Я шёл и крутил головой, пытаясь охватить всё разом, и не мог. После тесного двора таверны Виктора это было как переехать из коммуналки в загородное поместье.

Земля тянулась от забора до самого озера. С одной стороны — опушка соснового леса, высокие стройные деревья, мягкая хвоя под ногами. С другой — пологий спуск к воде, поросший камышом и ивняком. Озеро отсюда было видно целиком — прозрачное, спокойное, с тёмными пятнами глубин. У берега виднелись деревянные мостки, рядом с которыми стояла рассохшаяся лодка.

Ника, которая держалась у моих ног, тоже оценила открывшееся раздолье и принялась носиться по двору. Периодически останавливалась, нюхала местные растения, пробовала их на зуб и бежала дальше, задрав хвост. Я чувствовал её восторг и вполне разделял его.

— Рыбы тут — закинул удочку и тащи, — сказал Николай, махнув рукой в сторону озера. — Карп, щука, лещ. Осётр попадается, но его ещё поймать надо.

Осётр. У меня во рту мгновенно появился призрак вкуса — нежное белое мясо, хрустящая корочка, лимонный сок… Стоп. Сначала дела.

В центре участка стоял дом. Вблизи он выглядел ещё внушительнее, чем с дороги. Первый этаж сложен из камня, в толстых стенах предусмотрены широкие проёмы для окон. Дверь двустворчатая, с полукруглым верхом, из плотно подогнанных досок. Внутри просторно и светло, высокие потолки выкрашены светлой краской. Видно было, что Николай не мелочился: и фундамент заложил на совесть, и стены поставил с запасом прочности. Это не деревянный сарай Виктора с тёмными балками над головой, это настоящая таверна. Внизу спокойно может уместиться десяток больших столов, наверху есть место для комнат.

Вот только второго этажа пока не было, только намеченные стены и материалы, из которых планировалось строительство. Даже лестница туда вела временная, наспех сколоченная из нешкуреных досок. Я поднялся до середины и оглядел второй этаж.

Там толком даже стен не было, только скелет из балок и стропил. Некоторые стояли ровно, а несколько балок выглядели так неказисто, словно были поставлены другой рукой.

— Это я сам, — перехватил мой взгляд Николай и чуть смутился. — Плотник местный всё время сроки затягивает. То одно у него, то другое, то доски не просохли, то инструмент затупился. В прошлом году не успели крышу поставить, сделали временную кровлю, кое-как его упросил. Весной сняли, чтобы работу продолжить, а он опять не торопится. Так что я уже взялся сам потихоньку. Криво, зато хоть как-то дело движется.

Павел поднялся по лестнице, подошёл к ближайшей балке и постучал по ней костяшками пальцев. Огладил ладонью, осмотрел стыки и сказал:

— Дерево хорошее, а вот соединения надо переделать, иначе под снегом поведёт. — Он обернулся к Николаю. — У вас теперь свой плотник есть. Если, конечно, позволишь пока у вас пожить.

Николай посмотрел на Павла и широко улыбнулся.

— Какие вопросы, Павел! Мы с тобой кровь проливали, для тебя мой дом всегда открыт.

Он вдруг задумался и повернулся ко мне.

— Вернее, наш дом. Ведь так, Макс? Ты же навсегда приехал? Или вернёшься в Дубовый Яр?

— В Дубовом Яру меня больше ничего не держит, — уверенно ответил я.

Николай шумно выдохнул и положил руку мне на плечо.

— Значит так, Макс. Я своё слово сдержу. Это наш дом, а таверна теперь твоя. Предлагай любые решения, я спорить не стану. Я в Дубовом Яру ещё убедился, что в этом деле ты понимаешь больше меня.

Перед глазами мигнуло уведомление, и я замер, едва сдерживая улыбку.

Промежуточные условия задания «Хозяин очага и крова» соблюдены.

Разархивирован Путь Хозяина. Класс: Хозяин очага и крова.

У вас есть свой двор и очаг.

Задание возобновлено.

Новая привязка: таверна «Без названия».

Таймер перезапущен.

Уровень таверны «Название отсутствует»: 0 (Таверна не работает).

Очаг: 0

Двор: 0

Репутация: Идёт перерасчёт.

Необходимо подтвердить статус хозяина. Осталось 30 дней.

Условия выполнения задания:

Скрыто. Получить навыки: Скрыто. Открыть пути: Скрыто. Открыть Необходимые классы: Неизвестно.

Статус прогресс выполнения задания: Происходит перерасчёт.

Сердце грохнуло в рёбра.

Задание возобновилось!

Николай заметил что-то на моём лице, нахмурился и спросил:

— Ты чего побледнел? Плохо себя чувствуешь?

— Наоборот, — сказал я. — Очень хорошо.

Следующий час мы провели, осматривая дом изнутри. Во мне проснулся организаторский азарт. Я с удовольствием планировал, как можно благоустроить таверну уже сейчас, чтобы запустить в работу, и что предусмотреть на ближайшее будущее. Благо работать было с чем.

Николай строил с запасом и размахом. Зал был почти втрое больше, чем у Виктора, и хорошо освещён, в центре две массивные колонны из тёмного дерева. Да и вокруг дома пространства было предостаточно, вполне хватит для организации дополнительных мест. Да что там мест, еще четыре таких же таверны построить можно!

На первом этаже кроме огромного обеденного зала размещалась кухня. Печь уже была сложена, но никаких рабочих поверхностей и полок не имелось.

Ещё имелись три маленькие комнаты с окошками и одна глухая, под склад. В одной из комнат жил сам Николай, ещё две пустовали. Погреб тоже имелся, но туда я спускаться не стал.

— А на втором этаже сколько комнат планируется? — спросил я.

— Семь, — гордо ответил Николай.

Я вышел во двор, критически оглядел скелет второго этажа с дощатым навесом вместо крыши.

— А сколько нужно времени, чтобы достроить второй этаж? — спросил я.

— Плотник говорит, месяца три, и это в лучшем случае. Но надо ведь еще крышу положить. Так что, может, и до следующего года, — мрачно ответил Николай.

— Да я за полтора месяца всё сделаю, — фыркнул Павел. — Этот ваш плотник явно не спешит работать. Мне бы только инструменты…

— И пока будет строиться второй этаж, первый тоже работать не сможет, — задумчиво произнёс я.

— Ну да, — кивнул Николай. — А ведь еще мебель, посуда и еще куча всего.

В задумчивости я повернулся к озеру. На берегу спиной к нам сидел, скрестив ноги, Ратибор. Как обычно, с лютней в обнимку. Он едва заметно покачивался. Звук до нас не долетал, но я был уверен, что он что-то напевает. Рядом с ним сидела Ника, и солнце золотило её рыжую спину.

На воде сверкали блики, у берега покачивались камыши, и дорожка сбегала от дома к самой кромке воды.

— Павел, — позвал я. — Подскажи как специалист, что будет быстрее: достроить второй этаж или поставить маленькие домики у озера? Скажем, семь штук. Не утеплённые, из обычных досок, самой простой конструкции.

Павел прищурился, посмотрел на дом, потом на озеро. Прикинул что-то в уме и уточнил:

— Простой домик из досок вроде сарая?

— Ну, да, только побольше, чем сарай, и с окном.

— Такие домики, конечно, проще сделать, чем сруб на втором этаже. За пару недель поставлю штук пять-шесть, если погода не подведёт. Только нужны инструменты и материал.

— Пара недель, — повторил я. — Пять домиков.

Николай нахмурился.

— А зачем нам такие домики?

— Тогда таверна сразу заработает в полную силу, а через две недели можно будет и постояльцев принимать. Зал на первом этаже готов, туда нужна только мебель. Кухню доделаем за несколько дней, столы, полки, ящики. А комнаты для постояльцев будут тут, возле озера. Домики с видом на воду.

— А как же второй этаж? — спросил Николай разочарованно.

— Обязательно достроим, — сказал я. — Когда Павел с домиками завершит, сделаем навес, как у Виктора во дворе сделали, и кухню временно на улицу перенесём. Тогда у людей и жильё будет, и кухня, и отстроиться успеем до осени полностью, без отрыва от производства.

— Думаешь, сработает? — спросил Николай.