Я промолчал. Такую несправедливость нельзя оставлять безнаказанной. Может, не сегодня и не завтра, но когда я стану достаточно сильным, я наведаюсь в ту деревню.

— Ты прости, что душу разбередил, — проникновенно сказал Сыч и перегнувшись через стол, похлопал меня по плечу. — Но за твоих родителей я и сам слёзы проливал. Хорошие были люди. А что мать твою ведьмой называли… — Он покачал головой. — Я тоже в это не верю.

Я поднял на него глаза и сказал ровно, без дрожи в голосе:

— Спасибо, Сыч, что рассказал правду.

А про себя решил, что если ещё кто-нибудь назовёт меня «ведьминым выкормышем», он об этом очень пожалеет. Даже перед Виктором не отступлю.

Сыч посмотрел на меня долгим взглядом, потом кивнул.

— А то, что ты практики осваиваешь, это хорошо, — он переключился на другую тему, и я был ему за это благодарен. — По стопам отца и матери идёшь. Она, кстати, тоже дар имела. Хоть и не развивала, но для женщины сильный дар — это вообще редкость.

Он помолчал, собираясь с мыслями, потом добавил:

— Ты бы сходил к Антонию. Он в молодости разные техники практиковал, знаний у него столько, что не вычерпаешь. Хорошим наставником может тебе стать. А ещё, если в тебе стихия воздуха отзывается, поговори с мастером Громом.

— С гончаром? — уточнил я. Удивляться сил не было.

— С гончаром, — усмехнулся Сыч. — Он сейчас хоть и стар, но в былые годы почти вплотную приблизился к рангу бессмертного. Мало кто способен к тому рангу подступиться, а Гром — смог. Не перешагнул, но то, что знает, дорогого стоит. Советы хорошие даст.

Мастер Гром, добродушный дедок, который лепит горшки и жалуется на безруких подмастерьев, оказывается практик воздуха, едва не ставший бессмертным, что бы это ни значило.

Этот мир не переставал удивлять.

Коготь поднялся из-за стола. Поколебался и сказал, ни на кого не глядя:

— Спасибо за кашу.

Это было третье «спасибо» от Когтя за всё время. Я мысленно отметил прогресс.

— Мы пойдём по делам, через час вернёмся, — объявил Сыч, тоже вставая. — А ты сходи к Антонию и Марию за одно проведай.

Они ушли. Я сидел за столом и смотрел на обгоревшие стены таверны. Ника убедилась, что я успокоился, и спрыгнула с моего плеча. Видимо, ушла в заросли хрустеть стебельками.

Фёдор и Надежда. Вот, значит, как звали родителей Макса. Шкатулка с резным узором — единственное, что осталось от семьи, которая когда-то была счастлива и жила в большом доме с собакой. Эта грустная история трогала меня до глубины души. Наверное, потому что это теперь моя история.

А Виктор, выходит, спас Макса от смерти, таким образом возвращая долг его отцу.

— Мастер Макс?

Я вздрогнул. Сёма стоял рядом со стопкой чистых тарелок в руках и смотрел на меня с тревогой.

— Вы плакали?

— Нет, это дождь.

Парень удивлённо уставился на небо, где не было ни облачка.

— Дождь?

Вместо ответа я встал из-за стола.

— Пойдём, у нас еще море дел. Нужно подготовить двор к обеду.

— А будет какая-нибудь другая тренировка? — помявшись, спросил он.

— Будет, — пообещал я. — Если хорошо поработаешь, покажу тебе кое-что с настоящим оружием.

Глаза Сёмы вспыхнули. Он схватил тарелку и унёсся к корыту с водой.

Вы вдохновили ученика на великие свершения.

Прогресс навыка «Наставник»: +0,5.

Удивительная всё же эта система, как и её логика.

Накормив всех, не забыл поесть и сам. Так же накормил кашей со специями и Симеона. Ему на пользу.

А теперь за работу, еда сама себя не приготовит, мой «обеденный зал», сам себя не приберёт.

Я наблюдал за Симеоном, который драил столы и подметал двор, и размышлял. В голове вертелись мысли, гоняя по кругу одну и ту же задачу: мне нужен прогресс. Семь дней не резиновые. И чувствую, когда доберусь до второго уровня, ничего не закончится, ведь основная задача — получить ранг. А система неоднозначно намекнула, что одного прогресса тела будет недостаточно.

Нужно подумать, чего я ещё не пробовал. А решение было на поверхности. Да и Сыч подсказал. Нужно найти наставников.

Сыч назвал двоих: дед Антоний, целитель и бывший практик, и мастер Гром. Осталось убедить их, что тощий подросток достоин их внимания. Во всяком случае, они точно помогут подтянуть Силу духа, и воздушный клинок. А может и ещё что-то поинтереснее. Виктор ведь говорил, что есть и более эффективные навыки.

Что касаемо тренировок тела, здесь у меня примерный план есть. Зарядка, тяжёлая работа и тренировки с оружием уже значительно ускоряют прогресс. А на крайний случай, в деревне найдётся пара-тройка задир, которых можно подкараулить в тёмном переулке.

Но это запасной план.

Хотя конкретно к Якову у меня были претензии, ещё с того случая с разбитым горшком. А после его выходки с охотниками руки так и чесались проучить скандалиста. Но я не собираюсь становиться местным хулиганом. Если он сам на пути не попадётся, пусть живёт.

А вот путь знаний — тут всё интереснее. Я уделяю ему слишком мало внимания, а ведь именно здесь лежит моё главное преимущество и возможность для ускоренного роста.

Травы и специи позволяют делать еду не просто вкусной Они и меня усиливают, и прогресс ускоряют. Но и на этом преимущества не заканчиваются. Просто готовя, я могу обеспечивать и свою безопасность.

Я ведь могу кормить не только себя, но и всю деревню. Добавлять в утреннюю кашу телокреп, усиливая селян и ускоряя прогресс. В обеденную похлёбку — бодрянку и редкоцвет, продлевая эффект. Да и прогресс у людей будет набираться ускоренно. Уверен, у остальных людей такой же принцип развития. А на ужин добавлять душницу и мелиссу, чтобы тело отдыхало и восстанавливалось.

Может, у деревенских и нет моей системы, но это не значит, что эффекты пропадают. Сыч говорил, что после моей похлёбки кузнец работал вдвое быстрее. Павел сам заметил, что руки не дрожат. А дальше, чем сильнее прокачаю кулинарию и зельеварение, тем сильнее будут эффекты. Я в этом даже не сомневаюсь.

А ведь я буду кормить местных каждый день. И недели не пройдёт, как эта деревня станет напоминать олимпийскую.

Я представил картину: охотники подъезжают к деревне, а их встречают не испуганные мужики с вилами, а крепкие, выносливые воины, взращённые на моих чудодейственных харчах. Они просто правильно питаются, и сами не ведают, что прокачались до уровня, когда могут дать отпор профессиональным бойцам. Даже подростки и женщины станут выглядеть как профессиональные спортсмены. А вторженцы, увидев кто их встречает, резко передумают связываться с такой силой.

От нарисовавшейся в голове картины я улыбнулся.

Каша массового поражения. А что, звучит неплохо.

За своими размышлениями и подготовкой я и сам не заметил, что двор был убран, столы вытерты, а посуда вымыта. Система радостно сообщила:

Двор и посадочные места в удовлетворительном состоянии.

Уровень таверны 112,47.

Сёма стоял неподалёку, явно довольный собой. Он переминался с ноги на ногу, не решаясь ко мне подойти, и смотрел на меня с выражением верной собаки, которой показали мячик.

— Мастер Макс… — начал он.

— Знаю, знаю, тренировка, — вздохнул я, изображая вселенскую усталость, граничащую с не менее вселенской мудростью

Глаза парня вспыхнули, и я поднял палец:

— Разминайся пока. Я сейчас вернусь.

Сёма тут же начал приседать — старательно, с прямой спиной, как я показывал утром. Я же нырнул в комнату Виктора.

Первым делом решил заняться финансами.

Я вытряхнул на кровать всё заработанное, пересчитал и убрал в кошель Шныря. Спрятал его под кроватью. Нужно разобраться с поставками овощей и другого продовольствия. Надеюсь, денег на закупку продуктов хватит.