Пороха бы ещё раздобыть, но альбукерцам самим нужно. Дефицит, однако. Ничего страшного, у нас есть десяток лёгких арбалетов с запасом болтов. Не пропадём. Ну и совокупная огненная мощь моего отряда способна снести к чертям любую атаку навахо, апачей и прочих команчей. Только мы приехали договариваться, а не воевать.

Кстати, Пятнистый воин прислал с нами пятёрку людей, у которых свои задачи. Им нужно попасть на совет нескольких племён апачей и донести предложение навахо. Суровые мужики, пусть и краснокожие, которые идут практически на смерть. Тут ведь свои замесы, похожие на Балканы. Все воюют друг против друга, иногда объединяясь, а потом снова принимаясь за прежнее.

Сейчас восточные апачи настроены весьма воинственно. До войны пока далеко, именно поэтому баскам удалось пройти по их землям, но всё взрывоопасно. В свою очередь, западные апачи, через земли которых двигались мы, пошли на соглашение с Эль Пинто, решив прекратить боевые действия. Поэтому велика вероятность, что на совете послов признают посланниками трусов и изменников, ну и далее понятно. Индейцы — люди простые.

А вообще, я зубами вцеплюсь за столь необычного и полезного человека, как Пятнистый воин. Редко встретишь столь разумного и дальновидного человека даже среди европейцев. Он же, не имея общих знаний, сразу согласился на мои предложения. Позже объяснил, что сам сделал выводы о будущей гибели его народа и индейцев в целом. Несмотря на вражду с соседями, их он считает частью единого этноса, пусть и разделённого на множество групп.

Баски весьма грамотно разбили лагерь в небольшой тополиной роще, очистив её от мусора и полезших змей. Мы присоединились к союзникам, поставив парусиновые палатки с шерстяными одеялами для сна. Скажем так, наши временные укрытия и экипировка в целом вызвали у друзей удивление. Про оружие лучше промолчать. Капсюльное только у меня, но у остальных штуцеры, превосходящие своё время лет на сорок. Плюс пуля Минье. Мои парни уже показали воинам навахо свои снайперские навыки, приведя индейцев в благоговение, подняв наш авторитет. Ну и от одной мелкой банды мы отбились, просто грохнув на расстоянии семь дикарей. Остальные сразу разбежались.

Потому союзники с завистью смотрели на наше оружие, но и не забывали об остальном. Например, мои бойцы в основном носят ботинки с высокой шнуровкой, галифе, подбитые кожей, рубахи из плотной ткани, похожие на гимнастёрки, и длинные куртки с капюшоном. В качестве головного убора — небольшие стетсоновские шляпы, на шеях платки от пыли. Всё добротно, продуманно и не мешает воевать. Этакая солянка из разных времён, ещё и сдобренная моей иронией. У нас есть и нормальная военная форма. Просто здешние суровые условия предполагают иную одежду. Хотя со временем я выработаю более удобный вариант для разведки и спецназа. А они у меня будут.

После того как я сошёл с холма и умылся, мы с Хабьером расположились в тени раскидистых веток тополя. Наскоро сбитый стол, два складных стула, бутылка вина и стаканы. Что ещё надо для переговоров? Конечно, рядом уже суетился мой верный Антип, вводя слугу баска в чудесный мир шашлыка. Мангал у нас всегда с собой. Благо мяса здесь вдосталь. Ещё есть специи и лук, полученные в Альбукерке. Лепота!

Остальные парни занимались своими делами. Многие ушли мыть коней, кто-то проверял амуницию. Парочка дежурных по кухне занимались приготовлением кукурузных лепёшек в простейшей глиняной печи. Кто-то отправился собирать хворост. Чуть вдали, за более грубым столом, расселись фон Шик с Кондратом, разговаривавшие о чём-то с двумя замами сеньора Антиа. А вот Федот делал вид, что чинит свои запасные ботинки, но при этом не упускал ни одного движения. Он начал с какой-то маниакальностью относиться к моей безопасности.

— Спасибо за новую партию оружия. Признаюсь, пушки совершенно изменят ситуацию! Да и ваши ружья гораздо лучше испанских или французских, — начал разговор баск.

Вчера мы обсудили самые важные вопросы. Новая партия русских колонистов удачно достигла Портобело. Как и все грузы. Скоро они появятся в Калифорнии. По крайней мере, перед отъездом Хабьер не получал сведений о нападении пиратов или кораблекрушениях. Можно сказать, что всё идёт по плану и пока договорённости соблюдаются.

Я тогда едва не станцевал от радости. Значит, Павел не препятствует отъезду русских поселенцев и переправке столь необходимых грузов. Он всегда был человеком слова, чем пользовались всякие мерзавцы. Ваш покорный слуга в том числе. Мои деньги тоже никто не тронул, что крайне важно. В прошлом году ван Брёкелен передал весточку, что Гаванский банк заработал, тоже настроив меня на позитив. Будем потихоньку опутывать регион финансовой сетью, аки пауки.

Надо всё-таки решать со связью. Хотя мы и так сделали всё, что могли. Просто никто не позволит русским иметь два быстроходных фрегата. Один в Мексиканском заливе, а второй на Тихом океане. Испанцы же не идиоты, чтобы нам здесь распоряжаться. Поэтому буду потихоньку подкупать нового вице-короля. Нам бы какую-нибудь шхуну, пусть и маленькую. На Карибах всегда можно найти подходящее судно, но в тихоокеанских водах это нереально. Попросту мало кораблей, в Калифорнию они почти не плавают. К сожалению, сухопутный путь не лучше. Но это дело временное. Пока оптимальный вариант — путь от Веракруса через Мехико до Акапулько. По нему даже можно таскать немного грузов.

Ну и баскам я продолжаю помогать, в первую очередь современным оружием. В остальном они достигли немалых успехов.

— Мы союзники, иначе быть не может, — произношу в ответ, салютуя бокалом. — Но вас что-то смущает? Давайте обойдёмся без недомолвок.

На обветренном лице мелькнула тень удивления, впрочем, быстро прошедшая. Интересно, а насколько я изменился за последние годы? Например, Хабьер только усох, став напоминать голодного волка. Судя по зеркалу, я пока прежний, разве что появились морщины на лбу и в уголках глаз. Ничего страшного. Главное — зубы целы. Чего не скажешь о собеседнике, где-то потерявшем левый клык. Надо бы ему посоветовать поставить золотой. Хотя единственный более или менее приемлемый стоматолог сейчас живёт в нашей колонии и охраняется получше казны.

— Союз с навахо и остальными племенами, — наконец произнёс собеседник и залпом допил остатки вина. — У нас очень сложные отношения с апачами. Ещё недавно на севере появилось новое племя — команчи. Они вообще сумасшедшие и недоговороспособные. С прибрежными коавильтеками и каранкава мы живём в мире, потихоньку переманивая на свою сторону. А эти…

Лицо баска сморщилось, и он плеснул себе ещё вина. Между тем со стороны мангала донёсся запах загоревшихся дров. Хорошо! Скоро шашлык!

— Всё очень просто, мой друг. Мы должны создать дружественные нам племенные союзы. Более того, они будут обладать регулярной армией, дисциплиной и современной тактикой. Но это малая часть проекта. Наши краснокожие друзья должны построить грамотную экономику, привязанную исключительно к нам. Я даже рекомендую вам начать обучать их детей. Надо искусственно поднять их уровень развития.

По мере понимания услышанного брови баска стремительно расширялись, а глаза округлялись.

— Зачем самостоятельно усиливать дикарей? Более того, создавать себе будущего врага, способного разрушить наши маленькие колонии через пару десятков лет? — Хабьер снова схватил стакан и приложился к вину. — В истории хватало подобных примеров. Возьмите падение Римской империи. Варвары сначала стали конфедератами, потом служили в легионах, а в итоге захотели править самостоятельно. Или история её наследницы Ромейской империи и балканских государств. Там глупые наместники пытались использовать турок в своих играх, часто открывая им ворота городов. И что? Сейчас они все рабы огромной и ненасытной Порты, убившей и обратившей в рабство миллионы христиан. Таких примеров десятки. Я учил историю в университете Мадрида, очень поучительная наука для политика.

Никто не сомневался в уровне образования собеседника. Только он не понимает многих моментов.