Ставр обменялся рукопожатием с Назаром, хлопнул по плечу Данилу и пошёл к коновязи. Второй охотник из его отряда двинулся следом.

Вскочив на коней, охотники подъехали к воротам. Ставр задержался на мгновение, оглядел двор, побитых деревенских, которые уже тащили доски для баррикад.

— Удачи, — бросил он и пустил коня в галоп.

Назар приобнял природника Данилу за плечи и принялся что-то втолковывать. Потом они присели на корточки, и я разглядел, что Назар рисует схему деревни, обозначая места, где можно вырастить защитные заросли.

Потом их загородили снующие туда-сюда люди.

Неподалёку от костра остановились Сыч и Анатолий. Они закончили обход двора по периметру и теперь решали, где нужно усилить ограждение.

— Надо за Альбертом послать, — сказал Сыч. — Капканы и ловушки у него получаются лучше всех.

Анатолий кивнул:

— Я отправлю человека.

Назар оторвался от чертежей и поднялся на ноги.

— У меня для барона Грегора заказ готовится в мастерской, — сказал он. — И там два хитрых стреломёта на колёсах. Колёса не доделаны, но рабочий механизм собран. Отправьте Павла с кем-нибудь, пусть возьмут. Только подумать надо, где лучше разместить. Чтоб сюрприз для охотничков был.

Позвали Павла, который вместе с остальными укреплял забор. Он подбежал бодрый, взъерошенный. Я с удовлетворением отметил, что о его ранении напоминала только окровавленная разорванная одежда. В остальном плотник прекрасно себя чувствовал.

Услышав планы Назара, Павел тут же предложил:

— Один стреломёт я бы поставил на второй этаж таверны. Или на крышу. Оттуда хорошо подходы со стороны леса видно.

— Так там же всё прогорело, — усомнился Анатолий.

— Не прогорело, — вмешался Антоний. — Я защитные руны по стенам, полу и потолку размещал. Выдержали. А вот лестницу покрывать рунами кто-то пожадничал. — Он выразительно покосился на Виктора, который стоял недалеко от входа в таверну и что-то мастерил вместе с двумя мужиками.

Виктор заметил общие взгляды и хмуро зыркнул в ответ.

— Хорошо, — заключил Анатолий. — Мы можем быстро обеспечить доступ на второй этаж?

Павел деловито перечислил:

— Есть лестница с перилами, но её и тащить из мастерской, и ставить долго. Можно сделать приставную времянку. Но по ней стреломёт не затащить.

— Да как не затащить, — возразил Назар. — На верёвках подымем, не проблема.

— Принято. — Анатолий подвёл итог и предложил: — Второй стреломёт на крышу того дома, что на южной окраине. Там открытое поле, хороший сектор обстрела. Павел, возьми помощника и займитесь этим.

Павел коротко кивнул и убежал.

К стихийному совещанию присоединился мастер Гром. Он подошёл, кашлянул, привлекая внимание, и сказал:

— У меня ж тоже для барона заказ почти готовый в мастерской лежит. Несколько десятков горшков. Обожжённых, крепких. Под зажигательную смесь как раз подходящие. — Он посмотрел на Антония и хитро прищурился. — Намешаешь мне смесь, старый алхимик? Не забыл ещё, как это делается?

Антоний тяжело вздохнул.

— Главное, чтобы ты окрестные леса и деревню не спалил. Вот Зеону радости-то будет, что мы сами свою деревню подожжём.

— Поставлю метать проверенных ребят, — заверил его Гром. — Не спалим. Можно ещё к снарядам стреломёта привязать. Пару таких горшочков в гущу врагов, и такая паника будет, что они напрочь забудут, за какой конец меча держаться.

— Антоний, сможешь смесь подготовить? — спросил Анатолий. — И для снарядов и для стрел такую же.

— Смогу, — вздохнул старик ещё тяжелее. — Ингредиенты у меня есть. Но если этот огнепоклонник хоть одну крышу подпалит, я его сам молнией зажарю.

— Договорились, — ухмыльнулся Гром.

Антоний поохал, покряхтел и направился к себе. Мне показалось, что он спешил не столько готовить горючую смесь, сколько отдохнуть от всего этого хоть пять минут. Я его понимал.

Мужики разбрелись по делам. Кто-то потащил доски к баррикадам, кто-то пошёл за инструментами. Николай с Анатолием склонились над нарисованной на земле картой деревни, расставляя камешки — огневые точки, посты, пути отхода.

А у меня были свои глобальные проблемы.

Я видел, что приготовленной похлёбки не хватит на всех. Люди прибывали, стягиваясь в таверну, на первую линию обороны.

Пока я размышлял, стоит ли сделать ещё один котёл похлёбки, услышал возмущённый рык Виктора:

— И долго эта туша здесь будет вонять?

Последние полчаса тавернщик метался по двору, не находя себе места. Искал, до чего докопаться. Хорошо ещё, что я изловчился и не попадался ему под руку. Сейчас конфликты с ним мне ни к чему. Он было пытался сорвать на мне злость, когда я принялся бегать в погреб за продуктами, но вмешался Сыч. Он отвлёк Виктора, а на меня рукой махнул, мол, не надо мешать мне готовить. Но этого хватило не на долго, а Виктору требовалось выплеснуть недовольство хоть куда-нибудь, и тут подвернулась туша мёртвого рогатня.

Я глянул в сторону, где свалили привезённого зверя. Рогожа, которой его прикрывали, сползла, и мёртвый хищник лежал на виду, привлекая мух.

Анатолий ответил дипломатично:

— Руки не дошли, разберёмся.

— Когда ты там разберёшься? Не желаю видеть эту мразь на своём дворе!

Макс внутри меня съёжился, он явно решил, что эти слова были не только про дохлого зверя.

— Уберём, — вмешался мужик, который стоял неподалёку и с интересом разглядывал тушу. Невысокий, жилистый, с заскорузлыми от работы руками. Он прищурился и оценивающе посмотрел на рогатня. — Но ты глянь, какая шкура добротная. Я из неё две куртки сошью. Мне Борис как раз партию кожи задержал, а тут подарок судьбы. Щетина жёсткая, зато прочная. Если никто не против, я бы её забрал.

Выходит, это кожевник. Я пригляделся, лицо знакомое, это он всегда прибегал первым на завтрак и обед. Но имени его я не знал.

Виктор фыркнул и отступил от туши. А я вспомнил свою шальную кулинарную идею и направился туда. Ника снова увязалась за мной, но увидев, что я иду к рогатню, вцепилась мне зубами в штанину. Я поднял её, усадил на плечо и тихо сказал:

— Я же говорил, он мёртвый и не опасный, не бойся, глупышка.

Ника прерывисто вздохнула и замерла.

— Сыч, — позвал я, подходя ближе. — А можно окорок у этого монстра отрубить? Я бы из него рагу приготовил.

Сыч уставился на меня, как на помешанного.

— Сроду из мяса рогатня не готовил никто. Ты нас не потравишь? Эй, мастер Хорь, — обратился он к кожевнику. — Разве рогатень съедобный?

Хорь неопределённо повёл плечом, подошёл и присел рядом с тушей. Потрогал шкуру.

Я ещё раз взглянул на рогатня. Никакого предупреждения от системы не последовало. Наоборот, мелькнула зеленоватая подсказка, что рогатень это не только прочная шкура, но и груда питательного, легкоусвояемого мяса

— Мясо как мясо, — сказал я. — Вот крысоволка я бы готовить не стал, там и яд, и проклятие. А это нормальный зверь. Мясо плотное, жирноватое, похоже на свинину. Если правильно обработать и приправить, получится вкусно.

Хорь не возражал.

— Только давай я сначала с него шкуру сдеру, — сказал он. — А то начнёшь мясо рубить, попортишь.

— Тогда поторопись, — проворчал Сыч. — Максу же время на готовку нужно. Так? — Он глянул на меня, и я кивнул.

— Сейчас, только за инструментами сбегаю.

Кожевник поднялся и пошёл в сторону ворот. Я догнал его и окликнул:

— Мастер Хорь, подождите! У меня вопрос.

Он обернулся.

— У меня есть кожаный жилет кольчужными вставками и пластинами, — сказал я. — Хороший, крепкий, но не по размеру. Хотел бы под себя перешить. Сколько это будет стоить? На будущее, когда монетами разживусь.

Кожевник с прищуром поглядел на меня.

— Правду говорят, что ты сам Змея убил?

— Ну, а как бы ещё ко мне попал его жилет в качестве трофея?

Мастер задумчиво оглядел меня с головы до ног. Потом посмотрел на тушу рогатня, с которой ему предстояло снять шкуру, потом обратно на меня.