Я был готов получить ответ из серии «не твоего ума дела» и не обиделся бы, но и не спросить не мог.

— Для разных целей, — легко ответил старик. — Этот кристал мы используем для усиления, если зелье удастся хорошим. Каждое зелье ведь уникальное. Заранее не узнаешь что получится. А если зелье качественное, но ты его мало приготовил, кристалл значительно усилит эффект. Тогда зелье можно будет разбавлять и таким образом размножить.

— Понятно. — На самом деле мне было ничего не понятно. Разобраться бы, как этой энергией управлять.

Назар, видя мою растерянность, подал голос.

— В мире много откуда можно черпать энергию, не только из кристаллов, — сказал старый плотник. — Могу подсказать кое-что. Если есть чутьё к энергии, направь её в ремесло. Это работает везде, не только в зельях. Вот я, например, хорошо чувствую дерево. — Он повернул обтёсанный чурбачок, и я увидел, что из древесных складок проступают черты совиной морды. Причём, складывалось ощущение, что Назар не вырезал её, а сова сама проявилась из складок дерева. Словно была там всегда, а он лишь убрал лишние заусенцы. — Энергия дерева сама ведёт меня, я просто высвобождаю предмет, выполняя волю дерева. Пару лет назад я так лук делал. Полгода дерево подходящее искал, а потом оно само меня позвало.

— Помню, помню, — подхватил Антоний. — Легендарный лук вышел, без дураков. — Старик посмотрел на меня, и взгляд его стал острым. — Поговаривают, что ты чувствуешь энергию воздуха? Вот и направь её в работу. Зелье вполне может стать уникальным и приобрести интересные свойства.

— А если чутьё к огню, направь его в угли. А если к воде, то попробуй воздействовать на основу, — подхватил Назар.

— В мире много сил, и если правильно с ними договариваться, всё вокруг будет помогать тебе достичь лучшего результата.

Обдумать эту мысль времени не осталось. Через отверстие в крышке котелка со свистом повалил пар, а значит, вода закипела.

— Листы хорошенько разомни в руках, — скомандовал Антоний. — Крышкой пока не накрывай.

Я подчинился, наблюдая, как помятые листочки расправляются в воде, окрашивая её в светло-зелёный цвет.

— Сейчас, чуть покипит… — пробормотал Антоний. — А теперь вот, добавь две капли катализатора.

Я кивнул. После двух капелек зелье приобрело ярко-изумрудный оттенок.

— Теперь стабилизатор, — сказал Антоний.

Он указал на разложенные перед собой ложечки и протянул мне самую маленькую. Углубление там было настолько маленькое, что если бы оно было сквозным, то вполне сошло бы за игольное ушко.

Я зачерпнул из мешочка с пеплом белоцвета крохотный комочек серебристого порошка и высыпал в котелок. Порошок лёг на поверхность и тут же вспыхнул крошечными искрами. Жидкость забурлила мелкими, ровными пузырьками, как минералка, и стала приобретать бирюзовый оттенок с розоватым отливом.

Слабое зелье исцеления.

Качество: неизвестно.

Свойства: неизвестно.

Готовность: неизвестно.

Чтобы лучше понимать таинство зельеварений, повысьте уровень навыка.

Даже как-то обидно. Столько усилий, и слабое зелье.

Трогать кристалл Антония я не решился бы. Он и так маленький, да и испортить его можно. А вот моя энергия воздуха, принадлежит только мне, откуда бы она ни бралась. Воздуха вокруг много. Почему бы не направить чуть-чуть, вдруг удастся улучшить эффект.

Я опустился на колени рядом с костром, приблизил ладони к стенкам котелка и закрыл глаза.

Антоний видел, что я делаю, но не отреагировал, с интересом продолжая наблюдать.

Я попытался почувствовать те самые потоки энергии, о которых читал в прочтённых книжках и о которых говорил Павел. Я же практиковал Воздушный клинок и помню это ощущение, когда поток воздуха словно становится продолжением руки. И тогда, на тренировке, когда Павел подсказал следить за потоками, я чувствовал, как энергия циркулирует внутри тела.

Сосредоточившись на этих воспоминаниях, я ощутил что-то на самой границе восприятия. Едва заметный поток, слабый, как ручеёк после засухи. Он будто входил в моё тело извне, и, пронизывая насквозь, растворялся. Я направил этот ручеёк в ладони и представил, как энергия перетекает в зелье внутри котелка и смешивается с зеленоватой жидкостью.

Процесс шёл тяжело, я аж вспотел от усилий.

Вдруг я почувствовал, что Ника суетливо подбежала ко мне. Сначала ткнулась мордочкой в щёку, затем поставила передние лапки мне на предплечье. В тот же миг словно кто-то повернул кран до упора. Энергия хлынула из моих ладоней мощной волной.

От неожиданности я открыл глаза и отдёрнул руки. Панда испуганно отпрыгнула в сторону, но я не обратил на неё внимание. Я во все глаза смотрел на зелье. Получилось?

Жидкость в котелке вспенилась, будто резко вылитое шампанское. По поверхности пошли крупные пузыри, и внезапно вся масса вздыбилась, словно намереваясь выплеснуться наружу, а в следующий миг просто испарилась.

Из котелка рванул вверх зелёный пар, обдав мне лицо влажным облаком с запахом свежескошенной травы. Но через пару секунд и пар развеялся, а в котелке осталась только тонкая зеленоватая плёнка не стенках.

Повисла тишина. Я оглянулся на Антония, и тот развёл руками:

— С первого раза редко получается.

Он заглянул в котелок, покачал головой и прокомментировал:

— Навеное, с катализатором переборщил.

Про мою попытку добавить энергию он промолчал, хотя явно всё понял.

Перед глазами мелькнуло уведомление.

Попытка создания слабое зелья исцеления: провал.

Причина: избыточная подача стихийной энергии (воздух).

Зельеварение: +0,30

Система оценила даже неудачную попытку, это радует. Хоть кто-то ценит мои потуги.

Я поймал на себе хмурый взгляд Антония. Макс внутри меня сжался. Я уже успел и позабыть об этом чувстве. Видимо он решил, что сейчас его начнут ругать.

— Не переживай, — усмехнулся вдруг Антоний. — Я когда учился, медный котёл растворил кислотой. А ещё два перегонных куба угробил. Один взорвал. А второй наставник об мою голову разбил. За дело, между прочим.

Я невольно усмехнулся. Представить Антония молодым раздолбаем, который взрывает оборудование, было непросто. Но почему-то утешительно.

Подхватил на руки обижено пискнувшую панду и принялся наглаживать. Всё же она мне здорово помогла с энергией, пускай это и угробило зелье.

— Эссенция ещё есть, стабилизатор тоже. — продолжил старик. — У тебя же листья живолиста остались?

— Да, — кивнул я.

— Ну, вот и отлично. Суть ты понял, поэтому давай еще бодрянку добавим, для усиления эффекта. Теперь давай сам, без подсказок. Сначала основу готовь.

Я снова принялся за дело. Налил воду в котелок и поставил на огонь. Заранее подготовил листья живолиста и цветочки бодрянки.

На этот раз основа почти не бурлила и не пенилась после добавления стабилизатора.

Антоний заметил, как я от волнения кусаю губы, и произнёс:

— Если желаешь добавить энергии, то добавляй тонкой струйкой.

Я усадил панду на колени, а сам протянул руки к котелку.

На этот раз я не торопился. Нащупал поток, всё такой же тонкий, но теперь не пытался выжать всё до капли. Затем почувствовал кипучую энергию панды, что охотно делилась энергией. А затем направил поток в котелок.

Я чувствовал, как энергия проходит через ладони, как входит в жидкость и растворяется в ней, становясь с зельем одним целым. Всё время боялся, что снова переусердствую, поэтому не пытался усилить поток.

Котёл стал отдавать больше жара, и я испугался что зелье снова испарится. Но зелье слегка колыхалось, стремительно меняя цвет. Сначала налилось чистой зеленью, будто молодая трава после дождя, а затем вновь стало приобретать бирюзовый оттенок.

— Макс, — негромко позвал Антоний. — Достаточно.

Я осторожно перестал подавать энергию и медленно убрал руки. Зелье в в котелке замерло, тихо светясь изнутри. Я полюбовался цветом. Глубокий бирюзовый цвет, но с коралловым оттенком, если смотреть под другим углом. А если всматриваться внутрь, виднелась золотая искра на дне.