— Ну конечно, — ухмыльнулся я, — И так удачно, что от него не осталось и следа!

— Не для вас, Апостолов, не для вас, — плотоядно улыбнулась Ванесса, — Как я уже говорила — я видела, как бросили некротику в моего ученика. И за это вы будете наказаны…

Наутро следующего я снова оказался в ректорате.

Но к моему удивлению и удовольствию, также туда притащилась вся наша команда по чароболу!

Было приятно, что ребята встали на мою защиту. Они наперебой пытались рассказать, как всё произошло, и каким-то чудом убедили профессоров, что я не атаковал Заварского целенаправленно.

Их слово против слова целителей и Ванессы — казалось бы, голос декана должен перевесить, но…

Это разбирательство лишь вызвало раздражение у директора Кощеева. Инцидент произошёл на чаробольном поле, плюс Онегина сама настаивала, что проклятье осталось там после отборочных. Кроме того — я помог снять злые чары с Ани, что сыграло только на руку. Так что в этот раз мне не влепили очередное «предупреждение» (пора бы уже узнать, что за ними следует!).

Но наказание всё равно назначили — «За неосторожное обращение с некротикой»!

Бред, конечно, но мои попытки оспорить это разбились о хитрость Онегиной.

Проклятая баньши!

Наказанием оказалась уборка мертвецких в подвалах «Арканума». Это были помещения, где старшекурсники практиковались в некромантии на настоящих трупах.

Ванесса выставила всё это даже не как выволочку. Напротив, настаивала на том, что если у меня есть способность к манипуляции некротикой, значит мне будет полезно почувствовать её лучше.

Короче говоря, в тот же день, после пар я собирался в подвалы.

— Хочешь, пойду с тобой? — предложила Аня.

После того, как я снял с неё проклятье, Лисицина чувствовала благодарность. Даже поцеловала в уголок губ, после того, как мы покинули чаробольное поле, а сегодня едва в открытую не послала Онегину по известному адресу!

Хорошо, что я вовремя успел наступить ей на ногу.

И вот теперь — предлагает вместе провести время в подвалах с разлагающимися мертвецами.

М-м-м, романтика!

— Нет уж, — хмыкнул я, представив такое «свидание», — Я не особый любитель тафофилии.

— Чего?

— Прогулок по кладбищу. Но там хотя бы свежий воздух, а в подвалах… Короче, нет, спасибо за предложение, но справлюсь сам.

— Ну и ладно! — поджала губы Аня, — Но я твоя должница!

— Мне для таких долгов скоро карманов не хватит.

— Не поняла…

— Да это я так, не бери в голову, — фыркнул я, — Сочтёмся, когда придёт время.

— Как скажешь, — подмигнула Аня и обняла меня, — Ладно, тогда я побежала. Успею на репетицию к ребятам.

— Что за репетиция?

— Я играю в группе, — улыбнулась подруга, — Приходи как-нибудь, послушаешь!

Музыка, да? Ну в принципе, чего ожидать от той, кто владеет звуковой магией… Интересно, она использует свой талант, когда играет? Я видел, что случилось с Лилей на чаробольном поле — она пустилась в пляс, едва попала под заклинание Лисициной.

Размышляя об этом, я направился в подвалы, и в коридоре первого этажа столкнулся с Машей.

Да сегодня мне прямо везёт!

— О, привет!

— Привет, Марк, — натянуто улыбнулась она, — Как дела?

— Ну… Скажем так, быть постоянном гостем в ректорате мне уже надоело.

— Всё никак не успокоишься?

— Да я-то тут причём⁈ — искренне удивился я, — Почему-то меня невзлюбили некоторые дворянские личности, и постоянно втягивают в разную… хрень.

— О, думаю, это ещё цветочки, — фыркнула Тимирязева, — Скоро начнутся чаробольные матчи, вот тогда градус противостояния между факультетами вырастет до небес. А учитывая, что ты и так нажил себе врагов…

— Давай не будем о них? — предложил я, — Ты выглядишь расстроенной. Что-то случилось?

Она прикусила губу и отвела взгляд, словно думая, рассказывать мне, или нет.

— Ничего особенного. Небольшие проблемы за пределами академии.

— Я могу помочь?

— Спасибо, Марк, — улыбнулась Маша, — Но я как-нибудь сама. Там ничего такого, просто… В общем, неважно.

— Ну, как знаешь.

— Я пойду, ещё кучу дел сегодня надо успеть завершить.

— Да, мне тоже. Убраться в мертвецкой.

Маша закатила глаза, махнула рукой и направилась к выходу.

Я задумчиво проводил её взглядом.

Меня определённо интересовала эта девушка, но каждый раз, как только у нас возникала возможность поговорить, она обязательно заканчивалась ничем.

А куча проблем и дел, которые ежедневно на меня наваливались, не позволяли распыляться на такие мелочи.

Хм… Надо всё-таки выделить время и вытащить Тимирязеву куда-нибудь погулять.

Хотя…

Нужно ли оно мне, когда та же Лисицина совсем не прочь провести время вместе?

Сложный выбор…

— Что, облизываешься, опостылевший?

Голос Львова я узнаю из тысячи мерзких голосов, что слышал даже в прошлой жизни…

Он вышел из ответвления коридора — удивительное дело! — совершенно один.

— А ты куда свою подтанцовку дел? — искренне удивился я, — Вы разве не всё время за ручку ходите?

— Шут, — скривился Сергей, — Что, нравятся горячие стихийные девочки? Конечно, это не то что ваши «отстойные» кобылы.

— Ты язык-то прикуси, пока тебе его кто-нибудь не укоротил. Неудобно будет зад Земельцева лизать.

Глаза Львова полыхнули огнём.

— Слушай, ты, нищеброд… Ещё раз увижу, что ты подкатываешь к Тимирязевой…

— И что сделаешь? Вызовешь свою службу безопасности и будешь вопить, как я тебя обидел? — издевательски рассмеялся я, — Или воткнёшь заклинание в ногу, и оставишь какому-нибудь монстру на съедение? Не, Серёжа, не прокатит. Что в одно, что в другом случае я подожгу твою мелированную чёлку.

— Ещё раз…

— Ещё раз решишь, что можешь указывать мне, что делать — и я тебе так лицо подровняю, что твоему папеньке придётся сильно потратиться на пластических хирургов и салоны красоты для своего драгоценного сыночка. Уйди с дороги, Львов.

Пикировка с этим придурком была мне совершенно неинтересна, так что я шагнул вперёд и толкнул Львова плечом, заставляя отойти с прохода.

— За эти слова ты ответишь отдельно! — прошипел он, отходя на шаг.

— Ага, обязательно.

Поворачиваться спиной к нему я не стал, как и обещал в день поступления — стоял и ждал, пока Сергей уйдёт.

Он выплюнул какое-то ругательство, пристально посмотрел на меня, резко развернулся и зашагал по коридору.

Проводив его взглядом, я направился к лестницам в подземелья «Арканума».

Спустившись на десяток витков, они привели меня в здоровенный холл, размером не меньше, чем на первом этаже. От него во все стороны расходились десятки коридоров, часть из которых была закрыта толстенными стальными дверьми.

Вокруг висели зловещие зеленоватые светильники, было чуть влажно — на каменной кладке стен выступали капли воды, а в воздухе висел затхлый запах.

Да уж… Так себе местечко…

Посреди холла стоял огромный стол — почти такой же, как в приёмной библиотеки, но выточенный из чьей-то огромной лопаточной кости. Ножки тоже были сделаны из костей.

За этим странным изделием сидел старшекурсник с «ёжиком» каштановых волос — я видел его вчера, на чаробольном поле. Кажется, защитник их факультета…

Ну класс! Они на меня явно замочили кисель полным составом, как бы чего не вышло…

Уже наученный горьким опытом, я попытался включить запись на линзах, однако ни смартфон, ни Лиза были недоступны. Дерьмо космочервей! В «Аркануме» вообще мало где работает техника!

— Ты бессмертный что-ли⁈ — увидев меня, прорычал парень, — Хватает наглости спускаться сюда после вчерашнего⁈

— Остынь, — я спокойно подошёл к столу, и посмотрел на бейджик привратника. «Олег Рудный, практикант, 5 курс» — Меня Онегина направила. Разглядела потенциал, решила показать, чем вы тут занимаетесь…

Мои слова поставили старшекурсника в тупик. Он задумчиво почесал приплюснутый нос, достал из ящика стола небольшое зеркальце, дыхнул на него, а затем поднёс к лицу.