Задумал увести меня, чтобы забрать моих детей?

Мой пленник напрягся, схватившись за мою руку, зажавшую его шею.

— Ваши дети будут в сохранности! Уверяю вас! Их никто не тронет.

— Почему я должен тебе верить? — крикнул я, с силой вдавив палку под его челюсть. — Назови причину! Ты придумал встречу, чтобы завершить план и разрушить мою семью?

Мужчина захрипел, выгибаясь, чтобы отодвинуться от угрозы удара током.

— Потому что это воля главного, — из последних сил произнес он, хватаясь за мои руки. — Это он послал нас за вами…

— Что? — не понял я, продолжая удерживать пленника. — Еще одна ложь!

— Это правда. Он сейчас видит вас через наблюдателя и видел все это время. Вы хотели встречи с ним, он согласен.

Я оглянулся на зависший рядом дрон и вгляделся в его поле наблюдения, на котором бегала красная горизонтальная полоса. Потом посмотрел в сторону Мии, она так и сидела рядом с детьми, сжав их с обеих сторон, и выглядела при этом очень отрешенно.

Щелкнув кнопкой, я пустил ток в шокер-палке, отчего мой пленник забился в конвульсии, но на меня импульс не подействовал. После нескольких секунд я прекратил подачу тока и процедил:

— Если к моей семье хоть кто-нибудь прикоснется до моего возвращения, я забью тебя током. До смерти.

Мы отправились на выход. Я продолжал удерживать мужчину со спины, сделав его заложником, и размышлять, почему главный решил со мной встретиться. Возможно, он видел во мне бунтаря и хотел прекратить сцены с непослушанием. Может быть, он что-то предложит, или выпустит нас за ворота. А может, согласится на мои претензии права выбора. В любом случае ситуация зашла в тупик, и в данный момент иных вариантов не было.

Мы двигались по дороге к наблюдательной башне со стеклянным верхним ярусом. Все шли молча, мой пленник сопел и семенил передо мной, инстинктивно держась за мои руки на своей шее.

Внутри башни все выглядело иначе, чем снаружи. Молочные каменные закругленные стены, вдоль них глиняные горшки с экзотическими растениями, изредка встречались рамки с изображением незнакомых символов. Все это словно из другого мира по сравнению с серыми бетонными стенами всего города.