— Генерал, — приветствую его.

— Обстановка изменилась, мы не сможем вас забрать. Мы проиграли бой и отступили. Этот сектор сейчас контролирует противник. И он нагнал туда много техники и сил. Удивительно много, похоже, похищенный вами тхорн в самом деле кто-то важный.

— Вы не выяснили, кто он такой?

— Нет. Есть кое-какие данные от разведки и агентов, но они лишь подтверждают, что он кто-то крайне непростой. Подробности про него нам все еще неизвестны. В открытых источниках про него найти ничего не удалось. Достоверно известно, что он тут представляет одного из Старейших. Но какие именно у него цели и кто он сам такой — все еще неизвестно. Мы продолжаем сбор информации.

— Ясно. Какой план действий?

— Продолжайте бежать. Вам нужно покинуть сектор. Мы следим за ситуацией и ищем способы вытащить вас оттуда.

— В каком направлении бойцы Старейших ведут поиски?

— Во всех.

— Это плохо, — говорю, вздохнув. — Куда нам двигаться?

— Неважно. В каком направлении сейчас бежите, в том и продолжайте. Соблюдайте осторожность. Когда будет какая-то информация, я снова с вами свяжусь. Постарайтесь быть на связи. Если вдруг все сложится так, что придется уйти в режим молчания, старайтесь просто забраться как можно дальше от базы и ждите, пока не появится возможность выйти на связь. — Произнеся это, генерал отключился.

Как-то совсем невесело. Но ладно, ничего такого уж ужасного пока не произошло. Как-то же повлиять на ситуацию мы не можем, остается только смириться и надеяться, что поиски в нашем направлении не будут особо усердными.

Продолжаем бежать дальше, не забывая поглядывать по сторонам. Примерно полчаса, и над нами в небе начали мелькать штурмовики. И не просто пролетая куда-то, а явно прочесывая местность. Мы не придумали ничего лучше, как в такие моменты просто падать на землю, накрывая собой пленника. И пока это срабатывает.

В промежутках, когда в небе никого не видно, продолжаем бежать. Но чем дальше, тем меньше становятся эти свободные окна, и все больше времени приходится валяться на земле, старательно сливаясь с местностью. А еще в небе становится все больше штурмовиков, словно они знают, что мы должны быть где-то здесь, но пока никак не могут найти нас и стягивают сюда все больше и больше сил. Что творится в других местах, мы, понятное дело, не знаем. Может, там так же, а может, и нет. Впрочем, не сказать, что это знание что-то сильно изменит.

— Надо что-нибудь придумать, — произнесла Арти спустя еще примерно часа два. По плану мы должны были уже за это время убраться далеко от базы, однако не вышло.

И я с ней полностью согласен. Мы только что провалялись почти двадцать минут, вскочили, собираясь рвануть дальше и по полной использовать спокойные минуты, как сразу же пришлось упасть обратно. И это никуда не годится. Такими темпами хорошо если мы вообще хоть как-то будем двигаться. А ведь нам надо не просто «как-то», а весьма шустро, время в данном случае играет против нас. Нам надо вырваться наконец из этого сектора, чтобы нас могли забрать.

— Есть предложения? — спрашиваю у нее, смотря на небо.

Там все так же вовсю рыскают штурмовики. И охватывают они солидный радиус, однако, несмотря на все, не похоже, что они точно знают, где мы. Это радует, но не так уж много чего меняет — пока они тут вовсю летают, двигаться дальше мы не можем. Мы хоть и под маскировкой, но наш пленник-то нет, и его засекут как нечего делать.

— Есть, но оно мне не нравится, — ответила Арти, печально вздохнув.

— Серьезно, ты хочешь предложить это?

— Если ты про то, чтобы один из нас остался с пленником, а второй увел за собой погоню, то да, я про это.

— Я тоже думал про такой вариант, — признаю, тяжело вздохнув.

Идея мне не нравится от слова совсем. Разделяться в такой непростой обстановке? Звучит как безумие. Но другого выхода, как нам выбраться отсюда и доставить пленника живым, я не вижу, если исходить из сложившейся ситуации и имеющейся у нас информации. Никто сюда прорываться и вытаскивать нас, судя по всему, не будет. А значит, надо самим как-то решать вопрос.

— Значит, ты понимаешь, что это единственный выход. Можем, конечно, подождать, что будет дальше, но не уверена, что это хорошая идея. Чем дальше, тем сложнее становится продвигаться вперед.

— Да понимаю я.

— Кто будет с пленником?

— Ты, — быстро отвечаю. — Я буду отвлекать на себя бойцов Старейших.

Спорить Арти не стала, просто крепко сжала мое плечо.

— Удачи. Встретимся дальше. Я продолжу двигаться в прежнем направлении.

— Встретимся дальше, — отвечаю ей и, поднявшись с земли, бросаюсь в сторону, прочь от Арти с пленником.

Зачем вообще весь этот риск? Ну-у, мы взялись за задание, и его нужно выполнить. Мы сперли кого-то явно важного, раз для его поисков подняли столько народу, и взять и бросить его кажется неправильным. Да и несмотря на всю хреновость ситуации, она пока не критичная, шансы выкрутиться есть.

Несколько минут быстрого бега, замедляюсь и оглядываюсь назад. Там примерно все такая же картина. Что ж, пора пошуметь. Беру винтовку в руки и выставляю на ней максимальную мощность. Ловлю в прицел один из штурмовиков. Выстрел. Его щиты ярко вспыхнули, но ожидаемо выдержали. Еще выстрел. Очередная вспышка щита, и штурмовики засуетились, пытаясь понять, откуда по ним ведут огонь. Делаю еще один выстрел и срываюсь с места, меняя позицию.

Отбежав метров на сто, снова стреляю. Цели выбираю разные, просто первые, какие попадаются на глаза. Шансов сбить кого-то у меня немного, так что не вижу смысла заморачиваться. Да и цель у меня сейчас слегка другая — максимально привлечь к себе внимание. Несколько раз выстрелив, опять срываюсь с места, но на этот раз отключаю маскировку, а то враг хоть и мечется, но разлетаться в разные стороны не спешит.

Вот теперь меня заметили. И среагировали ожидаемо — все, кто был в небе, дружно рванули ко мне. Отлично, Арти может спокойно двигаться дальше. А вот мне, чую, совсем скоро станет очень весело. Выжимаю из себя максимальную скорость, просто несясь куда глаза глядят. Уже не стреляю, не до этого.

Секунд десять, и по мне открыли огонь. Живьем взять даже и не пытаются, сразу хреначат на поражение. Петляю из стороны в сторону, старательно уходя от вражеских выстрелов, но упорно не активируя обратно маскировку. Рано, надо еще сильнее увлечь преследователей, увести их в ложном направлении. Так что пока бегу и надеюсь, что там не найдется какой-нибудь особо меткий снайпер. Или они не решат применить оружие, бьющее по большим площадям, от такого я вряд ли смогу убежать.

Минут десять крайне увлекательной погони, во время которой меня несколько раз чуть не достали, и я заскочил в небольшой лесок. Оказавшись под деревьями, сразу же врубаю маскировку и, не сбавляя скорости, бегу дальше.

Выскочив из леса, немного замедляюсь и оглядываюсь по сторонам. Ага, меня потеряли, отлично. И враги все вроде бы кружат здесь, пытаясь найти меня, никто не вернулся на прежнее место. Это радует, значит, наша идея сработала, осталось дальше не облажаться.

Увидев все, что мне было нужно, бегу дальше, но не в прежнем направлении, а закладывая крюк, чтобы в итоге выйти туда, куда должны двигаться Арти с тхорном. Одному, без балласта в виде пленника, передвигаться гораздо проще, так что должен быстро нагнать их.

Пока бегу, не забываю следить за обстановкой. И минут через пять тхорны явно начали подозревать, что их, мягко говоря, надурили и в лесу, кажется, никого нет. Точно они в этом не уверены, часть штурмовиков все еще кружит над ним, но вот остальные разлетелись в разные стороны и принялись прочесывать все возле него, пытаясь понять, куда я делся. Далеко от леса они пока не забираются, так что новый отвлекающий маневр, наверно, не нужен.

Минут десять бега, и я вышел примерно на то направление, в котором должна двигаться Арти с пленником. И тут все относительно тихо, силы Старейших рыскают немного в стороне, сюда особо не заглядывая. Если кто-то и пролетает здесь, то быстро и не задерживаясь. Единственная проблема — наблюдение из космоса, но с этим мы ничего не можем поделать.