— Проинструктирует он, как же. Калаган будет делать то, что скажет Урбан, а не то, что вы прикажете.

— Знаю, — ответил барон.

— И всё равно отправляете его?

— У меня не осталось надёжных людей. Все заняты на ключевых позициях у восточного рубежа. — Барон расправил плечи. — А Калаган при всех его недостатках действительно докопается до истины.

Мастер Вельт предложил:

— Может, их предупредить?

— Кого? — повернулся к нему барон.

— Местных. Чтобы подготовились, встретили, как положено, не чинили препятствий.

— Как предупредить? Отправить ещё одного гонца, как Фому отправляли? — спросил Дорн.

Кристалл на столе мигнул в последний раз и погас.

Вопрос остался без ответа.

Дед Антоний подошёл к своей калитке и тяжело вздохнул. Как же он устал.

После допроса вступил в действие план, который они разрабатывали со вчерашнего вечера. Учитывая последнюю информацию о замыслах Зеона, теперь оборона деревни стала первостепенной задачей.

Защитников было намного меньше, чем нападающих. Женщины и дети не в счёт, а мужчин с нулевым рангом собирались поставить в тыл. Теперь, возможно, придётся вступить в бой всем.

Зелье исцеления подняло на ноги раненых, так что и Павел, и Коготь, и Ермолай уже снова были в строю, хотя Ермолай пока ходил, опираясь на палку. Но все они под командованием Анатолия готовили ловушки на подходах к деревне.

Людей Ставра отпустили с миром. Опытный охотник пожелал уйти подальше от неспокойного региона. Мстить он не собирался, а выступать против Зеона считал глупостью. Не его это война и не его работа.

А вот пленных охотников из отряда Зеона связали и уложили в конюшне.

Тело Якова отвезли в дом Назара. Старый плотник собирался лично сделать гроб своему племяннику после того, как всё закончится.

Макса дед Антоний тоже хотел отправить из таверны в дальнюю часть деревни, откуда в крайнем случае можно было уйти по реке. Но упрямый парнишка сказал, что останется в таверне. И плевать, что таверна первой попадёт под удар.

Мария должна была спать в доме Антония. Но когда он подошёл к своей двери, услышал голоса. Двое спорили на повышенных тонах.

Антоний нахмурился и прислушался. Слова различить можно было, хоть и с трудом.

— Не тебе меня судить, Марта. Лучше бы вообще свой рот не открывала.

— Да как ты смеешь так говорить со мной? Радуешься, что моего мужа больше нет и заступиться некому?

— Может и к лучшему, что его нет. Узнал бы он, что ты сотворила, и вовсе прогнал бы тебя. И говорить я с тобой буду так, как ты заслуживаешь. Не чиста твоя совесть, Марта. Так и знай и живи с этим. Я никогда не забуду.

Антоний начал злиться. Совсем они обезумели? Плевать ему было на их спор, но там ведь Мария, чего расшумелись-то?

Дверь скрипнула на крыльце появился раскрасневшийся Коготь. Глаза его так и сверкали яростью, но, заметив Антония, он тут же осёкся.

Старик лишь вздохнул.

— Ну, и чего раскричался-то? Заняться нечем?

Коготь лишь оглянулся, взглянул на захлопнувшуюся дверь и быстро спустился.

— Прости, Антоний, злость берёт от этого всего.

— Ну, так сходи и прогуляйся, проветри голову.

— Скажешь тоже, прогуляйся. Готовиться надо. Мне мужики уже передали вкратце…

— А ты не просто так гуляй, сбегай к Альберту, да поспеши. И передай ему, какая беда нас ждёт. Нам его сила понадобится, а ещё его ловушки и лунопёс.

Коготь кивнул, а Антоний на него прикрикнул:

— Ну, чего застыл, бегом!

Стоило Когтю скрыться, как из двери появилась Марта, соседка Антония. Вдова, которая подрабатывала тем, что стирала вещи. Женщина явно была растеряна, но, увидев Антония, взяла себя в руки и шёпотом доложила:

— С Марией всё в порядке, ваше зелье она выпила безропотно, и с тех пор спит.

Антоний кивнул и махнул рукой:

— Спасибо, иди. Всех баб и детей будем у мельницы собирать.

— А как же Мария? — спросила Марта. — Разбудить её?

— Не надо, я сам чуть позже её приведу.

Антоний устало опустился на крыльцо.

Марта кивнула и пошла к калитке, но на половине дороги остановилась, помялась в нерешительности и шагнула обратно.

— Чего тебе? — спросил Антоний. Хотелось пару минут посидеть, привести мысли в порядок, и начинать действовать по продуманному плану.

Марта всхлипнула. Вид у неё стал до крайности виноватый. Антоний решил, что она станет жаловаться на Когтя, и с надеждой спросил:

— Разбила что-нибудь из моих склянок?

Марта помотала головой и, не поднимая глаз, сказала:

— Повиниться перед тобой хочу, Антоний. Чудовищную ошибку я совершила, места теперь себе не нахожу.

— Иди с миром и больше не ошибайся, — отмахнулся Антоний. — Сейчас дела поважнее есть.

— Да ты же не знаешь, что я натворила! Точнее мы натворили! Мы ж с Варварой душу невинную едва не загубили!

Антоний осёкся, внимательно посмотрел на Марту и сказал:

— Так. Рассказывай.

Марта теребила передник и сбивчиво говорила, перескакивая с одного на другое, путая слова. Но Антоний уловил суть.

Варвара подбила Марту и Гришку на серьёзное преступление. Мол, проверить надо, не колдовскими ли методами тот поварёнок в таверне Виктора блюда готовит. Уж больно у него ловко и быстро всё стало получаться, не иначе душу демонам продал. А вдруг его злое колдовство на всех потом подействует?

— И что вы сделали? — глухо спросил Антоний.

— Утопили, — горестно всплеснув руками, ответила Марта.

Антоний не поверил своим ушам.

— Что значит «утопили»? Я его вот недавно видел живёхоньким.

— Так он выплыл, — простодушно ответила Марта. — Точнее Коготь его вытащил. А потом нас гнал до самой опушки…

Антоний стиснул зубы. Дело и правда было серьёзным. Из тех, что просто так оставлять нельзя, и разрешить будет ой как не просто.

— То есть Коготь всё знал, — медленно сказал Антоний. — И ни слова не сказал.

Он воздел глаза к небу.

И так проблем по горло, ещё и это…

— Варвара где? — сурово спросил Антоний, поднимаясь на ноги.

— Да с утра её не видела. Может, прячется, чтоб на глаза тебе не попадаться.

Антоний молча потёр лицо ладонями и сказал:

— Значит так, Марта. Найди Гришку и Варвару и все бегом сюда. Времени, конечно, в обрез, но лучше мы этот вопрос сейчас решим.

Марфа закивала, вытерла нос передником и засеменила к выходу.

Антоний посмотрел ей вслед, потом поднял глаза к небу и спросил:

— Ну, вот что с ними делать?

Небо, как водится, промолчало.

— Макс, нужна твоя помощь.

Полчаса назад дед Антоний обратился ко мне с этими словами, и с того момента я готовил, как заведённый.

В предстоящей заварушке я не мог быть боевой единицей, силёнок маловато. Зато мои умения могли помочь нашим бойцам по-другому. Я готовил для них еду с особыми специями и ингредиентами, что усилят защитников деревни, сделают их бодрыми и залечат их раны. Ну, и просто насытят.

Так что я не мудрил с рецептами. Нарезал репу, морковь, картошку и забросил в кипящую воду. Понёсся в погреб за новой порцией продуктов. Притащил связку вяленого мяса и короб с грибами. Вернулся к котлу, помешал, передвинул с огня на угли. Побежал обратно, нужен ещё лук и крупа, для густоты. Снова нарезал, высыпал в котёл, перемешал.

Сосредоточился и добавил в эту основу крупицу энергии воздуха. У меня всё лучше получалось чувствовать циркуляцию энергии в теле. Правда, без помощи извне, поток был очень слабым. Однако похлёбка бурлила в котелке и распространяла вокруг чарующие запахи. Суровые мужики, что занимались подготовкой к обороне, заинтересованно потянули носами. Их хмурые лица стали разглаживаться.

Целительный бодрящий суп с вяленым мясом и грибами.