ИИ-стабилизатор слегка поправил движение руки, и я вновь нажал на спусковой крючок. Пуля с фосфорным ядром. Она пролетела через грудь случайно выскочившей гостьи и раскрылась бутоном в животе у нападавшего. Он, явно накачанный чем-то мощным, не сразу почувствовал, что в него попали, а когда белый фосфор начал выжигать ему внутренности, он свалился на пол и принялся верещать.
Эта была последняя пуля в обойме, которую я всегда заряжал на всякий случай. К бою подключились и сами члены организации, а я обернулся и увидел, как на меня смотрит истекающий кровью Та Лонг. Он махнул рукой, заставив меня подойти, а затем выхаркивая кровь, едва слышно прошептал:
— Скрин. Это не он и не она. Выведи Мей, и она тебе расскажет.
Слишком гладко, чтобы оказаться правдой. Да, нельзя просто быть дочерью одного из самых влиятельных членов крупнейшей преступной организации этого города, и она явно была осведомлена в делах семьи, но чтобы знать кто такой Скрин? В это мне верилось с трудом, даже с колокольни будущего. Однако это позволит мне продвинуться дальше по сюжету сценария и, возможно, даже его закончить.
Я повернул голову и увидел, как верещавший словно маленький ребенок жених бросил свою суженную и побежал в сторону двери. В этот же момент ему в затылок прилетела порция свинца, и он упал лицом вниз, как бесполезный кусок дерьма. Мей, будучи дочерью своего отца, сохранила хладнокровие. Девушка схватила пистолет убитого охранника, несколько раз выстрелила и разорвала подол платья, обнажив ногу до талии.
Когда я вернулся к Дракону, он уже был мёртв, оставив меня с последним желанием. Ну что же, видимо, придётся выполнять. Мой второй подчиненный убил одного нападающего и смертельно ранил другого встроенным в ладонь имплантом, но его взяли числом. Кибернизированные убийцы скакали по стенам, потолкам и не чурались применять химическое оружие.
Весь банкетный зал медленно наполнялся нейротоксином в виде плотного дыма, и я понял, что пора отсюда сваливать. В памяти всплыло сразу несколько адресов конспиративных квартир, которые я держал по всему городу, но под такой случай подходило лишь одно место. Я подбежал к Мей, схватил её за руку и потащил в сторону заднего выхода.
Мы перепрыгнули через тело убитого жениха, а затем поспешили вниз по лестнице. Девушка обладала лишь лёгкими имплантами, стараясь сохранить как можно больше естественной красоты, но я знал, что всех членов организации снабжали ядовитыми иглами. Их часто хранили под кожей, в небольших резервуарах по всему телу, а у неё такой находился на правом бедре, которое она оголила в первую очередь.
Сверху послышались выстрелы и шаги, — видимо, убийцы последовали за нами. Я выбил дверь первого этажа сразу выстрелил. На меня прыгнул убийца, ожидавший нас внутри, и тут же поймал пулю из моего пистолета. Я схватил ублюдка за шею и несколько раз выстрелил ему грудь. Белый костюм окрасился кровью, но на этом всё не закончилось.
Из двери напротив огромного холла гостиницы выбежало ещё двое людей, заставляя меня активировать опорно-двигательные улучшения. Синтетические мышцы сократились, подали импульс на пневмогидравлические приводы, и я, сжав в объятьях Мей, сорвался с места. Всего за секунду мне удалось преодолеть десять метров и убить двух нападавших.
Снаружи нас уже ждала моя машина, в которую мы быстро запрыгнули, и я ударил по газам. Автомобиль меня ещё никогда не подводил, и не думаю, что в этот раз будет иначе. Улицы города сливались в один неоновый поток, а мой разум не хуже навигатора выстраивал маршрут.
Мей тяжело дышала и смотрела перед собой, стараясь сохранить спокойствие, но вдруг не выдержала и ядовито высказалась:
— Я думала, ты их всех убил! Мой отец предупреждал, что такое может произойти, но всегда говорил, что если на кого и можно положиться, то только на тебя.
— Они мертвы, Мей. Я лично убил каждого ублюдка, но за нападением стоит кто-то другой.
Девушка резко обернулась и приготовилась отчитывать меня дальше, как вдруг заметила алое пятно на моей темной рубашке. Она дёрнула за край пиджака, разорвала ткань двумя руками и, прищурившись, спросила:
— Норадреналин ещё в крови?
— Как и дофамин, эндорфин, миостанин и блокаторы. Ты и так всё знаешь.
— Тогда ничего не почувствуешь, — произнесла она и погрузила свои тоненькие пальчики в мою свежую рану.
Препараты действовали, и боль оказалась не такой сильной, но когда-то кто-то копается в твоих внутренностях, ощущение так себе. Мей достала пулю, открыла окно и выбросила её на улицы города.
— Повезло тебе, мышечные импланты не дали ей пройти дальше. Куда мы едем?
— Туда, где ты ещё не была. Об этом месте никто не знает, даже мои подчиненные, — ответил на её вопрос, резко сворачивая с широкой дороги на узкую улочку. — Ты точно…
[Ошибка… обрывочное воспоминания Курьера] … [Идёт поиск новой цепи и точки продолжения]
А это что ещё за хрень? Ощущение такое, словно меня схватила невидимая рука и насильно вырвала из целой вселенной! Я на мгновение повис в холодном и абсолютно мёртвом киберпространстве, а затем меня пинком забросили куда-то вдаль. Картинка растянулась, и видимо, мы только что совершили прыжок во времени.
Я сижу на стуле у окна, привычно поставив его спинкой вперёд и облокотив на неё локти. В правой руке мой любимый пистолет, левая крутит между пальцев какое-то устройство, похожее на флешку, а в воздухе пахнет пластиком и табаком. Я повернул голову и увидел обнаженную и курящую на кровати Мей. Она задумчиво смотрела перед собой и о чём-то размышляла.
Выглянул в окно, дабы ещё раз убедиться, что за нами не последовало хвоста, и выдохнул. Вроде всё тихо, но это временно. Те, кто пытался её убить, попробую ещё раз и не угомонятся до тех пор, пока у них не получится. Флешка отправилась в карман штанов, откуда я вытащил сенсорный смартфон и провёл по нему пальцем.
В списках контактов целый перечень имён, которые не говорили мне абсолютно ничего. Кроме одного. При взгляде на это имя во мне просыпались противоречивые чувства, не позволяющие нажать на вызов. Я решил, что пока лучше не стоит и, обернувшись, заговорил первым:
— Твой отец сказал, что ты расскажешь мне о Скрине.
Мей глубоко затянулась, выдохнула едкий дым и поинтересовалась:
— Вот как? Это он сказал или в тебе говорит твоя одержимость?
— Моя одержимость только что спасла нам жизнь, тебе это известно не хуже меня, так что открывай свой милый ротик и начинай рассказывать, как мне найти Скрин.
Она докурила, потушила сигарету и, сложив губки, резко заявила:
— Я не могу.
— Мей, не заставляй меня умолять, а то ведь…
— Не могу! — вновь заявила девушка, а затем с толикой вины продолжила. — Я действительно виделась со Скрин, но после на меня наложили Мнемоблок, чтобы незнающие люди не смогли вытянуть информацию.
— Хэшлок?
— Нет, — она покачала головой. — Тактильный. Однако отец сказал, что доверит эту информацию лишь нескольким людям, в том числе и тебе.
В голове всплывали обрывочные познания о технологии блокирования памяти. Так называемый мнемоблок обычно устанавливали с чёрным выходом, если носитель вдруг решит вернуть себе воспоминания, однако при этом требовался ключ. Хэшлок был самым простым, ведь для активации требовалась всего лишь биометрика, заключенная обычно в отдельном файле. А вот тактильная… Здесь в дело вступал креативный разум конструктора.
Кто бы мог подумать, что все эти годы, гоняясь за таинственной личностью Скрин, подсказка находилась у меня под рукой, которую я видел много раз и в разных позах. Мей повернулась ко мне спиной, показывая свою татуировку во всю спину, и я, прищурившись, присмотрелся. В этот момент перед глазами забегали неизвестные символы, перестраиваясь в настоящую цепь и постепенно возвращая привычный интерфейс.
Я словно маленький ребенок пялился на интересную картинку, пытаясь подобрать к ней ключ, а затем встал, подошел к девушке и провёл по рисунку пальцами. В этот момент он, будто виртуальная подделка, поплыл перед глазами, а девушка слегка повернула голову и мягко произнесла:
