— Расширяемся! — скомандовал, когда позади осталось разрушенное поселение, а постройки сложились, как карточные домики.

Мы оказались недалеко от шахты, где дорога становилась шире. Заметил, что монстры не спешили покидать своё укрытие, а оставшиеся снаружи отчаянно бросались в бой. Пара наёмников, решив, что битва выиграна, нарушили строй и поплатились за это кровью. Слепой звонко выругался и вернул самонадеянных людей обратно в строй.

Раненая рука, обидный порез на лице. Ничего страшного, зато будут знать. Подошли к шахте, и, под звуки бьющегося стекла бутылок с горючей жидкостью и ярких вспышек, я проверил ход. Он вёл глубоко в недра шахты, где находись ценные жилы, по крайней мере, то, что от них осталось.

— Идите за Ванычем, а мы пока здесь всё зачистим.

Слепой кивнул и спешно отправился с ватагой обратно в туннель. Я, в свою очередь, пнул мёртвое тело существа, носком ботинка перевернул на спину и, с отвращением осмотрев маленькие ножки и зубы, вновь ощутил холод в груди. Они не могут быть простыми монстрами, что-то в них выдавало нечто сверхъестественное. Вдруг ощутил, словно под кожей забегало множество маленьких жучков, и, выдохнув, постарался избавиться от противного чувства.

Разворошил труп и внимательно осмотрел. Действительно, ни внутренних органов, ни каких-либо других слабых точек. Единственно рабочее оружие против этих существ — это огонь. В любом его проявлении.

— Значит, здесь будем копать? — раздался знакомый голос главы бригады рудокопов.

— Пока ещё нет. Сначала уберём все тела, разобьём временный лагерь и оценим последствия. Потом соберём небольшой отряд, так как все в шахте не поместятся, и пойдём её зачищать. Я не позволю вам войти до тех пор, пока лично не буду уверен в безопасности, так что даю минуту выдохнуть, и принимаемся за работу.

Очередное отродье полетело в общий костёр, подогревая разгоревшееся пожарище на фронтире. Люди продолжали собирать тела убитых монстров и не чурались даже отрубленных конечностей. Всё шло в общую топку, особенно после того, как окружающим было поведано о возможных трансформациях.

Мне самому всё ещё неизвестно, каким образом она происходила, но рисковать здоровьем рудокопов — значит, рисковать всей затеей в целом. Даже когда кому-нибудь требовалось отойти по нужде, его сопровождали минимум два наёмника ватаги Слепого. Здесь не до церемоний.

Пока рудокопы, будучи физически крепкими и раскаченными специально для тяжёлой работы людьми, собирали тела монстров и бросали их в костёр, бойцы спешно возводили оборонительные сооружения. Не то чтобы мы собирались выстроить настоящую крепость, но для добычи потребуется немало времени. У меня в планах выжать эту шахту досуха и не оставить ни камешка руды для торговых кланов. К тому же, когда ещё выдастся такая возможность?!

Ваныч что-то рассказывал слепому старику, который, по его словам, обладал невероятным чутьём, когда разговор заходил о жилах. Понятия не имею, как проходил процесс, но если он настолько хорош, насколько хвалили рудокопы, то кто я такой, чтобы спорить?! Главное — результат, а как его достичь — дело совершенно другое.

Бывшие металлические листы, служившие хибарам в качестве стен и крыш, спешно перетаскивались к спуску с холма и выстраивались в качестве защитных сооружений. Будь то монстры или заплутавшие наёмники, отбиваться намного проще, когда можно закидывать противника всем чем угодно с возвышенности.

Приблуда стоял на страже у входа в шахту, и, пользуясь фонариком, смотрел в бесконечную пустоту. Оттуда периодически раздавалось грозное шипение и стук тысяч маленьких лапок. Твари сбились в глубине шахт и явно ждали нашего появления. Элли, по просьбе Ваныча, проводила последние манипуляции с шахтёрским оборудованием и даже смогла запустить старенький генератор. Именно тогда все присутствующие и услышали злосчастное шевеление в недрах, заставившее многих заметно пропотеть. Пришлось на время выключить генератор, дабы они смогли сосредоточиться на деле.

Седьмая сидела у импровизированного лагеря, накачивалась питательной пастой и, широко раскрыв глаза, заворожённо наблюдала за тем, как наёмники забрасывают трупы в костёр. Попытался прочитать мысли в её больших зелёных глазах, но не увидел в них ничего, кроме пустоты. Седьмая смотрела за происходящим с абсолютно незамутнённым размышлением взглядом, медленно высасывая безвкусную пасту.

— Смертник, — махнув рукой, подошёл глава бригады. — Мы почти готовы, но должен сказать, ватаги у меня небоевые, сам понимаешь. Одно дело качаться в Санктууме, другое дело рисковать собственными жизнями наяву.

Я качнул головой и спешно успокоил тревогу человека:

— Никто и с места не сдвинется, пока мы не расчистим всю пещеру.

Ваныч посмотрел на готовящихся рудокопов, а затем прикусил нижнюю губу, и стало видно, как в нём сражаются противоречия:

— Тогда как закончишь с выбором отряда, я пойду с вами. Своих оставлять не хочется, но если шахта глубокая, тебе понадобится тот, кто хорошо ориентируется внутри. Да и если понадобится, то могу оружие в руки взять.

Предложение интересное, но не хотелось бы тащить с собой ещё одного человека, более того, распыляться на его защиту. Мысленно я уже составил отряд, и каждый занимал своё место не просто так. Узкие проходы, отсутствие свободы движений, определённый набор имплантов и умений. К тому же, вдруг не сможем уберечь, и рудокопы лишатся вожака?

— Не думаю, что это хорошая затея. Я вижу страх в глазах твоих людей, и сейчас им нужен предводитель. Вернись к своей ватаге, Ваныч, мы как-нибудь сами разберёмся.

Мужчина нехотя согласился, но всё же настоял на своём:

— Тогда Мелкого возьми, он парень суетливый, но шахту знает не хуже других. По пути будет проводить профессиональную оценку и сэкономит время, когда дойдём до составления плана добычи.

На том и порешили. Я получил подтверждение от Слепого, что лагерь практически готов, костры разведены, и его ватага приступила к защите. Ещё раз обсудили условия оплаты, по которым он заберёт пятнадцать процентов всей добытой руды. В переводе на синту и наниты, я отдавал целое состояние, но до сих пор репутация его ватаги оправдывала каждую копейку.

— Седьмая, Приблуда, готовы? — окликнул я ватагу и направился к входу.

— Смертник, — послышался за спиной голос Элли. — Вот, возьми, может пригодиться.

Девушка протянула свой арбалет и, не поднимая глаз, смущённо улыбнулась. Я покачал головой, положил ладонь на оружие и ответил:

— Оставь, в замкнутом помещении от него толку мало, а вот снаружи как раз может пригодиться. Именно по этой причине я хочу, чтобы ты осталась в лагере, и беру с собой бойцов исключительно ближнего боя.

Я знал, что Элли хотела пойти с нами. Она одной из первых вызвалась, когда речь зашла о формировании команды, и пускай девушка показала себя неплохо, но нам предстоит сражение в ближнем бою. Тем более ватага не оправится от потери такого опытного мясника. Знаю, что в глазах остальных я слишком сильно старался опекать Элли, но всё это мероприятие планировалось исключительно для того, чтобы потом она смогла работать.

— Хорошо, Смертник, — прошептала девушка и убрала оружие в инвентарь. — Я тогда ещё раз проверю инструменты шахтёров, пока вас не будет.

— Старайся не лезть на рожон, Элли, не забывай, тебе ещё работать над Мышью в сжатые сроки, поэтому экономь силы, пройдись ещё раз по рабочему плану и оцени перспективы.

Она кивнула и вернулась в лагерь. Седьмая, запрокинув голову, стянула наушники на шею и, смачно чавкая, высасывала остатки пасты. Затем согнула тюбик в несколько раз, кончиком языка слизала остатки и бросила его куда-то во тьму.

— Слушай, я давно хотел спросить, — заговорил Приблуда, когда мы подошли ко входу в шахту. — Зачем ты таскаешь эти наушники и уж тем более надеваешь на голову?

Седьмая выпила воды, довольно выдохнула и ответила:

— А тебе какая разница?