— Вы утверждаете, что все латиноамериканцы — преступники и наркоторговцы?

— Я могу привести статистику, показывающую, что китайцы, вьетнамцы и другие азиаты, наводнившие за последние полвека западное побережье Латинской Америки, принесли с собой этнические гетто и организованную преступность, оплодотворив местных бандитов и показав им новые пути. Точно так же, как южные итальянцы привезли с собой мафию в ваши города. Зато в Калифорнию разрешён въезд исключительно выходцам из Северной Италии, и у нас нет с ними никаких проблем. Потому наша модель, разработанная лично Великим отцом, действенна и работает уже сто семьдесят лет. Просто сравните уровень преступности, наркомании и социального неравенства в наших странах. Думаю, очевидно, на чьей стороне победа. Кстати, это доклад комиссара вашей Лиги Наций, а не мои измышления.

— То есть у вас идеальное общество?

— Нет. У Калифорнии, Луизианы и федерации, идущих с нами в сцепке, хватает проблем. Просто мы придерживаемся традиционных ценностей и проверенных законов, изданных ещё основателями государства. При этом прогресс — это главный девиз наших социумов. Пока лидеры альянса являются лидерами мировых экономик, обладают наивысшим индексом человеческого развития и уровнем жизни. Зачем нам что-то менять или подстраиваться под модные мировые тенденции? Только безумец станет ломать надёжную конструкцию в угоду эксперименту.

— Но милосердие и гуманизм? Планету разрывают войны и несправедливость! Миллионы беженцев остались без дома, а десятки миллионов голодают! А вы богатые и располагаете огромными незаселёнными землями! Почему не помочь нуждающимся?

— Мы помогаем, только выборочно. Главное — не навредить своим гражданам, которые гораздо важнее для властей Калифорнии, чем жители других стран. Например, Калифорния в своё время приняла целые волны беженцев. Сначала европейцев, в основном немцев и голландцев, бежавших от революционных войн, развязанных Францией. Затем пришла очередь Ирландии, чьи жители умирали от голода. Потом огромный поток русских, спасавшихся от гражданской войны. В начале века мы и луизианцы приняли около полумиллиона испанцев, бежавших уже от своей революции. Затем были корейцы, страдавшие от японской оккупации. Все эти народы естественно и безболезненно влились в наше общество из-за сходных ментальных особенностей. У всех перечисленных народов во главе всего стоит труд и семья. То же самое касается монголов, тайваньских гаошань, айнов, лао, кхмеров, а также мона, каренов и мяо, в разное время перебравшихся в Калифорнию. Они принесли экономике страны исключительно пользу, хотя существенно отличались культурно. Зато сейчас все они интегрировались в наше общество, выучили русский язык, на который в массе своей перешли, сохранив национальные особенности. Только в их случае даже речи не идёт о создании гетто или каких-то культурных автономий. Все мы в первую очередь калифорнийцы, а потом русские, команчи или корейцы. Наше общество не лучшее, оно просто здоровое. И главная заслуга в устойчивости и планомерном развитии страны принадлежит графу Шереметеву, которого наша нация считает Великим отцом.

Достаточно откровенный разговор длился более шести часов. В перерыве логофет накормил гостей сытным обедом и лично провёл экскурсию по дворцу. Его стране нужен долгий, а лучше вечный мир, ради которого и затеяны все мероприятия по сближению с САСШ. Вопросы были разные: нетактичные, наивные, умные или ироничные. Шереметев-Почанакуархип стоически вытерпел всё. Он ведь поставлен старшим логофетом, чтобы приносить пользу своему народу, а не ради личных амбиций или желания набить карманы. В Калифорнии совершенно другая политическая система, проверенная временем. Если он начнёт ошибаться или вредить, то десяток родственников всегда готов, а главное, достоин, занять пост старшего логофета.

Наконец, журналисты ушли, забрав своё оборудование. А Сергей Петрович Шереметев-Почанакуархип, бывший командир второго батальона пятого полка егерей, сидел и размышлял, попивая чай. В который раз он задавался вопросом, кем был его далёкий предок, основавший сильнейшее государство в мире. Об этом до сих пор рассуждают в школах, университетах или в дискуссионных клубах, так любимых калифорнийцами. Старший логофет считал Великого отца пророком.

Ларчик открывается просто. Кроме «Общих наставлений потомкам», граф оставил «Памятку для архонтов». Последняя брошюра обычно оказывала колоссальное воздействие на тех, кто оказался достоин её прочитать. Представьте себе детальное описание мира на двести лет вперёд, написанное в начале XIX века. Достижения науки и техники, особенности политики и экономики были предсказаны практически со стопроцентным попаданием. Понятно, что история менялась, в том числе благодаря «памятке», что не приуменьшало её мистического содержания. Как можно было предсказать появление самолётов или баллистических ракет? А атом или электронно-вычислительные машины? Это невероятно!

Спесивые янки-журналистки не знают, что ещё при жизни графа съезд шаманов основных племён провозгласил его посланником богов или великих духов, в зависимости от верований. Для индейцев это не шутки, и многие до сих пор считают Великого отца реинкарнацией Маниту, Вакан-Танка или Громовой Птицы.

Примерно похожая ситуация с потомками европейцев. Несмотря на открытую враждебность со стороны православной церкви, те же русские считают Шереметева ангелом, ниспосланным небом. У ирландцев, итальянцев и даже рациональных немцев похожая ситуация. Корейцы вообще называют его мессией. Все народы Калифорнии фактически поклоняются культу Великого отца и Великого сына, причём добровольно. Это уже из области религии, а не обычного почитания.

Даже он, атеист, сторонник логики и циник, пасует перед личностью Николая Шереметева. В Сергее почему-то просыпается индейская составляющая, заставляющая его отринуть рационализм и просто верить. Именно это и помогает выстоять Калифорнии, раздражающей большую часть мира богатством и сплочённостью общества. И они будут продолжать, не обращая внимания ни на что. Потому что так завещал Великий отец!

*["1] Кинематографический центр, до переезда в Голливуд.

*["2] Прежнее название Майами.

— Ты чего здесь разлёгся! Ведьмин выкормыш!

Чей-то злой голос вырвал меня из забытья. Кто-то громко ругался, причём на меня. Я попытался вникнуть в слова, но в ушах шумело и булькало, звук словно шёл через повреждённые наушники. Чёрт, я же купил себе новые… Заказал самые дорогие, после того, как шейх Амир дал денег на постройку ночного клуба в центре Москвы.

Что ж так голова гудит? Неужели я так много выпил, празднуя удачную сделку? Такого жёсткого похмелья у меня не было никогда…

Кажется, нет, дело в другом. Я начал ощущать боль, не характерную для похмелья. Меня как будто хорошенько отпинали — болит левый висок, часть уха и челюсть. Гул постепенно стих, и я отчётливо разобрал слова, которые по-прежнему лились на меня:

— Ведьмин выкормыш! Вставай! Чтоб твоим предкам на небесах икалось! Поднимай свой тощий зад, кому сказано!

Я ощутил, как в рёбрах стрельнуло — меня продолжают избивать⁈ Что происходит? Я попытался открыть глаза. Один открылся, но мир вокруг был мутным. Левый глаз, рядом с ноющим виском, я не смог разлепить.

Попробовал поднять голову и осмотреться. Поморщился от боли, мой череп словно обхватил раскалённый металлический обруч.

Кто-то грубо стал трясти меня за плечо. А потом я почувствовал, как сильные руки подхватили меня за подмышки и попытались поднять. От этого боль ещё сильнее впилась в виски, и я застонал.

— Ты слышишь меня? Поднимайся!

Щёку словно окатило кипятком. Голова дёрнулась — невидимый обладатель мощных рук залепил мне пощёчину. На удивление это помогло, глаз, который я смог приоткрыть, сфокусировался, и я разглядел нависшего надо мной бородатого мужика в серой рубахе. Мужик тряхнул меня за шиворот и повторил: