Я кивнул. Мне ли было не понять, каково это, выживать в недружелюбном мире, который для тебя в новинку. Её ситуация сложнее, к ней все наоборот дружелюбные, но это чужие люди, которых она и не знает вовсе.

— Ничего, не переживай. У тебя есть отговорка: потеря памяти. Вот и познакомься заново. Так оно даже честнее.

Вера покосилась на меня, хмыкнула и вроде бы расслабилась.

Провожать Генку Глафира вышла с каменным лицом, но надолго её не хватила. Уже на третьей секунде всхлипнула, принялась совать ему в руки узелок с пирогами, причитать и поправлять шапку. А Сыч, здоровенный и немного бледный, стоял рядом и улыбался, гордо поглядывая на меня и на Генку. Будто это он нас всему научил, и отправляет с миром.

— Ну, бывайте, — буркнул он наконец и сгрёб меня и пасынка в охапку так, что у нас синхронно что-то хрустнуло в спине. — Не посрамите нашу Лесную Сказку. А ты мамке весточки шли.

— Да пусти ты, задавишь, — просипел Генка, но видно было, что ему приятно.

А мы уже ехали, обсуждая маршрут.

Снег под полозьями тихонько поскрипывал. Небо на востоке наливалось розовым, а за спиной нам на прощание махали люди, на фоне дымных столбов, что тянулись из труб.

Ника высунула чёрный нос из-под моего тулупа, повела им по морозному воздуху, фыркнула и спряталась обратно в тепло. Ей на все мои логистические примудрости было глубоко плевать, лишь бы грело.

Я обернулся на деревню в последний раз, одновремено с этим глядя в золотистое окно системы. Судя по отчётам, всё работало как надо.

Было немножко тревожно, но я не сомневался, что всё будет, как надо. И я посмотрел вперёд, туда где лежала первая точка на нашем маршруте. Деревенька Дубовый Яр. От одного названия у меня внутри всё сжималось. Сколько всего важного там случилось только со мной, а у Макса настоящего и подавно приключений был целый воз. Хоть я помнить этого и не мог, но фантомные ощущения и предчувствия внутри так и колыхались.

К месту назначения приехали ранним утром.

Дубовый Яр встретил нас снежными сугробами, дымом из труб и тем особым предвкушением, от которого тянет под рёбрами.

Всё же это место оставило на мне свой отпечаток. Причём не столько осада и сражения, сколько Виктор с Марией, и Варвара которая пыталась меня утопить.

Но в целом, чувства были светлые. Когда проезжали мимо дома Антония, у меня аж сердце подпрыгнуло. Так утомился с пути, что не сразу понял, что оттуда никто не выйдет. А всё же старик мне немало помог. Об Антонии я еще долго буду вспоминать добрыми словами.

Чем глубже въезжали в деревню, тем больше узнавал каждый поворот, а на губах, вопреки тревожности, расплывалась улыбка.

Вон там, за тем поворотом, я сразился со своим первым чудовищем. А в той реке меня чуть не утопили, проверяя на ведьмовство. А вон и таверна Виктора. То самое место, где я, сидя в погребе, вжимался в решётку, чтобы не задохнуться от дыма.

Из-за заборов на нас косились хмурые люди.

— И здесь ты жил? — тихо спросила Вера, оглядывая серые, покосившиеся заборы, грязный снег у колодца, тощую собаку, что провожала нас опасливым взглядом из-под крыльца. Лаять она поостереглась.

— Да, — на выдохе протянул я.

— Немудрено, что сбежал, — Она поёжилась и глубже закуталась в тулуп.

— Так и Лесная Глушь выглядела так же, — заметил я.

— Зато Лесная Сказка так никогда не выглядела.

У таверны Виктора уже собралась небольшая толпа людей, которые, как бы невзначай проходили мимо. Только староста Фабий стоял и внимательно глядел на телегу Владислава.

— Здравы будьте, добрые путники! — с поклоном поприветствовал нас Фабий. — С чем пожаловали? Товары привезли, али просто мимо проезжаете?

Я же улыбался во все тридцать два, заметив и другие знакомые лица. Из-за тёплой одежды, пошитой из шкур лесных собак, меня явно не узнавали.

— Здравствуйте и вы, староста Фабий, — поприветствовал я, помахав рукой.

Фабий нахмурился, так и не узнав, зато две пацанские мордочки, тут же расплылись в восторженных улыбках.

— Мастер Макс приехал! Ура!!! — звонко завопил Сёмка.

— Макс! Наконец-то вернулся!

У людей на лицах стало проступать узнавание.

— Мастер Макс? — ехидно спросила Вера.

— Мастер Макс? — с расширенными глазами спросил Генка.

Через минуту телегу обступила орущая, восторженная, раскрасневшаяся от мороза толпа.

— Здравствуй и тебе, — с достоинством в голосе ответил Владислав.

Фабий выпучил глаза, явно узнав гостя, и поклонился чуть не до земли.

— Добро пожаловать в нашу добрую деревню. Рады, что почтили нас визитом.

Владислав благосклонно кивнул. Вот только кроме Фабия, на него никто внимания и не обратил.

Стоило соскочить на землю, как меня принялись хлопать по плечам, трясти руку, да обнимать.

— Вернулся, чертяка! — воскликнул один из мужиков, чьего имени я не помнил.

— Мы уж думали, придётся в лесную Глушь ехать, чтобы попробовать твою стряпню.

— И не говори, через день вспоминаем.

Мне на шею бросился Сёмка.

— Мастер Макс! Я знал, что ты вернёшься!

Из под полы тут же высунулась любопытная мордочка Ники, разбуженная шумом.

— Ой! — удивился сначала Сёмка, но тут же рассмеялся, — я помню тебя, мелкая.

— Я проездом, — сказал я, и парень на миг погрустнел. — Но это ничего! Главное, что не забыл про нас.

— А как возмужал-то, — рядом со мной появился мельник Андрей, и похлопал меня по плечам, а потом и вовсе притянул к себе и обнял.

— Ишь, обниматься лезет, — тут же ввернул кто-то. — А были времена, за похлёбку платить не хотел.

По толпе прошёл хохот.

На крыльце таверны, привлечённый шумом, появился Виктор.

Приметив хозяина таверны, я откланялся, дал знак Генке и Вере подождать, и направился в его сторону.

С Виктором встреча вышла совсем иначе.

Заметив меня, он отвёл взгляд, а потом скрылся за дверью.

Да уж, радушное приветствие. Хотя, чего я ожидал. Но у Варвары я оставаться точно не стану, а других вариантов нет. Хозяйничать в доме Антония, я пока не готов.

В общем, я не гордый, поэтому вошёл следом.

Сперва осмотрелся, и картина совсем не радовала.

Грязь по углам, кислый запах несвежей еды, две жидкие свечки на весь зал. За столами ни души.

Виктор стоял вполоборота. Он искоса окинул меня взглядом и горько усмехнулся.

— Явился, значит, — выдал он, скрестив руки. — Что, и оттуда тебя, значит, выперли? Набегался по чужим краям? Ну, ко мне не просись, помощник у меня уже есть. Ты мне тут без надобности.

Раньше от этого тона у меня внутри всё сжималось. А теперь я просто смотрел на него и видел уставшего, загнанного в угол мужика, который даже хамит уже по привычке, без какого-либо огонька.

— На постой пустишь, хозяин? — невозмутимо спросил я.

— На постой? — хмыкнул он. — По старой памяти могу тебе место под лестницей отвести. Тебе ж не привыкать.

Да уж, Виктор не меняется…

— Не надо под лестницей, — невозмутимо ответил я. — Мне за деньги. В нормальную комнату.

Виктор прищурился, учуяв подвох.

— За деньги, значит? — Губы его тронула ехидная усмешка. Не уверен, что есть свободные комнаты.

В этот момент за моей спиной скрипнула дверь, и в таверну ввалился Владислав и Виктор тут же подобрался, разглядев в вошедшем большого гостя.

Он остановился и медленно обвёл взглядом грязный зал, оплывшие свечи, пустые столы. Левый глаз у него задёргался.

— Плохо живёшь, хозяин, — наконец сказал он почти сочувственно. — Ай, плохо. — Он поцокал языком. — Макс, может, таки, в другом месте остановимся?

— Отчего же плохо? Лучшая таверна в этой деревне, — заявил Виктор.

— Видел бы ты, какую Макс таверну отстроил. Хоромы. Люди в очереди стоят. А тут… — Он не договорил, только рукой махнул, и этот жест был обиднее любой ругани.

Виктор побагровел. Но крыть было нечем, всё было на виду.