Я дождался очередного выстрела и, пробежав несколько метров, наткнулся на искомого дрона. Он успел пальнуть практически в упор, оставив мне на щеке очередной обидный порез. С каждой битвой их становилось всё больше и больше, и пускай ферменты в пасте и помогали с заживлением, такими темпами моё лицо вскоре превратится в прекрасное свидетельство моего боевого опыта. Или неудачливости. С другой стороны, пройти через все рубежи до самого Города, сохранив при этом смазливое личико, я не планировал. Слишком поздно.
Клинок рассёк воздух вместе с корпусом дрона, и на уровне глаз я увидел два заполненных картриджа. Ловко поймал их, забросил в инвентарь и спрятался за шкаф. Так, с этим разобрались, теперь надо что-то делать с оставшимися. Вечно бегать от них не получится, и рано или поздно придётся сойтись с ними в ближнем бою, но вот как? Можно, конечно, попробовать взять их измором и дождаться, пока закончится боезапас, только проблема в том, что в каждом дроне находилось по шесть запасных картриджей, а в каждом из них по двадцать пуль. Нехитрые математические подсчеты уверяли, что придётся выдержать сто двадцать залпов за вычетом тех, которые уже произошли. Нет, так явно не пойдёт.
По шуму лопастей я с лёгкостью отслеживал перемещение роя, поэтому скрылся за очередным углом и осмотрелся. Бесконечные ряды шкафов, низко стелящийся конденсат, очень похожий на пар от концентрированного сухого льда, и больше ничего. Есть, правда, дверь поблизости, но вот что за ней – оставалось загадкой. Можно попробовать до неё добраться, но что, если там меня будет поджидать новая партия беспилотников? Оказаться зажатым с двух стороны крупными стаями дронов – затея так себе, а значит, будем разбираться с известным противником в первую очередь.
В голову пришла мысль попытаться воспользоваться Нейролинком, однако раньше мне так и не удалось подключиться к ним, поэтому вряд ли что-то изменится в этот раз. Снова короткая перебежка, снова очередной залп – и ещё несколько секунд на размышления.
Автоматизированные или нет, они явно должны соединяться с источником если не для получения новых команд, то хотя бы для ориентирования и обновления. Трев в своё время пробудил во мне спящие воспоминания о принципе работы программного обеспечения, когда мы с ним затянули долгую беседу о моём импланте, поэтому у меня были все основания рассчитывать, что мой план может сработать.
Что, если подключаться не к ним самим, а использовать их в качестве проводника, как ранее сделал с транклом? Обычный кусок железа, который приведёт меня к истинному хозяину, будь то человек или искусственный интеллект. Я совершил очередную пробежку и в ту же секунду активировал Нейролинк. Жадные ладони потянулись к стае, и через мгновение ощутил ментальное холодное прикосновение – корпус дрона.
Я принялся ощупывать внутренности в этот раз не для того, чтобы забраться внутрь, а в поиске потенциального чипа в качестве проводника. Тяжело сосредоточиться, когда каждые две секунды тебя поливают свинцовым дождём. Каждый раз невольно вжимал шею в плечи, осознавая, что для убийства требуется всего одна хорошо попавшая пуля. Причём не обязательно в сердце или мозг. Хватит и обычной артерии, залатать которую в полевых условиях у меня попросту не выйдет.
Очередная перебежка приблизила меня к двери, оставляя поблизости всё меньше точек для укрытия. Ну же, должен же быть канал, через который вы связываетесь с общим разумом! Почему с транклом получилось так просто? Может, причина в том, что, пускай он выглядел как зомби, однако на самом деле оставался человеком? Всё возможно.
Нейролинк был такой же частью меня и таким же оружием, как клинки-богомолы, и пора использовать его не реже, чем холодняк. Когда волосы на затылке встали дыбом, я ощутил, что стая приблизилась на опасно близкое расстояние, и меня ждёт очередное свидание с целым роем пуль. Секунды издевательски тянулись одна за другой, а я настукивал указательным пальцем по колену, словно пытался морзянкой передать код через Нейролинк.
Удача! Я отыскал подходящий узел, который оказался достаточно широким для передачи информации на другой конец, и подключился. Ощущение такое, словно держал в руке горнолыжный карабин и всё это время слепо размахивал им из стороны в сторону, пока наконец не защёлкнул на стропе и удобно затянул.
Мой разум погрузился в холодный мир, и сердце пропустило удар. Не знаю, то ли это киберпространство, о котором говорил Трев, но оно оказалось чертовски пустым. Я ощущал себя одиноким среди миллиардов мелких цифровых микроорганизмов, которые постоянно курсировали по венам этого мира.
Не знаю, сколько прошло времени, и может, на самом деле я уже валяюсь в луже собственной крови, но окружение для меня замедлилось. Мой разум со скоростью света удалялся куда-то во тьму, пока не достиг финальной точки, где я ощутил чьё-то присутствие. Из бездны тьмы на меня смотрела пара огромных глаз, созданная подобный образом моим сознанием. Я смотрел в ответ и пытался понять, как мне сделать так, чтобы появились пальцы, которыми можно будет выдавить зрачки.
Разум ответил невнятным посылом, который отозвался в затылке лёгким тычком, и тут мне удалось понять, что меня только что попытались атаковать. Видимо, кто бы ни управлял дронами, ранее он не ощущал на себе подключение инородного сознания и не совсем понимал, что ему делать. Однако я, в свою очередь, занимался этим уже не впервые и чувствовал себя намного увереннее.
Вместо, того чтобы проводить встречную атаку, я представил в невидимой руке цифровой меч. Мой пытливый разум пытался хоть как-то обосновать происходящее и создавал яркие и, главное, знакомые мне образы. Можно, конечно, попытаться вонзить его в смотрящие на меня глаза, но думаю, здесь надо действовать не так очевидно.
По этой причине, вместо атаки я высоко поднял клинок и резко рубанул перед собой воздух. Мир перевернулся с ног на голову, а меня затянуло обратно в виртуальный поток и вернуло в собственное тело. Что? У меня получилось? Неужели я только что накосячил и сейчас, стоит мне только очнуться, как грудью встречу свинец?
Моё сознание вернулось обратно в тело, а Нейролинк с чувством выполненного долга перешёл в режим ожидания. Я открыл глаза и увидел, как передо мной парила стая. Первым делом я ощупал грудь, живот, голову и лицо, но лишних отверстий, помимо предусмотренных по умолчанию, не обнаружил. Это была хорошая новость, однако за ней обычно следует плохая. Правда, в этот раз судьба решила меня пощадить и разнообразия ради встать на мою сторону.
Стая дронов повисла в воздухе и пассивно жужжала своими моторчиками и лопастями. Не знаю, как мне удалось обрезать соединение с оператором, но выяснять это буду позже. Я забрался за ближайший серверный шкаф и, когда сразу несколько беспилотников оказались на расстоянии вытянутой руки, размашисто рубанул. Один, другой, следующий. Мне наконец удалось добраться до них, и я спешно уменьшал вражескую численность, даже несмотря на лёгкую головную боль после использования Нейролинка.
Через пару секунд методичной резни оставшиеся дроны дёрнулись, и на них вновь загорелась красная иллюминация. Вернул себе контроль, гад, но это уже не имеет значения. Я перепрыгнул на соседний шкаф, попутно превращая в мусор сразу два беспилотника, а последний попытался совершить тактический прием, известный также под названием «драпать изо всех сил». Ему бы это удалось, если бы в моём арсенале были только смертоносные богомолы, но вокруг уже лежало достаточно хлама.
Я схватил очередной остов аппарата и со всей широтой своей души зашвырнул вслед улетающему дрону. Попадание получилось что надо, и вместе они разбились о серверную стойку, тем самым положив конец нашей маленькой битве. А неплохо вышло. Не стану себе врать, в этот момент мне удалось отыскать минутку, чтобы испытать гордость за свои поступки.
Прокачивалось не только моё тело и характеристики. Я начинал всё лучше и лучше использовать Нейролинк, и пускай он даже и работал на одну пятую своих возможностей, у меня закрадывалась мысль, что это лишь часть той силы, которая во мне сидит. Орудовать клинками и крошить врагов в кровавую капусту и фарш – это, конечно, занятно, но способность вытянуть душу, лишь посмотрев тем в глаза, оставляла после себя совершенно другое послевкусие.
