Он был из той категории людей, которые приближены к правителю. А там, на самых верхних кругах власти, не было простых «добряков» или «злодеев». Каждый представитель высших дворянских семей был себе на уме. Они преследовали свои цели, и я никогда не поверю, что инквизитор выложил мне всё, как есть.

В том, что за мной будут наблюдать его люди, я ничуть не сомневался. И куда более пристально, чем он обещал…

Впрочем, это меня не то чтобы сильно волновало. Даже мой Мунин, по большому счёту, не попадал ни под один известный мне запрет. Да, он вырос из теневого проклятья, но сейчас был полноценным животным, в чьей основе лежала всё та же тень и заклинания, построенные на общем Источнике природы.

Вряд ли за него мне грозит что-то серьеёзное.

А в остальном… Я не собирался творить дичь и нарушать законы Империи… Пока — не собирался.

Учёба, поиски катализаторов, книг Пржевальского, знакомства, чаробол, артефакты, родовое существо — дел предстояло столько, что у меня не было ни сил, ни желания ввязываться в опасные или противозаконные приключения.

Но вот загадочный высокородный, который мог точить на меня зуб… Приятного в таком положении дел мало, и следовало вести себя осторожнее. Хотя бы пока в моих руках не окажется Эфир из кубка Торвальда

Пока я раздумывал над этим, с личного номера Юсупова пришло сообщение:

«Кстати, что касается вознаграждения, которое ты получил от Звягиной за информацию о её муже. В качестве дружеского жеста, мы не станем трогать твой криптокошелёк. Можешь распоряжаться деньгами, как захочешь»

Не станем трогать, вот как?

Я хмыкнул. Ну, положим, никаких предпосылок к этому и так не было… Граф что, считает, что может бросить мне воображаемую кость, и я обрадуюсь?

Осторожнее, господин Юсупов, осторожнее… Вы не знаете, с кем связались…

Войдя во двор, я вдруг услышал в ночи знакомое карканье. Но не где-то наверху, как обычно — а со стороны парковочных мест рядом с подъездом.

На крыше громоздкого автомобиля сидел Мунин, странно оттопырив крыло.

— Это ещё что такое?

Я подошёл к машине, и ворон снова громко каркнул, укоризненно глядя на меня. И в этот раз я его прекрасно понял.

— Больно!

Я протянул руку. Пернатый, скребнув когтями по металлу, не без труда перепрыгнул на меня.

Левое крыло Мунина было сломано! Вывернуто в противоположную сторону, жилы торчат, на крыльях запеклась кровь, и нескольких перьев не хватает.

Я почувствовал к питомцу искреннюю жалость. И злость на того, кто умудрился это сделать…

— Кто тебя так, приятель?

— Враг!

— Ладно, разберёмся, — нахмурился я, направляясь к подъезду, — Найдём эту сволочь! Жаль, что я пока не могу увидеть, где ты был…

— Стой!

Мунин сново каркнул, и грузно развернулся на моей руке. Затем вытянулся в сторону автомобиля, с которого я его снял.

— Что? — не понял я.

— ТАМ!

— Да что «там»?

— ТАМ!

Он вытянулся сильнее, явно указывая мне на машину… Я обошёл её, ничего не увидел, и уже хотел развернуться, когда заметил между капотом и стеклом какую-то бумажку.

— Это?

— Да!

Я взял листок — точнее, обрывок какого-то проспекта. На нём были капли крови — наверное, Мунина… Бумажка оказалась смятой, выцветшей, со следами давно засохшего клея на задней стороне.

Будто долго провисела на какой-то стене.

На ней была нарисована часть какой-то молнии, большие белые буквы «МУ», и кусочек рисунка, стилизованного под граффити. А ещё остатки надписи:

'…18:00 в актовом зале!

…вер-группа 'Стальные…

…леты по предварительной зап…

Любопытно…

— Ты взял это рядом с местом, где на тебя напали? — догадался я.

— ДА!

— Да тише ты, всех соседей разбудишь своим карканьем!

— Больно!

— Всё-всё, — я спрятал обрывок листка в карман, — Пошли домой. Подлечу тебя, у меня как раз пара кристаллов с жизненной энергией есть. Только не ори, пока будем внутри!

— Кар!

К счастью, отец крепко спал, и не заметил, что я вернулся со странным гостем. М-да, вижу всё больше и больше причин заиметь собственное жильё. Хорошо бы, это оказалось поместье, обещанное Юсуповым, но когда это ещё будет…

Запершись у себя в комнате, я ещё раз внимательно обследовал ворона, и на этот раз заметил то, что упустил внизу — на клюве пернатого были остатки какого-то магического плетения!

— Так-так-так…

Аккуратно подцепив кусочек заклинания своими жгутами-липучками, я снял его, словно паутинку, и внимательно рассмотрел. Рассеяться эта хрень не успела, хоть уже и собиралась. Остатки воздушных силков… Рисунок плетения грубый — такой, будто строил его неумёха…

— Тебя хотели поймать?

— Да!

Это могло значить очень многое. А могло и ничего.

— Плохие новости… Почему? Потому что ты мой, или потому что ты просто необычный ворон?

Мунин лишь нахохлился, ничего не ответил и повернулся ко мне повреждённым крылом.

— Больно!

— Да, точно. Вот, — я покопался в шкафу и выудил оттуда энергокристалл с жизненной энергией, — Человеческая, но тебе же по барабану, да?

Мой питомец оперативно сграбастал когтями маленький кристаллик, и вмиг расколол его. Птицу окутала зеленоватая дымка, и прямо на моих глазах крыло с хрустом развернулось в нужную сторону!

Мунин снова каркнул, я шикнул на него, но сам не переставал наблюдать за тем, как появлялись новые связки, покрывались жиром и мясом, как в ускоренном режиме отрастали недостающие перья.

Выглядело завораживающе, если честно.

Когда энергия оказалась полностью поглощена, ворон несколько раз взмахнул крыльями на пробу, подскочил к краю стола, взлетел и сел мне на плечо, ласково ущипнув за ухо.

— Скар-сибо!

— Да ладно, мы же свои, — фыркнул я, и открыл окно, — Давай, лети. Только не лезь туда, где на тебя напали! И смотри в оба на этот раз, ладно? Ты мне ещё нужен.

— Да!

Оттолкнувшись от плеча, пернатый растворился в ночи.

Я бросил взгляд на часы — четыре утра. Проклятье… Уже скоро просыпаться!

Перед сном я всё же дал задание Лизе поискать информацию по снимку листовки — может, найдёт похожий логотип, или что-то вроде того.

Но это ни к чему не привело — всё время вылазила какая-то левая информация, и искусственный интеллект расстроенно сообщил, что сейчас не готов мне помочь, но может в фоновом режиме провести углублённый поиск.

Я дал ей разрешение, разделся, и забрался в кровать.

Интересно, кому понадобилось нападать на моего ворона? Было ли это животное, другое проклятье — или человек?

Проснулся я слегка… Разбитым. Три с небольшим часа сна для организма, который активно развивается физически и магически — это несерьёзно. Даже старик Земельцев на первых занятиях говорил нам, как важно колдуну соблюдать режим, чтобы развитие оставалось в тонусе.

Один-два таких дня — это ничего. Но вот если подобное будет продолжаться, эффективность медитаций и пропускная способность искры упадёт.

Что поделать — тело и энергия неразрывно связаны…

Зарядившись огромной кружкой молотого кофе (которое заканчивалось, надо бы прикупить), я проверил поиски Лизы. Она всё ещё ничего не нашла по обрывку той бумажки, поэтому я пожал плечами, позавтракал, и поехал в академию.

Хвала всемогущему Эфиру, день прошёл спокойно. Занятия по целительству, теории стихийных заклинаний, истории магии и алхимии пролетели вмиг — я даже оглянуться не успел.

Может, потому что спал на половине пар, скрывшись за Арсом и Аней на задних рядах аудиторий?

— Так-так-так, Апостолов, — хитро спросила меня Лисицина, когда мы после занятий шли в раздевалку на тренировку по чароболу, — Видок у тебя сегодня не очень. Завёл подружку? Замучала ночью?

— Да если бы… — я не стал рассказывать друзьям про встречу с Юсуповым, так что пришлось приврать, — До утра почти работал над несколькими артефактами, надо было закончить…