Охренительно весело, конечно…

Я посмотрел на деда, на его сияющую улыбку, на Илону, чьи золотые глаза тоже блестели от смеха, и почувствовал знакомый, острый приступ адреналина.

Да, мы заплатили страшную цену — но выжили. И мы были вместе. Пусть и в таком, слегка «переработанном», составе.

Но шутки быстро окончились.

У меня был план — выманить Ур-Намму и прикончить его одним ударом, используя мощь Ядра Юя, легион призраков и прорву Эфира, который я собирался добыть в Таримском ущелье (где и располагался храм последнего Пожирателя из Совета).

Прийти в его дом — он не сможет проигнорировать такое вторжение, гордыня не позволит — а когда он появится… Выжечь дотла вместе с его проклятым храмом.

Однако этот грандиозный план наткнулся на суровую реальность.

Ещё на подходах стало ясно — здесь что-то не так. Воздух над Таримской впадиной не просто звенел от магии — он был похож на раскалённый дрожащий студень. Растительность, и без того странная, стала неестественно яркой, ядовито-зелёной, а камни под ногами покрылись блестящей, словно свежий шёлк, паутиной, которая пульсировала в такт невидимому пульсу.

— Этого раньше не было, — хмуро констатировал дед, его призрачная форма дрогнула, ощущая давление, — Похоже, Ур-Намму перестроил… «систему безопасности».

Продвинуться дальше входа в пещеры, который я помнил, оказалось чудовищно сложно. Пространство вокруг постонно искажалось. Сделав пять шагов вперёд по, казалось бы, прямому тоннелю, мы оказывались в трёх шагах от входа. Стены дышали, сжимаясь и разжимаясь, а с потолка капала не вода, а густая, маслянистая субстанция, разъедающая камень.

Даже используя Эфирные маяки, на которые пришлось потратиться, мы едва не погибли пару раз…

— Это не его рук дело, — сквозь зубы процедил я, — Вернее, не только его. Вся местная реальность… взбесилась. Похоже, смерть Юя и поглощение его Ядра вызвало цепную реакцию в других Урочищах, связанных с Советом. Это глобальный сбой. Либо…

— Либо? — спросила Илона.

— Либо Ур-Намму знал всё заранее и успел приготовиться…

Я попробовал продавить искажение грубой силой. Выпускал энергожгуты, заряженные Эфиром. Изумрудные бичи, способные почти на что угодно, упирались в невидимую, упругую преграду.

Они не встречали сопротивления — просто теряли силу, как будто их разряжала пустота. Я чувствовал, как моя собственная мощь, та самая, что должна была сокрушить Ур-Намму, растворяется в этом хаосе, как капля в море.

— Дерьмо! — ругался я, отступая.

Пройти в Тарим было можно — но ценой чудовищных затрат. А ведь это только преддверие. Что творится в самом сердце Урочища и Храме, я даже представить боялся.

Потратить всё, что я собрал, чтобы прийти на битву голым?

Ну уж нет!

Мы отступили.

Весь мой грандиозный план, вся наша ставка на силу, рухнули, наткнувшись на абсолютно новое, непредвиденное препятствие. Ур-Намму не просто спрятался. Он заперся в крепости, которую я сейчас был не в состоянии штурмовать, не рискуя быть поглощённым хаосом ещё до встречи с ним.

— Ну что, внук, — спросил тогда дед, — Похоже, твой гениальный план «пробиваем-головой-стену» требует небольшой корректировки. Стена, будь она неладна, оказалась немного крепче, чем мы рассчитывали.

Я молча смотрел на искажающийся воздух.

Да, планам не суждено было сбыться. Путь к Ур-Намму через его заднюю дверь был закрыт. И судя по всему — надолго. И теперь нужно было придумать что-то другое. Что-то хитрое. Что-то, что заставило бы его самого захотеть выйти из своей неуязвимой норы…

Пришлось вернуться на яхту.

Беспомощность.

Я ненавидел это чувство! Обладать силой, способной перелопатить целый город, но упереться в стену из безумной, хаотичной реальности, которую не возьмёшь ни измором, ни прямым ударом.

Моя ярость была похожа на дикого зверя в клетке — мощного, но абсолютно бессильного…

— Ну что, смирился? — спросил дед, материализовавшись рядом. В его голосе не было насмешки — лишь констатация факта.

— Смириться? Ну уж нет! — я разжал руки и отступил от борта, — Я просто меняю тактику. Если не могу проломить его дверь, значит, мне нужно стать настолько сильным, чтобы он сам её открыл. Или чтобы мне было плевать на все его двери.

Я прошёл в каюту, к голографическому проектору, и вывел на экран карту мест, отмеченных в архивах Девики как «очаги наследия». Места, где сохранились не просто артефакты, а остатки уникальных дисциплин пожирателей прошлого, их специализированных техник поглощения всего, к чему я пока не имел доступа.

— Смотри, — я ткнул пальцем в первую точку, мистический город Шангри-Ла, затерянный в Тибете, — Здесь, согласно записям, один из Древних практиковал не просто выкачивание энергии. Он поглощал саму плоть мира. Камень, металл, дерево — всё это становилось частью его существа. Временная броня, оружие, созданное силой мысли из поглощённых материалов. Видишь плюсы?

— Полная независимость от снаряжения? Хм-м…

— Или превращение окружающего ландшафта в своё оружие.

Илона присвистнула, её учёный интерес мгновенно поборол разочарование.

— Это нарушает все законы сохранения материи и энергии!

— Ты всё никак не можешь привыкнуть, что для таких, как я, подобных законов не существует? — улыбнулся я, — Или другая техника, «Альтерирование» — снятие свойств с объектов и перенос их на себя или свои творения. Прочность древней башни, острота заточенного клинка, твёрдость алмаза… Всё это можно аккумулировать и использовать.

— Звучит… многогранно, — заметил дед, — Но не похоже на решающий аргумент против Ур-Намму.

— Сам по себе — нет, конечно, — согласился я, — Но есть и третий фрагмент. В Джайпуре, под розовыми дворцами сильнейших пожирателей Индии, до которых я так и не добрался, судя по записям Девики скрывается ещё кое что. Если верить этим исследованиям, то один из Пожирателей прошлого отточил «Поглощение Способностей». Временное присвоение чужих навыков — не просто силы и скорости, а именно умения. Боевые стили, мастерство владения мечом, даже социальные или ремесленные таланты. Представь: подойти к мастеру-вампиру, поглотить его тысячелетний опыт кузнеца или стратега, и стать им на несколько часов.

В каюте повисло молчание. Теперь моя «команда» понимала масштаб замысла. Это был не просто сбор силы — это была тотальная апгрейд-программа, направленная на то, чтобы закрыть все мои слабые места и приобрести такие навыки, которые сделали бы меня непредсказуемым и всесторонне развитым противником.

— И ты хочешь всё это объединить? — уточнила Илона, смотря на меня с смесью восхищения и ужаса.

— Именно. К примеру — поглотить материю, чтобы творить из неё оружие. Наделить это оружие свойствами через альтерирование. И вдохнуть в него подлинное мастерство через поглощённые способности. Три отдельных искусства, которые, будучи соединёнными в одном лице… — я усмехнулся, чувствуя, как азарт вытесняет злость, — могут породить нечто совершенно новое. Нечто, с чем Ур-Намму ещё не сталкивался.

— А заодно и наснимать новый контент? — с лёгкой иронией спросил дед, — Ролики заканчиваются, насколько я помню? Хотя, полагаю, после битвы с богом-архитектором зрителей уже ничем не удивить.

— Не в этом цель, но ты прав, глупо было бы отказываться от такой возможности, — пожал я плечами, — Если уж устраивать шоу, то по-крупному. И ролик с Юем хоть и кривой и фрагментированный, но выйдет уже на следующей неделе. Полагаю, после него у всех зрителей — и у Государя Императора, надеюсь — возникнет оооочень много вопросов и сомнений. Почему бы их не подкрепить новой порцией контента?

— Действительно.

— Но главная цель — стать сильнее. Настолько, чтобы не осталось ни одной двери, которую я не мог бы сорвать с петель.

Я выключил проектор.

— Сначала Шангри-Ла, потом Джайпур. И пока я буду собирать этот пазл, — я посмотрел на юг, туда, где лежала Российская Империя, — пусть мой дорогой друг, граф Салтыков, готовит площадку.