– Конечно! Когда это старая Мария пренебрегала своими обязанностями? – Она, покачиваясь из стороны в сторону, будто утка, направилась к столику, на котором были разложены гребни и зеркала в зеленоватой мерцающей искрами оправе.

Мария причесывала очень долго, разбирая каждую прядку, аккуратно прочесывая концы и приглаживая волосы. Наконец она закончила и подала мне домашнее платье. Этакий халат из розового тяжелого шелка, расшитый по подолу огромными алыми маками, кажется, именно его я надевала сегодня ночью.

Затем, положив руки мне на голову, она прошептала надо мной слова древней молитвы и удалилась своей утиной походкой. Сразу же после нее в спальню впорхнули девушки: Бьянка, Джемма, Клаудиа и Аугуста. Согласно традиции им надлежало одеть меня. В остальное время это делали служанки, но утреннее одевание было слишком древним обычаем, чтобы им можно было пренебречь. Я внимательно следила за ними.

Пересмеиваясь и подшучивая друг над другом, девушки разложили на кровати платья. Нижнее из золотистого атласа и верхнее, яблочно-зеленое, с аппликациями из атласа и каких-то полудрагоценных фиолетовых камней.

Джемма поднесла мне очередные замшевые туфли, вышитые золотом и теми же камнями, что и платье, затем открыла флакон духов, сделанный в виде какого-то местного фрукта и богато инкрустированный камнями. Среди них я заметила вкрапления черного хрусталя. Капнув духами на запястья, я с удовольствием вдохнула аромат: свежий и чистый, словно раннее утро. Девушки удивленно переглянулись, но промолчали, после чего Бьянка сообщила слугам, что мы готовы позавтракать.

Еду подали в сад. Сидя среди шаров и пирамид, в которые были превращены деревья, я чувствовала себя попугаем. Вспомнив рассказы о средневековых ядах, я ничего не ела, но делала вид, что все в порядке. Прилежно смеялась вместе со всеми глупым шуткам Бьянки, ободряюще улыбалась бледной Джемме, отшучивалась от подтруниваний Аугусты и в глубине души проклинала графа Алайстера, втянувшего меня во все это. В любом случае вернуться в свой мир я могла лишь из виллы Роя. Хотя… я бросила взгляд на окна замка. Возможно, в Риччионе тоже есть такие шкафы, стоит только их поискать. Но как это сделать, я пока не представляла. Вряд ли Козимо поверит в то, что я ищу дорогу в библиотеку.

Заметив, что я грущу, Клаудиа предложила поиграть в прятки в лабиринте-саду, где высокие кусты выполняли роль преграды. Остальные ее поддержали, я пожала плечами, в глубине души радуясь, что останусь одна. Мы прошли под арками на террасу, примыкавшую к замку. Ее сделали во время правления отца Кариссы, и с нее открывался великолепный вид на холмы Риччионе.

Весело хохоча, девушки разбежались в разные стороны, оставив Джемму считать. Подобрав юбки, я побрела вглубь тенистой аллеи. Вскоре голоса отдалились, но вместо того, чтобы спрятаться в кустах, я пошла к замку. Благодаря кулону, дорожки были мне знакомы, и я безошибочно нашла вход, которым пользовались слуги: невысокая деревянная дверь, обитая железом. Оглянувшись, я скользнула внутрь, быстро вбежала по крутым ступеням на второй этаж и поспешила к библиотеке, здраво рассудив, что если уж и прятать шкафы, то именно там.

Меня ждало разочарование. Вместо шкафов вдоль стен стояли стеллажи, снизу доверху заставленные книгами. Небольшие лестницы позволяли подняться, чтобы достать книги с верхних полок. Я вздохнула и хотела уже выйти, когда вторая дверь распахнулась, и в комнату вошли двое. Меня, стоявшую в нише, они не видели.

– Здесь можно поговорить спокойно, – сказал один из вошедших.

Не желая подслушивать, я попятилась и попыталась открыть дверь, чтобы выйти, но она почему-то не поддавалась.

– Вы уверены, что нас никто не услышит? – спросил второй голос.

– Да, я запер дверь магией и поставил заслон, – голос звучал очень глухо.

– Хорошо, – шаги по комнате.

Конечно, мне следовало бы остаться на месте или же выйти из-за шкафов с книгами и спокойно попросить открыть дверь, но вместо этого я скользнула в самый темный угол и затаилась за креслом, стоявшим в нише. Из своего укрытия я не могла видеть лиц, но прекрасно слышала все.

– Что вы от меня хотите еще? – спрашивавший почти кричал, явно нервничая.

– Правду, – второй голос звучал очень вкрадчиво, словно говорил слова молитвы. – Это она?

– Не знаю. Я не могу понять. Амулет очень сильный, он защищает.

– А что говорят другие?

– Непонятно. Замкнутость приписывают болезни, но я почти уверен, что это двойник.

– Если это так, то как им удалось?..

– Понятия не имею. Но девушка достаточно умна и себя не выдаст.

– Сможете собрать доказательства?

– Нет. Лишь духи, но это не в счет. Слуги сказали, что запах был другой.

– Добудьте мне доказательства! – это было сказано очень резко.

– Вы осмеливаетесь приказывать мне? – в голосе слышались ноты недовольства.

– Я осмеливаюсь настаивать, что дело не терпит отлагательств, – снова вкрадчивость, словно говоривший вещал для паствы. – Мэссэр, вы не хуже меня знаете, что свадьбу нельзя допустить! Иначе…

– Я делаю все, что могу! – раздраженно отозвался его собеседник. Оба замолчали. Затем один из них вздохнул.

– Мне нужны деньги.

– Боюсь, что это невозможно, – снова вкрадчивый голос.

– Почему?

– Мы остановили разработку. Слишком уж много внимания к острову.

– Но шахта…

– Она надежно спрятана. Хотя, кажется, Алай…

– Не надо имен! – теперь в голосе говорившего явно ощущался испуг.

– Хорошо. Мне кажется, он что-то узнал.

Судя по звуку шагов, один из мужчин взволнованно закружил по комнате:

– Вы уверены?

– Как можно быть хоть в чем-то уверенным с… – вкрадчивый выразительно замолчал. Я затаила дыхание, в голове шумело. Мне казалось, что биение моего сердца слышно во всей комнате.

– Говорят, он исчезал на несколько дней. Вполне возможно, что шпионил…

Шорох одежд, словно кто-то поправил юбку.

– Исключено. Мы не пускаем на остров никого.

– Я на это надеюсь. Если он узнает…

– Не волнуйтесь. Я приму все меры, – вкрадчивость сменилась сталью.

– Хорошо.

Четкие шаги. Хлопнула дверь. Я выдохнула и аккуратно выползла из-за кресла.

Подождав еще несколько минут, показавшихся мне часами, я вышла и вернулась назад, в лабиринт, где испуганно перекликались девушки, пытаясь найти меня.

Отговорившись тем, что я спряталась в кустах и задремала (кажется, Бьянка мне не поверила), я предложила вернуться в комнаты. Джемма выглядела еще более бледной, чем утром, наверное, стоило отослать ее в постель, но я решила держать ее на виду.

К тому же мне следовало переодеться: платье испачкалось в пыли, а в волосах была паутина. Первый порыв рассказать все принцу Риччионе я подавила, я все еще сомневалась в его непричастности к исчезновению сестры. Оставался граф Алайстер. Надо было дождаться Боненвенунто и передать через него послание.

Джемма предложила почитать, я согласилась. Девушка принесла книгу из своей комнаты, это был какой-то новомодный роман с иллюстрациями, напомнившими мне женские бульварные романы.

Пока все склонились над ними, ахая и хихикая, я сидела с отсутствующим видом, пытаясь понять разговор, подслушанный в библиотеке. Чем дольше я перебирала в памяти слова, тем меньше мне хотелось посвящать в это дело еще кого-то, кроме Роя.

По здравом размышлении я почти не сомневалась, что если Алайстер и причастен ко всем этим событиям, то, по крайней мере, мы играем на одной стороне. Тем более что эти двое в библиотеке явно опасались, что граф узнает что-то.

Лиц собеседников я не видела, голоса звучали глухо, но все равно мне казалось, что один из них я слышала недавно, а значит, любой человек мог быть на стороне заговорщиков, к тому же они упоминали духи, да и человек в черном… А еще я проголодалась, но, памятуя вчерашний пузырек, опасалась есть что-то сама, пока это не попробует Джемма. Возможно, это было малодушно, но жизнь я ценила гораздо выше благородства, тем более девушка начала первой.