При виде меня на губах всех троих засияли довольные улыбки. Я подошёл, убедился, что с моими девочками всё в порядке, и приказал сопровождающему нас мужчине вести нас в сторону поезда.

— С каких это пор ты начал здесь командовать? — вполне справедливо поинтересовалась Седьмая.

— А мне нравится, — подмигнув, добавила Фокс. — И меня это ни капли не удивляет.

Элли промолчала. Вместо этого она подошла, взяла меня за руку и не отходила даже тогда, когда мы добрались до отсека, ведущего к поезду. Сереброволосый убедился, что мы зашли внутрь, откланялся чуть ли не в пояс и спешно удалился, оставив нас наедине.

— Не могу поверить, что мы вот-вот попадём в Город! — облизав губы, возбуждённо прошептала Фокс. — В Город! Нам даже не пришлось проходить Цепь!

— Это потому, что Смертник стал единовластным правителем, — решила ей напомнить Седьмая под звуки движения поезда. — И когда у него была власть над всем городом, он взял и отдал её старухе. Как жаль.

— Мне что, напомнить о нашей истинной цели, Седьмая? — вмешалась Элли, устроившись рядом со мной. — Если бы Смертник остался у власти, он бы не смог зайти в Город. Всё просто.

Пока они спорили, я закрыл глаза и выдохнул. Неужели вируса действительно больше нет? Я ведь уже настолько привык, что каждая секунда может для меня стать последней. Именно эта мысль подстёгивала и заставляла двигаться вперёд, уничтожая всё на своём пути. А теперь, когда её нет, думал, буду чувствовать хоть какое-то облегчение.

Однако вместо этого я продолжаю бежать. Мне пришлось настолько разогнаться, что остановиться попросту не могу. Быть может, сжирающий изнутри вирус был всего лишь предлогом для моих поступков. Но признаться, меня это волновало в последнюю очередь. Всё сложилось, как должно было сложиться. Кому-то пришлось умереть, кто-то стал богаче и влиятельнее благодаря мне, а я? Я сумел добраться до Кокона, и вскоре они пожалеют, что натравили на меня Ямидзаву.

Я открыл глаза и увидел, что поезд, в который мы погрузились, разогнался до пятисот километров в час и должен прибыть к месту всего через несколько минут. Элли, уставшая за последние дни, положила голову мне на плечо и позволила себе на мгновение задремать. Фокс же не смогла усидеть на месте. Девушка ходила по вагону из стороны в сторону, поигрывая меж пальцев патроном от крупнокалиберной винтовки. Седьмая нацепила наушники, забросила ногу на ногу и смотрела куда-то в потолок.

Скорее всего, они сейчас размышляли о том, что делать дальше. Да, мы всё ещё одна ватага, но именно путешествие к Кокону объединяло нас вместе. Что будет, когда наша цель будет достигнута и перед глазами вырастет огромный мегаполис с миллиардом возможностей? Останутся ли они со мной или каждый пойдет своей дорогой? Думаю, это нам вскоре придётся выяснить.

Поезд добрался до своей конечной точки, и первое, что я увидел снаружи, — стоявшую без дела шпану. Наряженные в яркие цвета, с выкрашенными в зелёный цвет волосами, они бросили на нас взгляд, но тут же передумали как-то развивать ситуацию. Видимо, хватали новоприбывших и сразу обчищали им карманы. Ну что же, одно точно никогда не меняется.

Мы оказались на станции метро, где без дела слонялись и другие люди. Двери поезда за нами закрылись, и он спешно умчался во тьму туннеля, оставляя нас наедине с собственными мыслями. Вдруг один из раскрашенных подошёл и, пока мы не ушли, поинтересовался:

— Чего надо? Тёлку? Дунуть? У меня всё есть.

Я улыбнулся.

— Спасибо, мы как-нибудь обойдёмся.

Паренёк, которому от силы было лет шестнадцать, поправил ремень штанов, дёргая себя за промежность и, окинув взглядом Фокс, ядовито протянул:

— Ну, может, тогда заберу твою тёлку, а то у тебя их три, думаю, она не будет против.

В эту же секунду дуло пистолета Фокс, направленное ему между глаз, заставило паренька передумать, и он спешно принялся извиняться:

— Да ладно, ладно, всё! Чего вы такие нервные. Пф… новенькие…

— Пускай идёт, — произнёс я, опуская руку девушки, и открыл интерфейс.

Куча приветственных сообщений, карта, какая-то информация о связи, правила, доступные мероприятия, работы, доски объявлений и прочее. От всего этого у меня кругом шла голова, поэтому отбросил в сторону и, заметив ведущую наружу лестницу, активировал самое главное сообщение.

Оно было от системы. Причём не обычная рассылка, а от самой госпожи, по крайней мере, так мне показалось. Сообщение выделялось особым шрифтом, а снизу была приписка «Курьеру». Я мысленно щёлкнул по нему, и переде глазами забегали строки.

//Добро пожаловать в Город-Кокон.

//Статус: Курьер, опознан.

//Идёт передача пакета данных. Передача закончена.

//Получена цепочка заданий. Награда за каждое выполненное задание: ???

//Получены новые данные. Координаты отмечены на карте. ВНИМАНИЕ! Получен совет: Перед тем, как приступать к выполнению заданий, обязательно посетите точку интереса. Это того стоит.

//Добро пожаловать в Город-Кокон, Курьер. Мы тебя ждали.

Во снах я часто представлял, как будет выглядеть это место. Город представал передо мной в виде массивного мегаполиса, где каждая душа считалась за единицу в общем механизме системы. Где улицы заполонены машинами, чьё дыхание и рёв моторов разносится по бесконечным переулкам, в которых цветёт и пахнет ежедневная жизнь. Однако ни один мой сон не мог подготовить к тому, чем на самом деле оказалось это место.

Как только мы поднялись по лестнице метрополитена и оказались внутри Кокона, я впервые за всё время вдохнул полной грудью. Поначалу никак не мог отделаться от чувства, будто вернулся домой, но какая-то частица меня отказывалась называть это место родным углом. Было в нём нечто одновременно отталкивающее, причём настолько, что вызывало во мне вполне противоречивые чувства.

Тоже самое можно было испытать, когда тебе подсовывают хорошо выполненную современную подделку дорогого предмета из детства. Вроде те же самые грани, те же цвета, да что уж там говорить, сделано намного лучше, чем оригинал, но это всё равно не то. Нет той шероховатости, которая так раздражала в детстве, нет потёртых углов и отслаивающейся местами краски. Нет того духа и нет тех чувств, которые вызывал этот предмет, лишь оказавшись в моих руках. Пока мой разум твердил, что мы оказались дома, сильно натянутые струнки души не двигались и задумчиво молчали.

Я поднял голову и едва не оказался на пятой точке. Изнутри Кокон казался ещё больше. Помимо уходящих в небеса шпилей корпораций, которые с помощью прожекторов выстреливали теми самыми цветами, казавшимися путеводными маяками снаружи, весь Город буквально искрился неоновыми цветами. Десятки, а может, и даже сотни миллионов человек могли называть это место домом и за всю жизнь так и не покинуть их стен.

Гигантская дуга Кокона уходила вверх, закручиваясь по спирали, и по стенам вились жилые зоны — как наросты на теле гигантов. Настоящие жилые кварталы. Казалось, что они должны рухнуть и осыпаться обломками в самый центр Города, но каким-то невообразимым способом им удалось намертво закрепиться на стенах монструозного Кокона, окружавшего всё это вместо. Нет, даже не так.

Если снаружи могло показаться, что это Город был заключён в неприступные стены, то на деле оказалось, что они и являются самим Городом. Точнее огромной его часть, и, несмотря на огромные территории, я ощущал давление, не физическое, не атмосферное — а социальное. Будто каждый метр пространства знает, кто ты, сколько ты стоишь и сколько раз тебя можно продать, прежде чем твоя стоимость не упадёт до нуля.

Внизу царила тьма, переливающаяся рекламой, освещавшей сотни уровней и различных пластов жизни. Балконы, мосты, рельсы, трубы — всё, что требовалось этому улью для полноценного существования. А люди… ох, с людьми всё было совершенно иначе.

Я даже не пытался их сосчитать. Для меня они сливались в один поток, одно течение, одну массу. Все настолько одинаковые, что мой разум отказывался воспринимать их как отдельные и независимые единицы. Каждый в своём личном социальном пузыре, бредущий в одну сторону и вливающийся в общую волну. Голографические интерфейсы, дроны, проекции, голограммы, нейрошумы.