Я избавился от отпечатков, вложил его в руку спящему рядом наркоману, инсценировав пьяную потасовку, и вышел. На улице стояло обычное московское лето, и наклёвывался приятный тёплый дождь. Я натянул на голову капюшон ветровки и молча пошёл по тротуару в сторону шпиля Хасанаги. Не помню, о чём думал в тот момент, но когда за спиной промелькнули красно-синие маячки, то понял, что меня подставили.
Полиция налетела со всех сторон. Я остановился, поднял руки, как учили кураторы и оставил всё адвокатам Хасанаги, которые так и не появились. Меня продержали в клетке три недели, каждый день отводя на бесконечные допросы, яро приправленные мотивационным насилием, пытаясь меня расколоть. Не помогла даже одиночная камера метр на метр, где фактически мне приходилось спать стоя. Мне… Семилетнему мальчику.
Ровно через три недели на пороге появилось лицо моего куратора. Холодное, безразличное и даже огорчённое. Я хотел его убить, разорвать ему глотку, вцепившись у неё зубами, но потратил последние силы на то, чтобы одарить его презрительным взглядом.
Не знаю почему мне вспомнился именно тот день, когда в воспитательных целях меня подставили свои же, но всё было именно так. Я ехал по Ночной Москве и задумчиво смотрел перед собой. При виде моего Дракона, дорогу уступали даже полицейские кортежи, из которых доносился звонкий русский мат уличных ублюдков.
Было бы легко указать пальцем и обвинить моего куратора или Хасанаги в том, что они превратили меня в монстра. Однако реальность была такова, что лишь благодаря их урокам я стал тем, кем стал. Самый уважаемый человек в этом ублюдочном городе, которого боялись даже те, на кончиках чьих пальцев находилось будущее всей планеты.
Однако этого оказалось мало. Мне удалось достигнуть вершины своего пути, и теперь я готовился к тому, чтобы пожертвовать всем, включая и свою жизнь, ради исправления ошибок моего приемного отца.
Гордыня никогда не являлась одним из моих пороков. Похоть и гнев — да, но никогда Гордыня. Репутация приносила мне славу и известность, но лишь благодаря тому, что она являлась неотъемлемой частью моей работы. Я не собирался жить вечно и тем более претендовать на трон Хасанаги, и какой-то частью своего разума понимал, что к этому может привести безраздельная власть, но урод зашёл слишком далеко. Создавать собственные миры, заселять своими копиями всю Солнечную систему? Это балансирует на грани синдрома Бога.
С другой стороны, я всегда ненавидел людей, который лгут сами себе, пытаясь скрыть истинные мотивы под личиной чего-то более благородного. Может быть, где-то глубоко внутри я и хотел тем самым очистить свою совесть за годы убийств, насилия, подстав, краж и всего, за что платили мне миллионы, но правда была такова, что я достиг своего предела.
Ночная Москва давно стала моей личной игровой площадкой, где передо мной расступались даже люди с целой россыпью звёзд на погонах. На всей планете не было городов больше и влиятельнее, чем этот, а душа всё ещё требовала испытаний. С самого детства мне постоянно приходилось прогрессировать, расти, двигаться вперёд, рискуя быть задавленным более опытными Странниками. Это, в конечном счёте, и сделало меня тем, кем являлся на данный момент, но этого мне было мало.
Космический перелёт к спутнику Сатурна, в одиночку, без моего железа, денег, экипировки, и дальнейшее свержение Хасанаги станет истинным испытанием моих умений. Я должен буду использовать весь накопившейся опыт, рефлексы и критическое мышление, если захочу не только выполнить задуманное, но и остаться при этом в живых. Моя версия огромного мясистого члена, который вывалю на Вселенную и громко заявлю, что мне это удалось.
А потом? Потом уже не важно…
С этой мыслью я свернул на улицу, где находился известный своей репутацией клуб «Крипто» и зашёл пропустить стаканчик-другой. Превращение Мей в искусственный интеллект, который будет сопровождать меня весь путь, всё ещё терзало мой разум, и алкоголь не лучший способ, чтобы это пережить.
Я прекрасно понимал, что не смогу её переубедить, более того, Молли вряд ли отыщет дикий ИИ, который станет мне подчиняться, а времени создавать и обучать новый нет. Все искусственные интеллекты, включая и одичавшие, — это когда-то оцифрованные сознания особо одарённых людей, чей мозг работал не как у других. Мей была по своему одарённой не только своей сногсшибательной красотой и длинными стройными ногами. Она в своё время была довольно опытным даркраннером, не один раз помогавшая мне с моими заказами.
Кто бы мог подумать, что четыре года назад, когда она курировала ограбление финансовой ячейки Хан, что мы полетим на Титан не для романтического путешествия. Хотя мы оба их терпеть ненавидели, в любом случае. Но реальность сложилась именно так.
Я зашёл в клуб, где без остановки долбила громкая музыка, и заказал себе привычный виски. Когда напиток оказался готовым через пару секунд, выпил и повторил заказ. Придётся ещё много над чем поработать, но хотя бы начало уже положено. Пока Молли колдует над Нейролинком, мне нужно убедиться, что в Коконе не стану ни в чём нуждаться.
По древним планам проекта «Возрождение», осколки которого всё ещё хранились на сервере Хасанаги, корабль планировали сделает точной копией Ночной Москвы. Конечно же, по проектам шестисотлетней давности, но город уже тогда достиг пика своего развития. С тех пор башни становились выше, жилые районы плотнее и грязнее, но, в целом, толком ничего не изменилось.
Даже если отбросить очевидные погрешности, мне всё равно удастся обеспечить себя всем нужным. Рубежи придётся проходить с тем, что найду по пути, это и станет моим главным испытанием. Придётся вставлять в себя местное железо, прокачиваться по правилам системы и зайти в город уже опытным пользователем.
Если мне предстоит выступить против целой корпорации, мне понадобятся ресурсы. В первую очередь, деньги. Нужно не перенести все мои ресурсы с Москвы в Кокон, а создать полновесную копию. Дракон, мой пистолет Фантом, парочка конспиративных квартир и, конечно же, несколько миллионов денежных единиц.
Деньги на Земле мне не пригодятся, поэтому нет смысла здесь их оставлять. Молли обмолвилась, что Скрин, не без помощи Нейролинка, сумели связаться с ячейкой даркраннеров в Коконе. Установленный сигнал был слаб, но именно с помощью него им удалось выкачать всю информацию, в том числе, и полную схематику современного Кокона.
Если суметь перевести накопленные деньги, вместе с планами моего авто и оружия, возможно, получится воссоздать их в точности и оставить дожидаться нового хозяина. Это, конечно же, при условии того, что они не заберут ресурсы и не кинут нас с голыми задницами. Однако это риск, на который я готов пойти.
В любом случае, они должны стать лишь довеском на моём задании, а не основным орудием. Им будет моё тело и мой опыт. Молли права, лучше идти с мнемоблоком. Система не должна распознать во мне человека, которому заранее всё известно. К тому же, мы понятия не имеем как она функционирует, лишь со слов даркраннеров Кокона. Но даже они утверждают, что система непостоянна. Сегодня она не даёт о себе знать, а завтра выкатывает эдикт, полностью перестраивающий целые рубежи и районы Города.
Если я стану обычным засранцем, который ничем не отличается от других, — это поможет мне на старте. Грамотно расставленные триггеры будут открывать лишь тот кусок информации о моём прошлом, которого будет достаточно, чтобы не попасть в прицелы системы. Опасно… но вполне объяснимо.
Я заказал новый напиток.
Конспирация. Лучше вообще не знать, кто я такой, но Нейролинк должен быть всегда. Скрин должны оставить ровно столько, чтобы я знал о наличии скрытых воспоминаний, но при этом не потерял себя. Думаю, имени и знании о наличии загадочного импланта будет достаточно. Так, что дальше?
Знакомства. Мне придётся обживаться связями, но ни в коем случае нельзя привязываться к этим людям. Они всего лишь инструмент для выполнения моего замысла, не более того. К счастью, мне это удавалось довольно неплохо, и лучше себя полностью закрыть, натянув ту личину, которая поможет мне двигаться дальше.
