— Это касается всех, сахиб. Гонцов, разведчиков, беглых рабов, даже могучих магов из кланов-соперников. Всех. Говорят, что даже птицы облетают Вайдхан стороной. А те, что залетают… падают замертво на подступах к стенам. Разведка невозможна в принципе. Никакая. Ни магическая, ни живая. Туда можно только… войти. И не вернуться.

Я хмыкнул.

Так вот почему Мунин молчал все эти дни. Вот почему от него не было никаких вестей о разведке этого странного места!

Разумеется, я не полагался исключительно на Сингха, и послал своего лучшего шпиона «продублировать» работу капитана, но… в ответ вот уже несколько дней получал лишь смутные, раздражённые вспышки — и потоки образов.

Маленькие птицы из тьмы, «дети» Мунина, приближающиеся к территориям Вайдхана… и исчезающие. Они не взрывались, не падали замертво.

Просто… растворялись в воздухе. Связь обрывалась, пропадало всякое ощущение их присутствия. Как будто их стирали из мира.

Ярость моего питомца была почти осязаемой — и я понимал, почему. Даже его новые способности были бессильны против этой странной аномалии.

— Но кто-то же там должен жить? — мои слова прозвучали тихо, — Крепость не может существовать сама по себе. Кто этот махараджа? Откуда он взялся?

Сингх сглотнул, и его кадык нервно дернулся.

— Имя… имя его почти забыто, сахиб.

— Завязывал бы ты с театральными заминками, капитан. Они начинают меня бесить.

— Раджаршах. Но это практически всё, что мне удалось раскопать. Лет двадцать назад… — Сингх замолчал, подбирая слова, — Лет двадцать назад эти земли были ничьими. Руины, развалины старой крепости, оставшейся ещё со времён Великой Резни. Место считалось проклятым. Никто не смел даже приближаться. Говорили, что камни там пропитаны таким количеством горя, крови и безумия, что даже пожиратели обходили его стороной.

Он сделал паузу, и в его голосе появились ноты мрачной сказки, которую пересказывают шёпотом у костра.

— А потом… Пришёл он. Никто не знает, откуда. Говорят, он был изгоем, могущественным магом-пожирателем, изгнанным из своего клана за то, что копался в вещах, которые трогать не следовало. В запретных ритуалах. В поисках силы, которая старше самих пожирателей. Он пришёл один, в лохмотьях, с горящими глазами безумца. И остался в тех руинах.

Капитан понизил голос до шёпота, хотя мы были в номере одни.

— Я кое-что разузнал… Отыскал потомков тех местных, кто жил тогда в округе, в горах, и вокруг озера. Они рассказывали… что ночи напролёт из развалин лился зелёный, ядовитый свет. Воздух дрожал от стонов, которые были похожи то на песню, то на предсмертный хрип. Земля содрогалась. А через месяц… крепость была целой. Как новенькой! Тёмные башни, пронзающие небо, стены без единой щели… И всё это — без единого рабочего, без рабов, без магов-строителей. Как будто кости древнего чудовища выросли сами!

Он посмотрел на меня, и в его глазах читался настоящий, суеверный страх.

— Конкретика будет?

— Есть слух, что он нашёл там что-то. В подземельях, под самыми древними руинами. Какой-то… источник. Сердце тьмы. Или древнее оружие, что пострашнее любого пожирателя. Ну и… С тех пор Раджаршаха никто не видел. Никто не входил и не выходил в крепость. Там наступила — и исчезновения тех, кто подбирается к городу. Он не правит, сахиб. Он… охраняет. Он стал стражем того, что нашёл. Или то, что он нашёл, давно правит им.

— Ладно, оставим сказки для детей, — поморщился я, — Что по факту? Крепость, её защита — магическая и техническая — гарнизон, патрули, карта подступов. Всё, что есть. И если ты пришёл только с древними сказками…

Сингх вздрогнул, спустившись с небес мрачных легенд на землю конкретики.

— Факты… с фактами туго, сахиб. Ни один из нанятых мной лазутчиков не вернулся. Ни один маг-шпион не смог пробиться через магические всплески, защищающие территорию Вайдхана — и даже понять их структуру… Это не просто барьер, сахиб, это словно сама реальность искажается на подступах к стенам, создавая миражные ловушки и разрывая пространство. Но… — капитан потянулся к своему потёртому планшету, — Один мой знакомый контрабандист, перевозивший груз через джунгли, рискнул.

— Порадуй меня.

— Он запустил старенький разведывательный дрон с дальним действием. Дрон вернулся. Помятый, с помутневшими сенсорами и испорченной памятью, будто его неделю травили кислотой и сильным эфирным излучением. Но кое-что выцарапать из неё всё же удалось, потратив на декодирование три дня.

Он вывел на экран схему — размытую, составленную из обрывков данных. Изображение прыгало, пропадало, но общую картину передавало. Кадры, снятые сквозь мощные помехи, напоминали призрачные видения: на мгновение проступали чёткие линии кладки, чтобы в следующую секунду рассыпаться на пиксельную снежную бурю.

— Это крепость. Высокие стены из черного базальта, отполированного до зеркального блеска. Вокруг них клубятся какой-то туман, видите?

— Вижу. Магического характера, судя по всем…

— Ни орудийных башен, ни огневых точек на стенах нет. Никакой техники на стенах или во дворе не видно. Вообще ничего. Но… — капитан увеличил масштаб, тыча пальцем в едва заметные линии, — Видите эти узоры? Они покрывают всю поверхность камня, от самого основания до зубцов на парапете. Похоже на руны, но… какие-то другие, несимметричные, словно растущие, как папоротник.

Я всматривался в расплывчатые изображения. Да, узоры были.

Сложные, переплетающиеся, словно кровеносная система какого-то исполинского существа. При большом увеличении было заметно, что линии не вырезаны в камне, а словно проступают изнутри, пульсируя едва уловимым, искажённым помехами свечением.

Надо провести анализ — это уже кое-что! Попробую порыться в наследстве Распутина…

— Патрулей тоже нет, — продолжал Сингх, переключая кадры, — Ни на стенах, ни у ворот. Сами ворота всегда закрыты. Никакого движения, ни единой живой души. Как будто место полностью мёртвое и заброшенное века назад. Но дрон зафиксировал энергетическое поле. Оно окружает крепость на расстоянии примерно километра, образуя почти идеальную сферу. Невидимое, но ощутимое на физическом уровне.

— Точнее.

— При пересечении периметра корпус дрона затрещал от перегрузки. Дрон едва прорвался сквозь него, и после этого его сенсоры начали сходить с ума. Показания скакали, фиксируя то адский жар, то абсолютный холод в одной и той же точке.

Капитан переключил изображение. Появилась тепловая карта, вся в статических шумах и мертвых зонах, но с несколькими десятками ярких, чётких точек.

— Вот что странно… внутри крепости есть источники тепла. Их много, больше двух сотен. И сигнатуры совпадают с человеческими. Но расположены они странно — не в казармах или на постах, а сгруппированы в центральном здании, будто в ожидании, или рассеяны по периметру двора абсолютно неподвижно, как статуи.

Хм… Маги? Гвардейцы? Или что-то ещё, лишь отдалённо напоминающее людей по тепловому следу?

Капитан отложил планшет и посмотрел на меня, его лицо было серьёзным.

— Дорог вокруг Вайдхана нет. Точной карты местности вокруг него — тоже, но с помощью дрона мы с приятелем составили приблизительную… Рельеф там дикий: глубокие овраги, заваленные острым камнем, частые магнитные аномалии, сбивающие компас, и густые заросли колючих лиан, которая, судя по видео, способна двигаться и реагирует на движение. Есть следы присутствия некоторых магических тварей — всё в отчёте. Ничего сверхопасного, но…

— Насколько точную карту вы составили?

— Ну… — Сингх замялся, потирая переносицу, — Процентов на пятьдесят… Может шестьдесят. Дрону удалось составить только приблизительный контур территории вокруг крепости — двадцать квадратных километров примерно. И силуэт крепости — прежде чем помехи стали непреодолимыми. Всё, что внутри периметра — тёмный лес для наших приборов. Мы не знаем ни ловушек, ни маршрутов патрулей, которых не видим, ни принципов работы этого поля.

М-да…