Я заметил, что, с точки зрения планировки башни, оказался на другой стороне, и шахта лифта здесь только начиналась. Понятия не имею, зачем настолько усложнять путь наверх, но у всего должна быть своя причина. К счастью, лифт оказался рабочим, и, нажав на кнопку вызова по которой медленно стекала кровь ежа, я отошёл на несколько шагов.
По закону жанра, вместе с кабиной должны спуститься всё время ожидавшие внутри враги, но этого не случилось. Лифт медленно добрался до своей низшей точки, и сработала автоматика. Решетчатые двери открылись, я убедился, что ни внутри, ни сверху за крышкой никого нет, и лишь затем нажал единственную кнопку.
Перед глазами мелькали редкие просветы других этажей, а у меня из головы не выходила лишь одна мысль. Зачем строить город-фабрику — мне понятно. Откуда-то должны браться все эти плюшки, которые жадные наёмники покупали через распределительную консоль. Тот же ВР-2, на котором находились собственные заводы с технологиями, намного превышающими местные, не могли полностью обеспечить экономическую независимость рубежа.
Правда, я думал, что товары идут прямиком из Города-Кокона, но всё оказалось намного прозаичнее. Размеров Чистилища хватало для того, чтобы обеспечить не только три рубежа, но и главный хаб всего этого мира. С другой стороны, какой-то старший аппаратчик Эммануэль с ВР-1 именовал местного криптократа надсмотрщиком Ч-1. Чистилище-1? Значит, есть и другие? Неужели именно так Харэно и добирался до взлётной площадки? Мы не туда свернули?
В размышлениях я не заметил, как лифт добрался до на последнего этажа, и что сквозь решётку на меня смотрели четыре узких дула. Я широко раскрыл глаза и вовремя спрятался за панель, крепко прижавшись спиной к стене. Пули со свистом засвистели перед глазами, рикошетом отскакивая от железных панелей лифта. Это уже не шутки, ведь любая из них потенциально может оказаться в моём черепе и привести к раннему завершению путешествия.
Этого я позволить себе никак не мог, поэтому дождался, пока часть дронов отстреляет картридж, и выбежал наружу. Решетчатая дверь с лёгкостью поддалась, а не ожидавшие такой подляны беспилотники оказались запертыми в узком коридоре. Широким замахом мне удалось уничтожить одного из них, затем я закрутился и, рубанув наотмашь, избавился от ещё одного.
Механизмы дронов заменили пустые картриджи, и под жужжание лопастей выжившие аппараты воспарили выше. Думаю, звук, с которыми они поднимались, а затем грохот выстрелов ещё надолго останутся в моей памяти, но с этими пора заканчивать. Я нырнул под ними, забежал на противоположную стенку и, оттолкнувшись одной ногой, налету уничтожил оставшиеся.
Дождь из частей механизмов и железные корпуса дронов попадали на пол, выбрасывая наружу драгоценные картриджи. Не знаю, насколько они были редки и вообще имели ли настолько большую ценность, но если рубежи чему и научили, так это тому, что в правильных руках и последний хлам может стать небольшим богатством.
Я собрал всё уцелевшее и на мгновение зашёл в банк ватаги. Корпус дрона исчез, а вот туловище транкла вернулось обратно с неожиданной весточкой. Прежде, чем возвращать его в этот прекрасный и полный счастья и радости мир, я уничтожил камеру в углу и побежал к единственной двери в дальнем конце коридора.
Оставаться в узком и хорошо простреливаемом пространстве хотелось в последнюю очередь, и я удивился, когда вместо очередного лабиринта или сети помещений оказался в округлой застеклённой комнате. С первого взгляда показалось, что это и должно быть то самое логово злобного карлика с портативным матюгальником в руках, но нет.
Судя по количеству пыли на полу и приборах, сюда давно никто не заходил. Причем именно пыли, а не углеродных хлопьев, падающих с неба, так как все окна были напрочь закрыты. Отсюда хорошо просматривалось всё Чистилище, если так конечно можно выразиться. Идеальная точка для наблюдения.
Весь город-фабрика выглядел как на ладони и сквозь непроглядную вечную тьму горел сотнями маленьких огоньков, словно светлячки, сбежавшиеся на богатую поляну. Я развернулся, посмотрел на коридор, ведущий к лифту, и на всякий случай закрыл за собой дверь. Не то, на что рассчитывал, но прежде чем бежать обратно, можно немного выдохнуть.
Первым делом взмахнул рукой, и под ноги с влажным хлюпаньем упало тело транкла. С другой стороны позвоночника параллельно моей надписи красовалось короткое: «Поняла» сопровождаемое подмигивающей рожицей. Этот почерк ни с чьим другим не спутаю. Линии аккуратные и ровные, словно орудовал мастер холодного оружия. Я кончиками клинков вконец изуродовал туловище транкла, чтобы никто не смог прочитать нашу маленькую переписку, и подошёл к консоли.
Один в один как в принтере в центрах рубежей и на заводах, технология Города, которую ни с чем не спутаешь. Когда-то её, видимо, создавали для того, чтобы с помощью этой системы фабрикой руководил человек, так как на высоком ониксовом стоячем прямоугольнике вместо множества рычагов и кнопочек находилась панель для сканирования индекса.
Я провёл по нему рукой, стёр толстый слой пыли, а затем приложил раскрытую ладонь. Секунда ожидания, и мне удалось подключиться, после чего ярко вспыхнул красный интерфейс и забегали первые буквы.
//Распознание матричного импринта
//Поиск уровня доступа пользователя
//Удачно
//Уровень пользователя опознан как «уровень 2»
//Доступны следующие функции
Хм, точно такой же, как в принтере ВР-2, когда я самолично записал себя в сотрудники и выдал второй уровень. Максимальным обладали лишь избранные, и нутро подсказывает, что их назначала напрямую если не система, то сидящие в Городе люди. Во мне всё больше разрасталось сомнение в существовании великой и могучей, однако даже технологически продвинутое человечество не было способно на столь кардинальное преломление естественных законов физики и природы.
Интересно, но как в случае с принтером вместо удобного меню с подробным описанием, перед глазами мигал одиночный прямоугольник на чёрном фоне, ожидавший моих команд. Стоило мне только подумать, как слова визуализировались на интерфейсе и превратились в предложения.
Первым делом я решил скачать карту. Экран моргнул дважды, и после короткого сообщения та добавилась в общую библиотеку. Ладно, с этим всё понятно, а что насчёт глушилки? Забраться на самый верх башни, нажать одну волшебную кнопку и тем самым переписать команды криптократов оказалось бы слишком легко. Однако система дала понять, что сигнал исходит откуда-то из этого здания, только намного ниже.
Я закрыл глаза и устало потёр переносицу лишь от одной мысли, что снова придётся лезть под землю, и выдохнул. Ладно, если другого выбора нет, то ничего не поделаешь. На другие команды консоль не реагировала, в том числе на перезапись узлов или назначения меня в качестве администратора Чистилища. Наивно, конечно, полагать, что всё это можно сделать через какое-то устройство на верхотуре башни, но попробовать стоило.
Когда мои попытки взаимодействия с системой постоянно натыкались на стену, и я уже собрался уходить, интерфейс вдруг моргнул, и мне предложили активировать камеры наблюдения. Я на мгновение задумался и прошёлся ладонью по заросшему подбородку. Видимо, это комната действительно служила в качестве точки наблюдения и не более того. Отсюда люди должны были следить за производством фабрик, а значит, мне пора спускаться обратно. Интерфейс вновь моргнул, напоминая о предложении, и я не смог перебороть любопытство и активировал камеры.
Перед глазами сменялись картинки скучных производственных цехов, где трудились, умирали и вели бессмысленное существование транклы. Никогда бы не и подумал, что когда-нибудь наткнусь на подобное зрелище, но, как обычно, рубежи сумели удивить и в этот раз. Мой взгляд остановился на изображении, надпись в котором гласила: «Кормовая линия».
