— Смертник, постой. Знаю, что я в ватаге совсем недавно и два раза пытался тебя убить, но тем не менее, у меня есть просьба. Мне просто больше не к кому обратиться.

— Валяй, — я хлопнул его по массивному плечу и добавил. — Просьбы — это моё всё.

Черника едва заметно улыбнулся, кивнул и пояснил:

— Я знаю, что ты ищешь конструктора для Трева, и прекрасно слышал его слова. Не буду делать вид, что знаю твой следующий шаг, но так сложилось, что мне известен один специалист. Очень хороший даркраннер.

— И ты об этом говоришь только сейчас?! — спросил я, медленно выдохнув. — Черника, в следующий раз, если у тебя есть предложение или какая-нибудь полезная информация, не тяни, рассказывай сразу, договорились? Ну так кто этот ценный специалист, и насколько ты ему доверяешь?

— Моя сестра, — пояснил здоровяк, неуверенно вытягивая каждое слово. — Принтеровская, естественно. Она не разделяла моих связей с Либерталом, и мы из-за этого перестали общаться, однако всё это время я за ней приглядывал, пытался убедиться, что она ни в чём не будет нуждаться. Я бы и дальше смотрел за ней из тени, если бы не гражданская война. Понимаешь, у неё очень низкий уровень генетического импринта, тридцать две сотых, но она хорошая девушка. А сейчас…

— Хватит, — остановил я здоровяка, заметив, что ему очень тяжело даётся каждое слово. — Если она твоя сестра, значит, мы обязаны её защитить, ведь так? Выгружайся в реал, оцени ситуацию снаружи, подготовь для нас стволы и наметь маршрут к тому месту, где ты видел её последний раз. Даркраннер нам действительно понадобится, даже если Трев решит переехать сюда на постоянку. Как минимум, она сможет временно снять с него часть обязанностей, пока не закончится весь этот хаос.

— Спасибо тебе, Смертник, — протянул руку Черника и даже смог улыбнуться.

— Мы её найдём, — я ответил на рукопожатие и добавил. — Всё, дуй выполнять, я скоро буду.

Огромный здоровяк испарился перед моими глазами, и вокруг вдруг стало слишком тихо. За последние пару дней, после того, как мы спалили целый район, я настолько привык к постоянному гаму моей довольно общительной ватаги, что без них стало как-то странно, но Черника был прав.

Рано или поздно придётся вернуться в реальность и встретить её лицом к лицу. К счастью, к тому времени я уже буду с улучшенными характеристиками и окрепшей нервной системой, которую обязательно проверю на прочность в подходящий момент. Если Треву удастся создать для нас ферму, прокачка пойдет в несколько раз быстрее, и для этого ему действительно не помешает дополнительная голова.

Я осмотрел растущий кибермир, вспомнил слова Трева о том, что мы не принадлежим этому месту, и приготовился выходить, как вдруг на месте появилась Фокс и схватила меня за руку.

— Во! Успела поймать, теперь не отпущу!

— Фокс, что ты… — не успел я договорить, как она потянула меня к новенькой тренировочной комнате.

— У меня появилась теория, и мне срочно надо её проверить в деле! Ведь наши ощущения должны транслироваться в реал. Так вот… Ты когда-нибудь трахался в киберпространстве? Нет? Ну вот и я тоже, поэтому мне интересно, в реале я тоже кончу? Да ладно, не смотри на меня так, будто сам не задумывался об этом. Давай, сделаем всё по-быстрому, пока тебя снова у меня не уволокли.

— Лучший хром во всём районе! Эй, ты, чёрный, здоровый, смотрю ты любишь хром, заходи!

— Эй, мужик, тебе чего надо? Бабу хочешь? У меня всех возрастов есть, старые, зрелые, недоспелые, все есть… пф… ну и пошёл на хер! Бабы! Кому бабу?

Я и не подозревал что такое место может существовать в ОлдГейте, более того, не быть затронутым происходящей войной. Я шёл по единственной широкой торговой улице какого-то захолустного района, где на меня со всех стороны смотрели бетонные дома, обильно украшенные вывешенным для просушки бельём, которое на первый взгляд могло показаться кружевным — но нет, оно просто было донельзя заношенным.

Со стороны могло показаться, что этот район стоили не архитекторы, а сама нужда. Дома здесь не поднимались — они нависали над гуляющими под их стенами людьми. Они были наставлены так тесно, что складывалось впечатление, если сдвинуть один, то вся эта бетонно-стальная конструкция рухнет как домино. Между ними практически не было видно неба — только узкие полосы тусклого света, просачивающиеся сквозь переплетения мостков, труб и кабельных жил.

Стены были облеплены модулями, старыми пристройками, внешними блоками кондиционеров и пластиковыми коробами. Старые лифтовые шахты, давно перекрытые официальными службами или захваченными местными, работали с характерным механическим скрипом, поднимая и опуская одновременно людей и товар.

Внизу бурлила жизнь. Плотная толпа перетекала по единственной широкой улице, выбираясь из узких переулков и сливаясь в один поток. Кто-то тащил за собой сумки, тележки, кто-то продавал всё подряд, начиная от еды, заканчивая сексом и любым видом наркотика на выбор. Я поднял голову и заметил, что даже здесь строения были столь плотно составлены, что между окнами можно было протянуть руку. Люди передавали пакеты, батареи, сигареты, порой даже оружие, или просто обсуждали последние слухи между домами.

— Все из них чистокровные, — заговорил первым Черника, ощутив повисший в воздухе вопрос. — Так что не удивляйся, если это место для тебя выглядит как гетто. Это всего лишь один из примеров социального расслоения.

Я отмахнулся от очередного смуглого торговца, который пытался продать мне ножи с гравировкой, и спросил:

— И вот в таком месте живёт твоя сестра? Что она вообще тут забыла?

Черника ухмыльнулся:

— И я здесь жил, где, ты думаешь, Либертал набирает людей в свои ряды? Оглянись, Смертник, ты среди униженных и обиженных. Самое дно социальной лестницы так называемых чистокровных. Мы с сестрой оказались здесь сразу после массового расселения с нашего рубежа.

Я краем глаза посмотрел на идущего рядом громилу и с интересом спросил:

— Значит, ты с ВР-2? Скажи… а ты помнишь, как там всё выглядело?

Черника покачал головой.

— Нет, нас схватили ещё у принтера, совсем слепыми, куда-то отвезли, а глаза я открыл уже на ВР-1, когда у меня проверяли уровень генетического импринта. Так что я не могу сказать, был ли похож мой рубеж на твой, если ты об этом спрашиваешь.

А он намного умнее, чем может показаться на первый взгляд, из-за всей этой горы мышц и количества железа, которое фактически делало его на одну треть киборгом.

Вокруг сновали подростки лет пятнадцати, может, чуть старше. Они были одеты в когда-то белые майки, а на ногах широкие шорты ниже колен. Черника заметил мой взгляд и спешно пояснил:

— Малолетние члены местных банд. Да, Смертник, я знаю, как ты обычно любишь решать вопросы, но здесь лучше не стоит проливать кровь, и я тебе объясню почему. В этом районе ОлдГейта у каждого второго есть оружие, даже пацаны и те быстрее научатся, как разбирать и собирать ствол, нежели впервые с девочки снимут лифчик, понимаешь, о чём я? Здесь очень сильный культ, и речь не только о религии. Любая тварь, даже та, что копается у тебя под ногами, за секунду выкупит, что мы не местные, и озлобится на нас только из-за этого факта.

Я понимающе кивнул, не собираясь обрушивать себе на голову нависшие над ней дома, и поинтересовался:

— С этим всё понятно, можешь не переживать, но ты упомянул религию.

— Культ Матери Смерти, — ответил Черника, и в его голосе прозвучали странные нотки поклонения. — Но об этом лучше не говорить. Всё, что могу тебе сказать: местные не особо любят, когда другие упоминают её имя вслух. Если хочешь, по пути можем зайти в церковь, и ты сам всё увидишь.

— Спасибо, — ответил я, замечая, как трое подростков кого-то знатно запинывали в одном из узких переулков. — Я не особо религиозен, так что просто обойдусь твоим советом. Кстати, куда мы идём?

Черника внезапно нахмурился, словно старался оттянуть этот момент как можно дольше, и нехотя ответил: